⇐ ПредыдущаяСтр 12 из 18Следующая ⇒В награду за услуги, оказанные иранской знатью халифу Мамуну в борьбе за престол с его братом Амином, халиф был вынужден раздать ей обширные земельные пожалования. Сверх того Хорасан был превращён в наследственное наместничество иранской дехканской фамилии Тахиридов (821—873), оказавшей особые услуги Мамуну. Тахирида Абдаллаха (828—844) восточная феодальная историография идеализировала, изображая его народолюбцем. На самом же деле это был просто умный и дальновидный представитель класса феодалов. Он старался точно фиксировать размеры хараджа и издал «Книгу о каналах» — кодекс водного права о порядке распределения воды для орошения полей. Но когда крестьяне поднимали восстания, Абдаллах прибегал к жестокой расправе с ними. Так он подавил крестьянское восстание в Систане (831г.).
При втором преемнике Абдаллаха—Мухаммеде (862—873) тахиридский наместник в Табаристане своими притеснениями и захватами общинных земель довёл местных крестьян до восстания (864 г.). Это восстание использовал ставший во главе его шиит, потомок Али — Хасан ибн Зейд, для того чтобы основать на южном берегу Каспийского моря независимое шиитское государство Алидов.
На востоке Ирана в это время возникло государство, в котором правила династия Саффаридов. Основателем этой династии был Якуб ибн Ляйс, по прозванию Саффар (медник), участвовавший в подавлении крестьянского движения, которое происходило в Систане под руководством хариджитов. После подавления этого восстания наёмное войско выбрало Якуба своим эмиром и захватило Систан (861 г.
). Собранные Якубом отряды завоевали значительную часть нынешнего Афганистана (области Херата, Кабула и Газны), а затем Керман и Фарс. Нанеся поражение войску тахиридского эмира в Хорасане, Якуб установил свою власть и в этой области (873 г.
). В 876 г. Якуб предпринял поход на Багдад, но его войско потерпело поражение в столкновении с войском багдадского халифа.
После 900 г. владения Саффаридов перешли под власть Саманидов, династии, возникшей около 819 г. в Мавераннахре.
⇐ Предыдущая78910111213141516Следующая ⇒Date: 2015-10-18; view: 60; Нарушение авторских прав
В награду за услуги, оказанные иранской знатью халифу Мамуну в борьбе за престол с его братом Амином, халиф был вынужден раздать ей обширные земельные пожалования. Сверх того Хорасан был превращён в наследственное наместничество иранской дехканской фамилии Тахиридов (821— 873), оказавшей особые услуги Мамуну. Тахирида Абдаллаха (828—844) восточная феодальная историография идеализировала, изображая его народолюбцем.
На самом же деле это был просто умный и дальновидный представитель класса феодалов. Он старался точно фиксировать размеры хараджа и издал «Книгу о каналах» — кодекс водного права о порядке распределения воды для орошения полей. Но когда крестьяне поднимали восстания, Абдаллах прибегал к жестокой расправе с ними.
Так он подавил крестьянское восстание в Систане (831 г. ).
При втором преемнике Абдаллаха — Мухаммеде (862—873) тахиридский наместник в Табаристане своими притеснениями и захватами общинных земель довёл местных крестьян до восстания (864 г.). Это восстание использовал ставший во главе его шиит, потомок Али — Хасан ибн Зейд, для того чтобы основать на южном берегу Каспийского моря независимое шиитское государство Алидов.
На востоке Ирана в это время возникло государство, в котором правила династия Саффаридов. Основателем этой династии был Якуб ибн Ляйс, по прозванию Саффар (медник), участвовавший в подавлении крестьянского движения, которое происходило в Систане под руководством хариджитов. После подавления этого восстания наёмное войско выбрало Якуба своим эмиром и захватило Систан (861 г.
