Антиимпериалистическая и антифеодальная борьба китайского народа

Унизительные решения Парижской мирной конференции вызвали бурное негодование китайского народа. 4 мая 1919 г. в Пекине состоялась многотысячная демонстрация протеста, возглавляемая студентами Пекинского университета.

Участники демонстрации разгромили дома прояпонски настроенных министров Цао Жу – линя и Лу Цзун – юя. По всей стране прокатилась мощная волна антиимпериалистического движения, вновь начался бойкот японских товаров, вспыхнули забастовки рабочих на японских фабриках в Шанхае, Циндао и других городах. Сговор держав Антанты против Китая еще раз показал китайскому народу, что возрождения Китая можно добиться лишь в борьбе с империализмом.

Глубокое влияние на прогрессивные круги китайской интеллигенции, на сознание китайского народа оказала Великая Октябрьская социалистическая революция в России. Под руководством Ли Да – чжао, Чэн Дусю и других прогрессивных общественных деятелей в Шанхае и Пекине возникают первые марксистские кружки; с кафедр университетов, со страниц журналов, газет развертывается публичная пропаганда идей Октября, опыта Советской России. Выступления студентов, интеллигенции, рабочих становятся более организованными, политически более сознательными и массовыми. В Китае создаются условия для создания коммунистической партии.

Образование первого рабоче – крестьянского правительства России имело большое значение и для международного положения Китая. Советское правительство предложило правительству Китая вступить в переговоры об аннулировании русско – китайского договора 1896 г. , Пекинского (боксерского) протокола 1901 г.

и русско – японских соглашений периода 1907 —1916 гг. по вопросам Китая и заключить новые договоры на равноправной основе. Позиции империалистических государств, выступавших единым фронтом против полуколониального Китая, оказались ослабленными.

Признание Советской России и заключение с ней нового, равноправного договора становится важнейшим требованием общественности Китая. Под руководством Ли Да – чжао была создана Ассоциация китайско – русского сближения, которая сыграла важную роль в мобилизации общественного мнения в пользу сближения Китая с Советской Россией. На юге Китая правительство, руководимое Сунь Ят – сеном, не только горячо поддерживало идею сближения с Советской Россией, но и принимало конкретные шаги в этом направлении. Сунь Ят – сен писал Чичерину: «Я хотел бы вступить в личный контакт с Вами и другими друзьями в Москве. Я чрезвычайно заинтересован вашим делом, в особенности организацией ваших Советов, вашей армии и образования… Подобно Москве, я хотел бы заложить основы Китайской Республики глубоко в умах моего поколения —тружеников завтрашнего дня. С лучшими пожеланиями Вам и моему другу Ленину и всем, кто так много совершил для дела человеческой свободы». Однако пекинское правительство под давлением империалистических держав, всячески оттягивало восстановление нормальных отношений между Китаем и Советской Россией.

В то же время еще более усилилось наступление империалистических держав на суверенные права Китая. Обострилась и борьба между этими державами. Возвращение Англии, Франции и других западноевропейских государств на Дальний Восток и активизация дальневосточной политики США после открытия Панамского канала, в июле 1920 г., осложнили положение Японии. В обстановке серьезного ухудшения японо – американских отношений правительству Японии пришлось считаться с фактом сближения США с Англией, интересы которой в Центральном и Южном Китае были довольно сильно затронуты японскими монополиями в годы войны. Несмотря на наличие англо – американских противоречий, Англия не пошла на пролонгирование англо – японского союзного договора, срок действия которого истекал в 1921 г.

Вновь созданный в 1920 г. по инициативе США Международный консорциум четырех держав (США, Англия, Франция и Япония) продемонстрировал солидарность США, Англии и Франции, заставивших Японию пойти на существенные уступки в сравнении с первым Международным консорциумом. Несмотря на настойчивые требования, Японии не удалось добиться исключения из сферы деятельности консорциума Маньчжурии и Внутренней Монголии. На этот раз кроме США требование о распространении сферы деятельности консорциума на японскую «сферу влияния» отстаивала и Англия. «Маньчжурия и Монголия,говорилось в меморандуме английского правительства от 11 августа 1920 г.,являются важными провинциями Китая, и всякая попытка исключить их из сферы действия консорциума явится прямым отрицанием самого принципа, на котором этот консорциум создается».