). Собранные Якубом отряды завоевали значительную часть нынешнего Афганистана (области Херата, Кабула и Газны), а затем Керман и Фарс. Нанеся поражение войску тахиридского эмира в Хорасане, Якуб установил свою власть и в этой области (873 г.
). Иран в IX в.
В 876 г. Якуб предпринял поход на Багдад, но его войско потерпело поражение в столкновении с войском багдадского халифа. После 900 г.
владения Саффаридов перешли под власть Саманидов, династии, возникшей около 819 г. в Мавераннахре. Государство Саманидов просуществовало до 999 г.
Всемирная история. Том III. М., 1957, с. 118-119.
В Арабском халифате иранский этнос с его политическими и культурными традициями занимал особое место. Если арамейцы довольно быстро подверглись арабизации, то иранцы оказались столь же восприимчивыми к исламу, но устойчивыми в этнокультурном плане. Напомним, что в период становления власти Аббасидов они поддержали последних и благодаря поддержке со стороны знати Восточного Ирана на престоле закрепился младший сын Харуна ар-Рашида, по матери иранец Мамун. Вскоре, однако, иранская знать перестала довольствоваться поддержкой выгодных ей представителей династии Аббасидов; стали проявляться тенденции к обособлению отдельных областей.
Халифат первоначально терял окраинные области, и таковыми первое время были Испания, Северная Африка. Иранские же области, сыгравшие ведущую роль в утверждении Аббасидов, вступили на стезю приобретения независимости позже. И лидировали в этом не области Западного и Центрального Ирана, а восточноиранские земли, объединенные в обширную провинцию Хорасан.
Для этого были свои причины, и они состояли не в давних свободолюбивых традициях восточноиранских областей, как порой представляется в некоторых трудах по истории среднеазиатских республик, а в политических, этнических и культурных особенностях Хорасана. Начать с того, что именно Хорасан стал в арабское время этническим и культурным центром ираноязычного населения. Здесь активно распространился язык дари-фарси, по происхождению западноиранский, вытеснивший значительную часть местных языков и наречий.
Кроме того, именно в Хорасане прочнее всего в связи с деятельностью Аббасидов и их сторонников утвердился ислам, тогда как в Фарсе или Кермане еще в Х в. был живуч зороастризм.
Первое в Иране полусамостоятельное политическое объединение сложилось именно в Хорасане – это государство Тахиридов (821-873). Основатель династии Тахир ибн Хусейн, представитель знатной дехканской фамилии Хорасана, командовал армией аббасидского халифа Мамуна в его борьбе с Амином, а затем был назначен наместником Хорасана. Перед смертью он пошел на необычный акт – приказал опустить имя Мамуна в пятничной молитве (821 г.
), что было равнозначно отказу от признания власти халифа. Последний, однако, вынужден был назначить преемником Тахира его сына Талху, наследники которого управляли восточноиранскими областями до 873 г. , когда были свергнуты Саффаридами.
Талха и его преемники, из которых особенно известен Абдаллах (828-845), не последовали примеру основателя династии и, управляя на деле совершенно самостоятельно Хорасаном, формально признавали власть Аббасидов, поминая их имя в хутбе, чеканя имя халифа на первом месте на монетах и уплачивая Багдаду дань. Тахириды, проводя в целом политику, угодную иранскому дехканству, в то же время стремились несколько улучшить и положение крестьян и горожан. В их время дари-фарси впервые стал употребляться наряду с арабским как язык литературы.
Тахириды были свергнуты Саффаридами. Основатель династии Йакуб ибн Лейс был, как упоминалось, плебейского происхождения (имел профессию медника и, по словам историка Гардизи, в качестве моздура, поденщика, зарабатывал в месяц 15 дирхемов). Затем он оставил мирную специальность и стал искать счастья на поприще кондотьера, поступив на службу к правителю Сеистана, и постепенно захватил власть в этой области.
Йакуб и его барт Амр были шииты и в качестве таковых вступили в открытую борьбу с халифом. Первоначально им сопутствовал успех, и они овладели Хорасаном, лишив последнего Тахирида власти. Наследник Йакуба, Амр, вынужден был примириться с халифом, но дани Багдаду не платил и вообще вел себя по отношению к халифу вызывающе.
В отличие от Тахиридов Саффариды не заботились о благосостоянии страны и обирали как крестьян, так и дехкан. Более того, Амр вообще прославился своей скаредностью. Он повысил налоги с купцов и дорожные пошлины; как верх его корыстолюбия современники отмечают обложение им особой податью старух, занимавшихся прядением на дому.
Всем этим воспользовался халиф, оказавший поддержку правителю Мавераннахра Исмаилу Саманиду. Иранское дехканство, недовольное Саффаридами, оказало поддержку последнему, и Исмаил разгромил войско Амра, который попал в плен, был отослан к халифу и казнен по приказу последнего (900 г. ).
Иной характер носила держава Саманидов. Основателем феодального дома Саманидов был дехканин из Балха Саман-худа, принявший ислам уже при первых Аббасидах. Один из его внуков, Ахмад, был поставлен Мамуном в 819 г.
правителем Ферганы, а братья последнего управляли в других районах Мавераннахра. Халиф Мутамид, боровшийся с Саффаридами, назначил Насра ибн Ахмада в 875 г. правителем той части провинции Хорасан, которая не подчинялась Саффаридам (Мавераннахр, Восточный Хорасан с Гератом и Балхом).
Наср и его брат Исмаил вели успешную борьбу на северных границах с кочевыми тюркскими племенами, укрепили свою власть в восточноиранских областях, сделав центром своих владений Бухару. В 900 г. Исмаил разгромил Амра Саффарида и захватил его владения с благословения Багдада.
В отличие от строптивых Саффаридов, которые опирались только на военную силу, Саманиды, кровно связанные с иранским дехканством, имели достаточно широкую социальную опору. В качестве выразителей интересов иранской знати Саманиды возвели свою официальную родословную к Сасанидам, что символизировало их преемственную связь с древними доисламскими правителями Ирана. В то же время Саманиды были ортодоксальными мусульманами-суннитами, до конца дней своих признавали верховную власть халифа.
Таким образом, в деятельности Саманидов прослеживается как бы два противоречивых направления. С одной стороны, они – типичные мусульманские правители, распространители ислама среди многочисленных “неверных”, своих соседей. С другой – они же возрождали те доисламские традиции, которые не входили в противоречие с догматами ислама и современной им эпохой.
Поскольку центр державы Саманидов находился в пределах Мавераннахра со столицей в Бухаре, ряд ученых утвердили в историографии версию о таджикском государстве Саманидов. Государство это действительно можно назвать таджикским, не придавая, однако, термину “таджик” современного смысла, поскольку в ту пору таджиками, как сказано, называли всех иранцев в противоположность арабам и тюркам. Историческое же и культурное наследие эпохи Саманидов принадлежит в равной мере и современным персам и таджикам Средней Азии и Афганистана, а также в какой-то мере другим народам Средней Азии (прежде всего узбекам), – сложившимся позже, при участии раннесредневекового таджикского этноса.
Государство Саманидов в Х в. включало Мавераннахр, Хорезм, собственно Хорасан (западный с Нишапуром, Восточный с Гератом, Балхом и Северный с Мервом), а также Сеистан и Гурган (основную территорию современного Афганистана). Попытки Саманидов закрепиться в прикаспийских областях (прежде всего в Табаристане) в целом не удались.
Саманиды проводили активную политику на северных рубежах, где достигли значительных успехов в борьбе с тюрками-карлуками. Своеобразное положение занимал Хорезм; здесь существовали сначала два полусамостоятельных владения, в 995 г. объединенные правителем Гурганджа.