Япония вынуждена была ограничиться лишь упоминанием в соглашении ее «специальных интересов» и смогла только выторговать исключение из сферы деятельности консорциума ЮМЖД и уже построенные Японией железные дороги и промышленные предприятия в Южной Маньчжурии и восточной части Внутренней Монголии. Пойдя на такую, на первый взгляд, принципиальную уступку, японские правящие круги заранее решили не выполнять принимаемое обязательство, не поступаться «специальными интересами» (как показали дальнейшие события, это было ими успешно осуществлено, новый консорциум так и не приступил фактически к своей деятельности). Тем не менее сам факт отказа Японии от гарантий в соглашении о консорциуме ее «специальных интересов» подтверждал, что ей приходилось считаться с изменившейся международной обстановкой и прибегать к тактическим маневрам.

Правящие круги Японии испытывали и внутренние затруднения, вызванные, с одной стороны, нарастанием оппозиционных настроений в японском народе, особенно в связи с крайне непопулярной интервенцией против Советской России, и, с другой стороны, разразившимся в 1920 —1921 гг. общим экономическим кризисом. Сокращение экспорта японского текстиля и в связи с этим сокращение морских торговых перевозок повлекло за собой сокращение на 30 —40% текстильного производства, закрытие ряда крупных судостроительных верфей (из 57 продолжало работать только 27) и рост безработицы. Усилилось забастовочное движение. В середине 1921 г. забастовали 35 тыс. рабочих судостроительной промышленности в Кюбэ, поддержанные рабочими других городов.

В этих условиях правящие круги Японии были вынуждены прибегать к сложным маневрам, тем более что политика авантюр, проводившаяся тогдашним премьером Хара и военным министром Танака Гиити, встречала оппозицию даже в высших правительственных сферах.

На Вашингтонской конференции, открывшейся 12 октября 1921 г., Японии пришлось столкнуться с еще более твердой позицией США и Англии. Эти державы добились и военного ослабления Японии на Дальнем Востоке, лишения ее преимуществ, приобретенных в годы войны. Япония была вынуждена принять предложение США о соотношении линейных флотов Англии, США и Японии в пропорции 5:5:3, тогда как японские предложения предусматривали соотношение 10 : 10 : 7. При этом, по условиям заключенного соглашения четырех держав (США, Англии, Франции и Японии) о взаимной гарантии неприкосновенности их островных владений на Тихом океане, утрачивало силу соглашение между Великобританией и Японией, заключенное 13 июля 1911 г., т. е. официально прекращалось действие англо – японского военного союза.

С единым фронтом западноевропейских государств и США встретилась Япония и при обсуждении китайского вопроса на конференции. Восемь участников конференции были единодушны в отклонении законных требований Китая, предложенных пекинским представителем в крайне урезанном виде и включавших самые необходимые условия для восстановления государственного суверенитета Китая. Взамен отклоненных в основе китайских предложений на конференции была вновь провозглашена политика «открытых дверей и равных возможностей», причем империалистические государства, кроме общих демагогических заверений «уважать суверенитет, независимость и территориальную и административную неприкосновенность Китая», отказались принять какие – либо конкретные обязательства по восстановлению его суверенитета. По вопросу уничтожения экстерриториальности, что составляло одно из основных условий восстановления суверенитета Китая, в резолюции Вашингтонской конференции от 10 декабря 1921 г. от имени восьми договорных государств говорилось, что они «готовы отказаться от прав на экстерриториальность после того, как они убедятся, что законы Китая, меры, касающиеся отправления в нем управления, и иные обстоятельства обеспечивают их должным образом». Еще более бесцеремонно державы обошлись с проблемой восстановления таможенной автономии Китая. Отложив этот вопрос до рассмотрения его «специальной конференцией», они в то же время вынесли решение о том, что при пересмотре таможенных пошлин размер их не должен превышать 5% ад валёрэм (кроме того, 2,5 —5% взамен местных сборов —ликина). Это лишало китайскую сторону права самостоятельно определять размеры таможенных доходов. Кроме того, на китайское правительство возлагалось обязательство не осуществлять никаких перемен, «которые могли бы нарушить управление китайскими морскими таможнями в его настоящем виде», т. е. Китай должен был оставить управление таможней в руках англичан и других иностранцев.

Политика «открытых дверей и равных возможностей», оставляя Китай беззащитным «свободным» рынком, одновременно ставила целью взорвать «сферы влияния» Японии, потеснить ее с китайского рынка, где она в годы войны заняла первое место.

Подписав б февраля 1922 г. Вашингтонский договор девяти держав «касательно принципов и политики, долженствующих быть соблюдаемыми в отношении Китая», Япония согласилась «воздерживаться от использования существующей ныне в Китае обстановки в целях искания специальных прав и преимуществ, могущих нанести ущерб правам подданных или граждан дружественных государств». Она, как и другие державы, не будет искать, а равно не будет «поддерживать своих граждан в искании: а) соглашений, которые могли бы содействовать установлению в их пользу какого – либо общего превосходства в правах в отношении торгового или экономического развития в каком – либо определенном районе Китая; б) таких монополий или преимуществ, которые могли бы лишить граждан какой – либо другой державы права заниматься в Китае законной торговлей или промыслом… были бы рассчитаны на парализование практической возможности применения принципа равных возможностей».

Под нажимом США, Англии и других западных государств Япония подписала с Китаем 4 февраля 1922 г. отдельный договор, по которому обязалась возвратить Китаю – не позже чем через шесть месяцев со дня заключения договора ранее арендованную немцами территорию в провинции Шаньдун и вывести оттуда свои войска. Отказавшись полностью от «21 – го требования», Япония согласилась передать консорциуму все права, которые она приобрела по договору с Китаем в 1915 г. в отношении железнодорожных займов в Южной Маньчжурии и Внутренней Монголии.

Уступки Японии на Вашингтонской конференции, хотя практически и не имели большого значения для Китая, поскольку исполнение их отодвигалось на будущее, несомненно свидетельствовали о слабости Японии, ее боязни пойти на дальнейшее обострение отношений со своими соперниками и нежелании решать китайские проблемы без участия других государств.

Решения Вашингтонской конференции вновь показали китайскому народу, что восстановления суверенных прав Китая можно достигнуть только в решительной борьбе с империализмом и с генералами – милитаристами, фактически разорвавшими страну на части, что китайская революция нуждается в помощи международных прогрессивных сил. Взяв на себя руководство революционной борьбой, Южное правительство Китая во главе с Сунь Ят – сеном развернуло широкую общенародную кампанию за восстановление дружеских отношений с Советской Россией, за использование ее опыта. «Русские —люди большого опыта, обширных познаний,говорил Сунь Ят – сен 1 декабря 1923 г.,поэтому они сумели выработать правильные методы. Если мы хотим успешно завершить революцию, нам необходимо учиться у них» 86. Противопоставляя дружественную позицию Советской России, ее готовность заключить договор с Китаем на равноправной основе политике империалистических государств, революционное крыло гоминьдана на Юге Китая и коммунистическая партия на Севере и в Центральном Китае, опираясь на поддержку всех слоев населения, включая и отдельных дуцзюнов, заставили пекинское правительство возобновить переговоры с Советской Россией. Эти переговоры завершились подписанием 31 мая 1924 г. соглашения «об общих принципах для урегулирования вопросов между СССР и Китайской Республикой». Это соглашение было для Китая первым равноправным договором, узаконившим новую форму отношений между народами на основе полного равноправия, уважения государственного суверенитета и соблюдения взаимных интересов.

Под давлением империалистических государств пекинское правительство с первых же дней подписания советско – китайского соглашения стало на путь его нарушения. Оно отказалось от проведения советско – китайской конференции, которая, по условиям соглашения, должна была быть созванной в течение месяца, не только не приняло никаких мер по роспуску банд русских белоэмигрантов на территории Китая, как это предусматривалось статьей 6, но и способствовало активизации их деятельности.

В отличие от пекинского правительства правительство Южного Китая заняло позицию полной поддержки советско – китайского соглашения и поисков путей установления дружественных связей с Советским Союзом.

От имени Южного правительства Сунь Ят – сен обратился к советскому народу с просьбой оказать помощь революционной борьбе китайского народа. В ответ на эту просьбу сотни советских военных и гражданских специалистов, в том числе выдающийся советский полководец В. К.

Блюхер и известный деятель международного коммунистического движения М. Бородин, выехали в Китай.

В 1925 г., опираясь на помощь Советского Союза, Южное правительство предприняло поход революционных армий против северных милитаристов. Революционная воина была – поддержана трудовым народом, и в первую очередь пролетариатом промышленных городов. За спиной китайских милитаристов, феодалов, крупной буржуазии стояли империалистические государства, образуя единый реакционный фронт,, противостоящий революционному движению китайского народа. Китайская революция в силу этого становилась составной частью международной пролетарской революции. Союзниками рабочих и крестьян Китая, борющихся за национальное и социальное освобождение, были первое в мире социалистическое государство —Советский Союз и международный пролетариат.

В начале XX в. в отношениях между Китаем и Японией произошли коренные изменения, обусловленные разным уровнем социально – экономического и политического развития,, различным международным положением этих стран.

Для Китая, остававшегося полуколониальной и полуфеодальной страной, Япония в это время являлась примером прогресса и быстрого развития, превращения из отсталой, зависимой азиатской страны в процветающее индустриальное государство мира. Передовые люди Китая стремились, с одной стороны, подражать Японии в преобразовании социально – экономического строя, в усвоении достижений мировой цивилизации и в применении передового промышленного опыта в экономике своей страны и, с другой стороны, надеялись найти у нее сочувствие и поддержку, как от страны, которая сама в недалеком прошлом испытала национальные притеснения от западных держав.

Однако Китай и после свержения цинской монархии не смог осуществить буржуазно – демократические преобразования, ликвидировать отсталые формы феодальных отношении и восстановить национальную независимость. При этом прогрессивные силы Китая в борьбе с силами реакции не только не получили помощь со стороны Японии, но и убедились в том, что японские правящие круги, несмотря на дружеские чувства передовой японской интеллигенции к китайскому народу, ставят своей целью удержать Китай в состоянии отсталости и расчленить его с тем, чтобы установить свой политический и экономический контроль вначале над отдельными частями, а затем и над всей обширной китайской территорией.

В годы, предшествующие первой мировой войне, и в ходе войны империалистическая Япония достаточно полно раскрыла экспансионистский характер своей политики и дала яркие свидетельства того, что целью монополистического капитала, ставшего «силой международной», является захват рынков и порабощение народов, в первую очередь отсталых стран. Если и были какие – либо отличительные черты в политике империалистической Японии в первой четверти XX в. в отношении Китая по сравнению с США, Англией и другими империалистическими державами, то они состояли в том, что Япония, будучи экономически значительно слабее конкурентов, вынуждена была чаще и в больших масштабах, чем другие державы, прибегать к военной силе, к вооруженной интервенции, что делало ее политику еще более воинственной и жестокой. При этом расовая общность, близость культуры и быта народов Японии и Китая лишь облегчали японскому империализму осуществление его целей.

В результате активизации политики США на Дальнем Востоке и возвращения в Китай после окончания войны Англии, Франции и других европейских держав Япония была вынуждена временно отступить. В связи с этим в кругах китайской прогрессивной общественности, все еще не понимавшей истинной природы империализма, зародились надежды на помощь США и других западных держав в деле экономического и политического возрождения Китая. Однако Версальский мирный договор и Вашингтонский договор окончательно рассеяли иллюзии китайского народа в отношении империалистических государств. Эти договоры показали, что цели империалистов, несмотря на их борьбу между собой за гегемонию, остаются едиными, что их политика основывается на стремлении сохранить Китай отсталым и слабым, неспособным к внешнему сопротивлению.

Китайский народ выбирает новый путь, иные средства для решения национальных и социальных проблем. Идеи Великой Октябрьской социалистической революции, опыт создания первого рабоче – крестьянского государства, ленинская внешняя политика, основывающаяся на принципах равенства, свободы и независимости всех народов и стран, оказывают решающее влияние на развитие революционного движения китайского народа. Революционный Китай находит новых друзей и союзников в лице Советской России и мирового пролетариата. Китайская революция становится составной частью мирового революционного движения. Развернувшаяся в Китае в 1924 —1925 гг. антиимпериалистическая и антифеодальная борьба создала реальные условия для утверждения общенационального, народно – демократического правительства. Такая перспектива развития противоречила расчетам империалистических государств, имевших крупные «интересы» в Китае, в первую очередь Японии, фактически уже овладевшей богатейшим районом Китая —Южной Маньчжурией. В глубокой тайне правящие круги Японии приступили в этот период к подготовке генерального наступления на Китай.

На правах рекламы Если Вы поклонник экстремальной езды, то Вас должна заинтересовать информация о том, что появились новые квадроциклы atv с улучшенной комплектацией и повышенной мощностью. Приобретя данные модели, Вы сможете наслаждаться ездой по пересеченной местности, не обращая внимания песок – это или болотистая местность. Квадроциклам atv подвластна любая дорога.

В конце XIX в. усилилась общая антиимпериалистическая направленность народных движений, осуществлялся переход от чисто антимиссионерских выступлений к борьбе за предотвращение раздела Китая державами. В листовках, выпущенных повстанцами в провинции Сычуань, содержалась резкая критика экономической и политической агрессии держав в Китае, в первую очередь захвата Японией о-ва Тайвань и Германией — района Цзяочжоу. В них осуждались цинские чиновники, которые в целях сбора средств для уплаты контрибуции Японии усилили налоговое обложение.

Наиболее частыми и массовыми стали антииностранные выступления в провинции Шаньдун, население которой пострадало в ходе военных действий и японской оккупации, а также в результате агрессии германского империализма, захватившего под свой контроль район Цзяочжоу и зарившегося на всю территорию этой богатой и густонаселенной провинции.

Деятельность свыше 200 иностранных протестантских и католических миссионеров, а также китайцев-христиан пользовалась покровительством местных провинциальных властей. Произвол иностранных войск, действия миссионеров и их агентуры в провинции Шаньдун вызвали резкую враждебность у населения. В то же время частые стихийные бедствия, обрушиваясь на территорию провинции, ухудшили положение народа. В таких условиях в некоторых уездах еще в 1396 г. начались антимиссионерские выступления под руководством тайного общества «Дадаохуй». С осени 1898 г. в северных уездах провинции Шаньдун на границе с провинцией Чжили активизировалась антимиссионерская деятельность тайного общества «Ихэтуань» («Отряды справедливости и мира») или «Ихэцюань» («Кулак, поднятый во имя справедливости и мира»). Члены общества обучали население особым приемам кулачного боя, якобы делавшим людей неуязвимыми от оружия иностранцев. (Это обстоятельство объясняет наименование «боксеры», которое было дано участникам выступлений иностранной прессой.) Это тайное общество, носившее явно выраженную религиозно-мистическую окраску, имело длительную историю и было связано с другими антиправительственными тайными обществами, действовавшими в провинции еще во времена восстаний тайпинов и няньцзюней.

Среди пантеона богов, которым поклонялись члены общества — преимущественно крестьяне, ремесленники, лодочники, грузчики, мелкие торговцы, наибольшим почетом пользовался бог войны Гуаньди. Признавались также божества всех трех основных китайских религий: конфуцианства, буддизма и даосизма. Один из руководителей ихэтуаней, крестьянин Чжу Хун-дэн по прозвищу Небесный дракон, выдавал себя за потомка последней китайской династии Мин.

Главным лозунгом общества «Ихэтуань» был лозунг уничтожения иностранцев и изгнания их из Китая. Этот лозунг отражал всеобщее недовольство агрессивной политикой держав, от которой страдали все слои населения провинции. Крестьяне несли на себе бремя дополнительных налогов, введенных для выплаты контрибуции державам; страдали от спекуляции землей и зерном, которой занимались миссионеры и их китайская агентура. Ремесленники лишались заработка из-за конкуренции дешевых иностранных товаров фабричного производства. Армия лодочников и транспортных рабочих, перевозивших грузы по Великому каналу, лишалась работы из-за появления железных дорог и пароходов — новых видов транспорта, заимствованных из-за границы. Шэньши видели угрозу конфуцианским порядкам со стороны христианской идеологии и не желали делить с иностранцами своей власти над трудящимися массами. В то же время ненависть к иностранцам у ихэтуаней подчас принимала уродливые формы огульного отрицания всего иностранного. Так, они уничтожали все здания иностранного типа, паровозы и вагоны, разбирали железнодорожные пути, рубили телеграфные столбы, ломали машины, уничтожали трофейное оружие.

В восстании ихэтуаней можно выделить три крупных этапа. Первый — с конца 1899 г., когда их деятельность в основном не выходила за пределы провинции Шаньдун. Поскольку местные власти отчасти разделяли антииностранные чувства тайных обществ, цинский двор назначил по просьбе держав на пост губернатора провинции Шаньдун генерала Юань Ши-кая, который стал решительно расправляться с ихэтуанями. Второй этап — с весны 1900 г., когда восстание перебросилось в столичную провинцию, население которой, возмущенное агрессивной политикой держав, горячо откликнулось на призывы ихэтуаней к борьбе с иностранцами. В Чжили наряду с антииностранными лозунгами были довольно широко распространены антиманьчжурские и антиправительственные призывы. Среди вождей движения, пользовавшихся наибольшей популярностью на этом этапе, были лодочник Чжан Дэ-чэн, выдававший себя за посмертное перевоплощение вождя тайпинов Хун Сю-цюаня, солдат Цзо Фу-тянь, объявивший себя перевоплощением другого тайпинского вождя, Ян Сю-цина, дочь лодочника Хуан Лянь, руководившая крупным женским подразделением ихэтуаней.

У повстанцев отсутствовала общая политическая программа, не было объединенного военного командования и единых военных планов. Они двигались к крупнейшим городам Северного Китая, уничтожая на пути иностранные миссии и предприятия. Представители держав в Пекине требовали от цинского правительства принятия мер по подавлению ихэтуаней.

В порту Дагу с военных кораблей были высажены десанты иностранных войск. В интервенции приняли участие восемь держав: Англия, США, Япония, Франция, царская Россия, Германия, Италия и Австро-Венгрия.

Цинское правительство заигрывало с ихэтуанями и в то же время успокаивало представителей держав. В июне оно разрешило отрядам ихэтуаней вступить в Пекин, где начались вооруженные столкновения ихэтуаней с иностранными войсками. После получения сообщения о захвате иностранными войсками китайских фортов у Дагу, прикрывавших морские подступы к Тяньцзиню, 20 июня 1900 г.

Цыси объявила войну державам. В Пекине и Тяньцзине началась осада иностранных концессий цинскими войсками и ихэтуанями. Ихэтуани нанесли поражение отряду английского адмирала Сеймура, продвигавшемуся из Тяньцзиня к Пекину.

По мере прибытия новых соединений иностранных войск в Северный Китай и с ростом активности отрядов ихэтуаней цинское правительство стало менять свою политику. Оно пыталось ограничить повстанцев и подставить их под удары иностранных войск. В августе 1900 г.

40-тысячная армия интервентов, преодолев отчаянное сопротивление ихэтуаней, вступила в столицу. Императрица Цыси приказала Ли Хун-чжану начать мирные переговоры с державами, а сама со свитой тайно бежала в Тайюань, а затем в Сиань. Императора Гуансюя, который по-прежнему находился под домашним арестом, она увезла с собой.

Третий и завершающий этап восстания начался после капитуляции Цинов перед державами. Цыси издала указ, предписывавший правительственным войскам обращать оружие против ихэтуаней. После занятия интервентами Пекина иностранные войска вместе с цинскими частями стали беспощадно подавлять народные отряды.

В Северный Китай во главе 22-тысячной дополнительной армии прибыл немецкий фельдмаршал Вальдерзее, назначенный главнокомандующим объединенной армии интервентов. Под его командованием проводились карательные экспедиции против отрядов ихэтуаней.

Противоречия между великими державами привели к затяжке переговоров. Лишь 7 сентября 1901 г. Ли Хун-чжан от имени цинского правительства подписал в Пекине с представителями держав так называемый Заключительный протокол, закреплявший полуколониальное положение Китая. Цины обязались выплатить державам в течение 39 лет огромную контрибуцию в сумме 450 млн. лянов. С учетом установленных процентов общая сумма выплаты приближалась к 1 млрд. лянов. Китаю запрещалось иметь войска в столичном округе, покупать оружие за границей, предлагалось уничтожить укрепления, прикрывавшие доступ к Тяньцзиню с моря. Иностранные державы получили право держать войска в Северном Китае. В Пекине создавался специальный посольский квартал, управлением которого ведали только сами иностранцы. Там размещались гарнизоны иностранных войск. Цинское правительство обязалось содействовать развитию иностранной торговли и судоходству в Китае.

Державы потребовали сурового наказания цинским правительством всех сановников, участвовавших в войне с интервентами, и реабилитации казненных ихэтуанями и Цинами сторонников держав. В Германию и Японию были направлены специальные миссии для принесения извинений в связи с убийством в Пекине германского посланника и японского дипломата. Цинское правительство обязалось в течение пяти лет не проводить экзамены на степени, необходимые для занятия должностей.

В январе 1902 г. цинское правительство вернулось в Пекин. Империалистические державы сочли, что оно будет их верным и покорным слугой, и искусственно продлили владычество маньчжурских и китайских феодалов в стране.

Во время войны с империалистами в Северном Китае ни представители революционно-демократического движения, руководимого Сунь Ятсеном, ни реформаторы во главе с Кан Ю-вэем не поддержали ихэтуаней. Китайская буржуазия не только осталась в стороне от народного движения, но и отмежевалась от него, считая, что восстание дает повод для раздела Китая державами. Созданная Кан Ю-вэем в эмиграции конституционно-монархическая партия защиты императора, ставившая своей целью реставрацию власти Гуансюя, открыто призывала своих последователей к защите иностранцев от «смутьянов». Тайная военная организация реформаторов— Армия независимости, которая летом 1900 г. готовила под руководством представителей левого крыла реформаторов выступления в Восточном и Центральном Китае с целью восстановления на престоле Гуансюя, также решительно отмежевалась от ихэтуаней.

Со стороны Союза возрождения Китая была предпринята попытка установить контакт с ихэтуанями, однако эмиссар союза по прибытии в Тяньцзинь был обвинен ихэтуанями в связях с иностранцами и убит. Антииностранная направленность восстания и главным образом поддержка ихэтуаней маньчжурским двором отталкивали китайских буржуазных революционеров. Последние верили в поддержку державами требования свергнуть чужеземную маньчжурскую династию и установить национальное китайское республиканское правительство.

В августе 1900 г. Союз возрождения Китая при участии тайных антиманьчжурских обществ организовал антиправительственное выступление на границе с недавно «арендованной» Англией территорией п-ова Коулун. Японские власти о-ва Тайвань обещали Сунь Ятсену доставить большую партию оружия и боеприпасов, но в последний момент отказались выполнить свое обещание. Восстание окончилось неудачей.

Антиимпериалистическая борьба народных масс Северного Китая нашла горячий отклик у представителей международного рабочего движения и прогрессивной общественности мира. От имени русских социал-демократов В. И. Ленин в 1900 г. выступил с гневной обличительной статьей «Китайская война», в которой писал: «Могли ли китайцы не возненавидеть людей, которые приезжали в Китай только ради наживы, которые пользовались своей хваленой цивилизацией только для обмана, грабежа и насилия, которые вели с Китаем войны для того, чтобы получить право торговать одурманивающим народ опиумом… которые лицемерно прикрывали политику грабежа распространением христианства?». Голос протеста против зверств и бесчинств интервентов в Китае звучал также в Германии и Франции, где А. Бебель, К. Либкнехт, Р. Люксембург, Ж. Жорес и Р. Роллан выступали в защиту китайского народа. Выступая в рейхстаге в ноябре 1900 г., Август Бебель говорил, что даже зверства Чингисхана, Тамерлана и Аттилы «сне могут сравниться с тем, что сделали войска немцев и других европейских держав в союзе с японцами в Китае».

Несмотря на то что народное восстание ихэтуаней было подавлено иностранными интервентами и маньчжуро-китайскими феодалами, оно сорвало планы империалистических держав по окончательному колониальному расчленению Китая. Империалисты оказались вынужденными на время сохранить цинский Китай как формально суверенное, хотя и полностью зависимое от них полуколониальное государство.

Источники:

• virezkipress.ru
• wushu.pp.ua
• maxbooks.ru