Саманидский правитель носил титул эмира, подчеркивая тем самым формальную зависимость от халифа. Столица Саманидов, Бухара, стала одним из крупнейших городов мусульманского мира. В Хорасане главным городом был Нишапур, ставший центром области еще при Тахиридах.
В этом городе сидел наместник всех владений Саманидов к югу от Амударьи, и Нишапур именно в Х в. надолго оттеснил на второй план прежний центр Хорасана – Мерв.
Государство Саманидов было для той поры централизованным объединением, вся власть в котором осуществлялась из Бухары. Большую роль играли вазиры, в Х в., как правило, принадлежавшие к двум знатным иранским дехканским фамилиям – Джайхани и Балами. Ряд представителей этих фамилий являлись крупными учеными, которым покровительствовали и саманидские эмиры.
Политика Саманидов в отношении своей главной социальной опоры – иранского дехканства – была противоречивой. С одной стороны, эмиры должны были считаться с местными феодальными домами. С другой – опасаясь дальнейшего развития сепаратистских тенденций, носителями которой были крупные дехкане, Саманиды стремились контролировать их деятельность и по мере сил ограничивать ее.
Они все больше вводили в практику раздачу земель на правах условного владения (икта) и, укрепляя таким путем свою власть на данный момент, по сути дела, подрывали ее социальные устои. Упадок дехканства фактически и стал главной причиной ослабления, а затем и падения государства Саманидов. Недовольные дехкане отказали династии в поддержке, и значительная их часть проявила пассивность в период выдвижения Газневидов, а затем сельджукского нашествия.
Новый язык основывался на арабском шрифте, более удобном, чем пехлевийский, и, став письменным, отбросил систему идеограмм, что сразу сделало его более доступным народу. В то же время в поэзии на дари IX в. очень сильно арабское влияние как в метрике стиха, так и в лексике. За многосотлетнюю историю языка дари в нем наблюдались разные веяния, в том числе и попытки очистить его от арабизмов (например, у Фирдоуси), но в целом дари-фарси как литературный язык сформировался под огромным влиянием арабского языка, который сам испытал воздействие иранской лексики, обнаруживаемой уже в Коране.
Настоящий расцвет литературы на дари-фарси начался в государстве Саманидов, в пределах Восточного Ирана и Мавераннахра. И первой фигурой здесь стал Рудаки (первая половина Х в.). Его касыды и газели, из которых сохранились немногие, свидетельствуют об авторе как о сложившемся поэте с оригинальным мировоззрением и талантом.
Но наивысшего расцвета в период Саманидов и Газневидов достиг эпический жанр. Выходец из Туса Дакики поставил задачу обработать и изложить в стихотворной форме иранский эпос и доисламскую историю Ирана. Материал для этого имелся в арабских переработках “Хвадай-намак”. Дакики не смог выполнить до конца эту задачу, и ее осуществление выпало на долю Абул-Касима Фирдоуси, также хорасанца, выходца из дехканского сословия, приходившего уже в ту пору в упадок.
Свое гигантское творение, озаглавленное “Шах-наме”, Фирдоуси завершил уже при Махмуде Газневи в 1009-1010 гг. Фирдоуси, как придворный поэт, был вынужден посвятить свой труд Махмуду, который был совершенно чужд иранскому патриотизму и не оказал ожидаемого покровительства поэту. Материал, положенный в основу “Шах-наме”, не был новым в литературе того времени.
Он обрабатывался историками (ат-Табари), входил в комплексные труды на арабском языке (ал-Масуди и др. ), но в огромной поэме Фирдоуси прошлое Ирана предстало как широкое поэтическое полотно, показавшее на родном для иранцев языке их богатое политическое наследие и культурные традиции. В то же время Фирдоуси оставался мусульманином, и попытки некоторых современников и последующих поколений представить его как еретика и чуть ли не зороастрийца оснований не имеют.
Фирдоуси, по-видимому, даже не знал среднеперсидского языка (точнее, письменности). Его поэма оказала огромное влияние на последующее развитие средневековой литературы на дари-фарси – как теперь признано, общего наследия и современных персов, и современных таджиков.
Как сказано, Махмуду Газневи был полностью чужд иранский патриотизм, хотя при его дворе сложилась школа поэтов-панегиристов (Унсури и др.), которые создали ему в глазах потомков незаслуженную славу покровителя персидской литературы.
Языком науки оставался, однако, арабский язык. Великий Бируни даже писал, что только он пригоден для ученых, и сам творил лишь на этом языке, пренебрегая и фарси, и родным хорезмийским. Научное творчество Бируни, в котором сфокусировались практически все достижения тогдашней науки, относится и к арабской, и к иранской науке. То же самое можно сказать и об Абу Али Ибн Сине (Авиценне), уроженце Бухары, для которого дари был родным языком, и многих других представителях культуры той поры.
При Саманидах возникла и проза на дари. Мухаммад Балами, вазир одного из Саманидов, переработал и переложил на персидский язык “Историю пророков и царей” ат-Табари. В его редакции много добавлений, отсутствующих в подлиннике.
А в 80-х годах Х в. в пределах современного Афганистана для одного из мелких феодалов области Гузганан на фарси была составлена анонимная географическая компиляция “Худуд ал-алам”, автор которой скомпоновал (не всегда, правда, удачно) выдержки из многих ныне утраченных географических сочинений. Блестящим образцом прозы на фарси-дари Х-ХI вв.
В иранских государствах Х в. правители, как правило, покровительствовали науке и литературе. Даже Махмуд Газневи пытался силой заставить крупнейших ученых жить в своей столице, Газне.
Не все почитали это за честь, в частности Ибн Сина, бежавший из Газны на запад Ирана. Саманиды и Буиды основали огромные для того времени уникальные библиотеки (в Бухаре и Ширазе), собирая там ценнейшие рукописи на арабском, персидском и других языках. Обучение в Иране той поры велось на арабском языке в духовных школах (медресе), но возникали учебные и научные учреждения высшего типа, своеобразные средневековые университеты.
Чаще всего они назывались дар ал-илм (“дом науки”). Крупнейшие авторитеты в области религии, религиозного права и т. д.
читали лекции в дар ал-илм и при важнейших мечетях в Нишапуре, Бухаре, Исфагане и т. д. Число слушателей достигало иногда нескольких сотен.
Из памятников архитектуры той поры сохранились преимущественно здания мечетей и медресе. Они отражают два типа архитектуры: один – в известной мере продолжающий традиции Византии и идущий из Сирии, другой – связанный с сасанидской эпохой. Первый был больше распространен в Северном Иране в VIII-X вв.
, второй – в разных областях страны позже, с XI в. Уцелели и некоторые образцы светской архитектуры: мавзолей Исмаила Саманида в Бухаре (X в. ), башня мавзолея местного феодала Кабуса в Гургане (начало XI в.
) и др. Они по своему типу восходят к соответствующим сооружениям сасанидского времени.
Период IX – первой половины XI в. очень важен в истории Ирана. Это, по сути дела, исключительный отрезок времени после арабских завоеваний, когда на территории Ирана создаются государства с этнически иранскими династиями.
Уже в конце этого периода положение меняется, и вплоть до новейшего времени династии, правившие в Иране, были этнически неиранскими. Для этого периода характерен расцвет иранской культуры, прежде всего литературы на персидском (дари-фарси) языке. Правда, эта традиция оказалась весьма устойчивой; она продолжала развиваться и в эпоху господства тюркских и монгольских династий благодаря более высокому уровню иранской культуры, оказавшей огромное воздействие на сложение и средневековых тюркских литературных языков, и литературы на этих языках.
Список литературы1. История Востока; Издательская фирма “Восточная литература” РАН, Москва, 1997
Источники:
