ФранцияПоследующие несколько дней были отмечены дискуссиями по поводу приговора Людовику: от жирондистов и якобинцев выступали лучшие ораторы- Верньо, Бриссон, Сен-Жюст, Петион и др. Однако, споры касались теперь не виновности Людовика, а способа вынесения и утверждения приговора. Единственное, на чем попытались настоять жирондисты, это вынесение приговора на утверждение народа, однако, это предложение было отвергнуто.
Голосование далее проходило по трем основным вопросам: виновен ли Людовик, подлежит ли приговор ратификации народом, какого наказания заслужил Людовик. Уже 15 января был получен ответ на первый вопрос: виновность признана подавляющим большинством (691 голос против 27 воздержавшихся и 31 отсутствующих). При голосовании по второму вопросу голоса разделились, но якобинцы добились невынесения приговора на суд народа.
16 января началось голосование по третьему вопросу, продолжавшееся всю ночь и следующий день. Секретарь по очереди вызывал депутатов к трибуне, где каждый представлял свою точку зрения. В итоге 334 депутата проголосовали за изгнание, тюремное заключение и т.
д (т. е. не лишать короля жизни).
361 (для вынесения приговора при общем количестве депутатов 721 человек это было минимальным условием для принятия решения)- высказались за смертный приговор “без оговорок”. Интересно, что решающий голос принадлежал “гражданину Филиппу Эгалитэ”, бывшему герцогу Орлеанскому, родственнику короля, главе младшей линии династии, который отрекся от титула и стал якобинцем. Однако, подобная победа казалась неубедительной, и якобинцы приплюсовали к 361 голосу еще 26 голосов “за казнь, с обсуждением политической целесообразности”.
В ночь на 20 января 380 голосами против 310 было отклонено предложение об отсрочке казни. Был издан декрет: “Луи Капет”, “виновный в заговоре против свободы народа и покушении на безопасность государства”, приговорен к смертной казни. Приговор обязал Временный исполнительный комитет исполнить его в течение 24 часов.
Прощание с семьейПо свидетельству неприсяжного священника Эджворта, с которым Людовик провел последние часы жизни, прощание с семьей происходило следующим образом (священник стоял в это время за дверью): “В течение четверти часа не было произнесено ни одной фразы. Они даже не плакали или рыдали- они вопили от горя, и их вопли нельзя было не слышать за стенами башни… Наконец, плач прекратился, видимо, потому, что их оставили силы”. Чуть более 30 минут провел Людовик со своей семьей.
Казнь Людовика25 января 1793 г. в 11 часов утра Людовик взошел на эшафот. Интересна небольшая деталь: при казни короля была впервые опробована новая конструкция гильотины- с косым лезвием. А интересно это тем, что именно король незадолго до собственной казни ее и “усовершенствовал”.
Последними словами Людовика были: “Я умираю невиновным а преступлениях, в которых меня обвиняют. Я прощаю всем, кто желал моей смерти, и молю Бога, чтобы кровь, которую вы собираетесь пролить, никогда не пала на Францию!”Судьба королевы Франции1 августа 1793 г. Национальный конвент решил передать Марию- Антуанетту революционному трибуналу.
2 августа Мария- Антуанетта была переведена из Тампля в Консьержери. К этому времени якобинцы забрали у нее сына- маленького дофина Луи Шарля, провозглашенного роялистами после смерти Людовика XVI королем Франции Людовиком XVII. 3 июля 1793 г. вечером, когда Луи уснул, Мария- Тереза читала книгу, а Мария- Антуанетта и Елизавета чинили одежду, в Тампль наведались солдаты и забрали спящего мальчика. Его судьбой завладел Комитет общественного спасения, который решил воспитать маленького “короля” по-якобински. С тех пор мать не видела своего сына, ничего не знала о нем. Жизнь в Консьержери была тоже несладкой. Здесь можно отметить один эпизод. Осенью, когда ночи стали холодными, Мария- Антуанетта попросила тюремного сторожа дать ей теплое одеяло, тот обратился к коменданту Фукье- Тенвилю и получил вполне весомый аргумент: “Что? Верно, захотелось и тебе на гильотину?”Точный список с подписи Луи Шарля Капета на протоколе заседания в Тампле, 6 октября 1793 года Тем временем воспитанный “как надо” дофин в присутствии чиновников подписал показания против матери, “изобличавшие” ее в кровосмешении с собственным сыном. В том же обвинялась и Елизавета, сестра Людовика XVI. Однако, историки сходятся во мнении, что, подписывая этот документ, Луи не был в здравом рассудке. В качестве доказательства этому приводится источниковедческий анализ этого документа. Протокол Луи Шарля оформлен небрежно, на полях сохранились многочисленные приписки, не внушает доверия и подпись: “Луи Шарль Капет”, представляющая собой неумелые каракули. Возможно, мальчик был пьян: известно, что одним из элементов якобинского “воспитания” были регулярные попойки. На очной ставке с Елизаветой Луи подтвердил свои показания, в ответ на что Елизавета воскликнула: “Маленькое чудовище!” Почему мальчик свидетельствовал против своей матери? Историки объясняют это по- разному: одни считают, что Людовик был патологически лжив, другие объясняют это подражанием родителям, часто уступавшим обстоятельствам, третьи основную причину видят в постоянном действии на мальчика алкоголя.
Точный список с подписи официального обвинителя, Фукье-Тенвиля14 октября 1793 г. начался процесс над Марией- Антуанеттой, продолжавшийся два дня. Эбер обвинил мать в разврате с сыном.
Отвечать на это королева Франции посчитала ниже своего достоинства, однако ее вынудили. “Я не стала опровергать это обвинение, т. к.
предъявление его матери противно природе”- сказала Мария- Антуанетта, на что публика ответила аплодисментами. Казнь королевы была назначена на 16 октября. Другого исхода не могло и быть, особенно если учесть, что обвинителем королевы был тюремный комендант Фукье- Тенвиль, а присяжными на процессе- портной Гренье Трей, экс-маркиз Атонель, живописец Шатке, хирург Субербьель, перчатник Пикар, плотник Девез, слесарь Дерье и портной Жимон.
В ночь перед казнью она пишет прощальное письмо Елизавете. В 11 часов утра Мария- Антуанетта в открытой повозке смертников была увезена на казнь. Взойдя на эшафот она лишь бросила палачу: “Не мешкайте!
“3 мая 1794 г. на суд отвезли Елизавету и на следующий же день гильотинировали.
Судьба Людовика XVIIЛюдовик XVII После обвинения Марии- Антуанетты, полученного в результате “особого” воспитания, о мальчике как будто забыли (и правильно, ведь от него уже получили все, что хотели). Елизавета и Мария Тереза ничего не знали о его судьбе.
На следующий день после переворота 9 термидора в Тампль с инспекцией явился гражданин Лоран. Увидев грязную засаленную постель, на которой в лохмотьях без чувств лежал “случайно выживший” дофин, он сразу распорядился, чтобы мальчика помыли, перевели в другое помещение, вызвали доктора. Когда Луи немного окреп, Лоран вывел его на воздух, впервые за долгое время.
Организм ребенка цеплялся за жизнь, постепенно пробуждался и интеллект: стоило книге попасть в его руки, он начал без запинки читать ее. Однако, мальчику так и не удалось восстановиться и 8 июня 1795 г. Луи Шарль умер.
В историографии существует несколько точек зрения на то, когда умер дофин. Одни подозревают, что уже во время процесса Марии- Антуанетты суду был предъявлен не Луи Шарль, а его двойник, а дофин к тому времени уже умер. Другие- что Луи умер после того, как окончилась “миссия” Симона, т.
е. в январе 1794 г. , 8 же июня умер двойник.
Судьба Марии- ТерезыМария- Тереза, дочь Людовика XVI и Марии- Антуанетты, единственная осталась в живых после революции. После казни отца, матери и тетки она осталась одна на 4-м этаже Тампля. 11 мая 1794 г. Марию- Терезу посетил не кто- нибудь, а сам Робеспьер, человек, во многом благодаря которому девочка осталась сиротой. Мария- Тереза не сказала ни слова, только сунула ему записку: “Мой брат болен. Я просила Конвент разрешить мне за ним ухаживать. Конвент мне так и не ответил. Я настаиваю на своей просьбе”. Просьба оказалась безрезультатной.
В 1795 г. правительство Директории выдало Марию- Терезу Австрии. Несколько лет она прожила при дворе своего деда- Франца II.
В 1799 г. она встретилась с Людовиком XVIII. Мужем Марии- Терезы стал герцог Ангулемский, один из наследников французской короны.
Мария- Тереза ни разу не усомнилась в смерти своего брата. Сама она умерла в 1851 г.
Ссылка на источник: http://monarchy1789.narod.ru/posldni.html.
ФранцияПоследующие несколько дней были отмечены дискуссиями по поводу приговора Людовику: от жирондистов и якобинцев выступали лучшие ораторы- Верньо, Бриссон, Сен-Жюст, Петион и др. Однако, споры касались теперь не виновности Людовика, а способа вынесения и утверждения приговора. Единственное, на чем попытались настоять жирондисты, это вынесение приговора на утверждение народа, однако, это предложение было отвергнуто.
Голосование далее проходило по трем основным вопросам: виновен ли Людовик, подлежит ли приговор ратификации народом, какого наказания заслужил Людовик. Уже 15 января был получен ответ на первый вопрос: виновность признана подавляющим большинством (691 голос против 27 воздержавшихся и 31 отсутствующих). При голосовании по второму вопросу голоса разделились, но якобинцы добились невынесения приговора на суд народа.
16 января началось голосование по третьему вопросу, продолжавшееся всю ночь и следующий день. Секретарь по очереди вызывал депутатов к трибуне, где каждый представлял свою точку зрения. В итоге 334 депутата проголосовали за изгнание, тюремное заключение и т.
д (т. е. не лишать короля жизни).
361 (для вынесения приговора при общем количестве депутатов 721 человек это было минимальным условием для принятия решения)- высказались за смертный приговор “без оговорок”. Интересно, что решающий голос принадлежал “гражданину Филиппу Эгалитэ”, бывшему герцогу Орлеанскому, родственнику короля, главе младшей линии династии, который отрекся от титула и стал якобинцем. Однако, подобная победа казалась неубедительной, и якобинцы приплюсовали к 361 голосу еще 26 голосов “за казнь, с обсуждением политической целесообразности”.
В ночь на 20 января 380 голосами против 310 было отклонено предложение об отсрочке казни. Был издан декрет: “Луи Капет”, “виновный в заговоре против свободы народа и покушении на безопасность государства”, приговорен к смертной казни. Приговор обязал Временный исполнительный комитет исполнить его в течение 24 часов.
Прощание с семьейПо свидетельству неприсяжного священника Эджворта, с которым Людовик провел последние часы жизни, прощание с семьей происходило следующим образом (священник стоял в это время за дверью): “В течение четверти часа не было произнесено ни одной фразы. Они даже не плакали или рыдали- они вопили от горя, и их вопли нельзя было не слышать за стенами башни… Наконец, плач прекратился, видимо, потому, что их оставили силы”. Чуть более 30 минут провел Людовик со своей семьей.
Казнь Людовика25 января 1793 г. в 11 часов утра Людовик взошел на эшафот. Интересна небольшая деталь: при казни короля была впервые опробована новая конструкция гильотины- с косым лезвием. А интересно это тем, что именно король незадолго до собственной казни ее и “усовершенствовал”.
Последними словами Людовика были: “Я умираю невиновным а преступлениях, в которых меня обвиняют. Я прощаю всем, кто желал моей смерти, и молю Бога, чтобы кровь, которую вы собираетесь пролить, никогда не пала на Францию!”Судьба королевы Франции1 августа 1793 г. Национальный конвент решил передать Марию- Антуанетту революционному трибуналу.
2 августа Мария- Антуанетта была переведена из Тампля в Консьержери. К этому времени якобинцы забрали у нее сына- маленького дофина Луи Шарля, провозглашенного роялистами после смерти Людовика XVI королем Франции Людовиком XVII. 3 июля 1793 г. вечером, когда Луи уснул, Мария- Тереза читала книгу, а Мария- Антуанетта и Елизавета чинили одежду, в Тампль наведались солдаты и забрали спящего мальчика. Его судьбой завладел Комитет общественного спасения, который решил воспитать маленького “короля” по-якобински. С тех пор мать не видела своего сына, ничего не знала о нем. Жизнь в Консьержери была тоже несладкой. Здесь можно отметить один эпизод. Осенью, когда ночи стали холодными, Мария- Антуанетта попросила тюремного сторожа дать ей теплое одеяло, тот обратился к коменданту Фукье- Тенвилю и получил вполне весомый аргумент: “Что? Верно, захотелось и тебе на гильотину?”Точный список с подписи Луи Шарля Капета на протоколе заседания в Тампле, 6 октября 1793 года Тем временем воспитанный “как надо” дофин в присутствии чиновников подписал показания против матери, “изобличавшие” ее в кровосмешении с собственным сыном. В том же обвинялась и Елизавета, сестра Людовика XVI. Однако, историки сходятся во мнении, что, подписывая этот документ, Луи не был в здравом рассудке. В качестве доказательства этому приводится источниковедческий анализ этого документа. Протокол Луи Шарля оформлен небрежно, на полях сохранились многочисленные приписки, не внушает доверия и подпись: “Луи Шарль Капет”, представляющая собой неумелые каракули. Возможно, мальчик был пьян: известно, что одним из элементов якобинского “воспитания” были регулярные попойки. На очной ставке с Елизаветой Луи подтвердил свои показания, в ответ на что Елизавета воскликнула: “Маленькое чудовище!” Почему мальчик свидетельствовал против своей матери? Историки объясняют это по- разному: одни считают, что Людовик был патологически лжив, другие объясняют это подражанием родителям, часто уступавшим обстоятельствам, третьи основную причину видят в постоянном действии на мальчика алкоголя.
Точный список с подписи официального обвинителя, Фукье-Тенвиля14 октября 1793 г. начался процесс над Марией- Антуанеттой, продолжавшийся два дня. Эбер обвинил мать в разврате с сыном.
Отвечать на это королева Франции посчитала ниже своего достоинства, однако ее вынудили. “Я не стала опровергать это обвинение, т. к.
предъявление его матери противно природе”- сказала Мария- Антуанетта, на что публика ответила аплодисментами. Казнь королевы была назначена на 16 октября. Другого исхода не могло и быть, особенно если учесть, что обвинителем королевы был тюремный комендант Фукье- Тенвиль, а присяжными на процессе- портной Гренье Трей, экс-маркиз Атонель, живописец Шатке, хирург Субербьель, перчатник Пикар, плотник Девез, слесарь Дерье и портной Жимон.
В ночь перед казнью она пишет прощальное письмо Елизавете. В 11 часов утра Мария- Антуанетта в открытой повозке смертников была увезена на казнь. Взойдя на эшафот она лишь бросила палачу: “Не мешкайте!
“3 мая 1794 г. на суд отвезли Елизавету и на следующий же день гильотинировали.
Судьба Людовика XVIIЛюдовик XVII После обвинения Марии- Антуанетты, полученного в результате “особого” воспитания, о мальчике как будто забыли (и правильно, ведь от него уже получили все, что хотели). Елизавета и Мария Тереза ничего не знали о его судьбе.
На следующий день после переворота 9 термидора в Тампль с инспекцией явился гражданин Лоран. Увидев грязную засаленную постель, на которой в лохмотьях без чувств лежал “случайно выживший” дофин, он сразу распорядился, чтобы мальчика помыли, перевели в другое помещение, вызвали доктора. Когда Луи немного окреп, Лоран вывел его на воздух, впервые за долгое время.
Организм ребенка цеплялся за жизнь, постепенно пробуждался и интеллект: стоило книге попасть в его руки, он начал без запинки читать ее. Однако, мальчику так и не удалось восстановиться и 8 июня 1795 г. Луи Шарль умер.
В историографии существует несколько точек зрения на то, когда умер дофин. Одни подозревают, что уже во время процесса Марии- Антуанетты суду был предъявлен не Луи Шарль, а его двойник, а дофин к тому времени уже умер. Другие- что Луи умер после того, как окончилась “миссия” Симона, т.
е. в январе 1794 г. , 8 же июня умер двойник.
Судьба Марии- ТерезыМария- Тереза, дочь Людовика XVI и Марии- Антуанетты, единственная осталась в живых после революции. После казни отца, матери и тетки она осталась одна на 4-м этаже Тампля. 11 мая 1794 г. Марию- Терезу посетил не кто- нибудь, а сам Робеспьер, человек, во многом благодаря которому девочка осталась сиротой. Мария- Тереза не сказала ни слова, только сунула ему записку: “Мой брат болен. Я просила Конвент разрешить мне за ним ухаживать. Конвент мне так и не ответил. Я настаиваю на своей просьбе”. Просьба оказалась безрезультатной.
В 1795 г. правительство Директории выдало Марию- Терезу Австрии. Несколько лет она прожила при дворе своего деда- Франца II.
В 1799 г. она встретилась с Людовиком XVIII. Мужем Марии- Терезы стал герцог Ангулемский, один из наследников французской короны.
Мария- Тереза ни разу не усомнилась в смерти своего брата. Сама она умерла в 1851 г.
Ссылка на источник: http://monarchy1789.narod.ru/posldni.html.
В ночь на 30 декабря в Конвент явились сотни членов секций и Коммуны Парижа с требованием казнить короля-изменника. После бурных дебатов 17 января 1793 г. 387 человек проголосовали за казнь; 344 депутата – за оковы, тюремное заключение и условную казнь. 21 января в 11 часов утра при огромном стечении народа Людовик XVI был казнен. В октябре того же года по приговору революционного трибунала гильотинировали и Марию Антуанетту. Дофина отдали сапожнику для обучения ремеслу, но он заболел и скончался в 1795 г. Несмотря на казнь короля и целый ряд декретов, изданных по требованию народных масс, и несмотря на принятие максимума на хлеб и зерно, удешевление хлеба в Париже до 3 су, накал борьбы в парламенте и вне его возрастал. Устанбвтгение твердых цен не улучшило положения парижан, так как материальной заинтересованности у крестьян не было, а частная инициатива полностью подавлялась. Опираясь на ряд департаментов, жирондисты угрожали монтаньярам разрушением Парижа. Жирондистский Конвент создал «Комитет 12» для расследования деятельности секций и Коммуны. Был издан приказ об аресте Эбера, Варлена и др. Их называли «бешеными». Против жирондистов объединились Коммуна, большая часть секций, монтаньяры, члены клуба кордельеров. Борьбу с жирондистами поддерживала часть народа в Париже. Еще 10 августа Коммуной был создан Повстанческий комитет. По его приказу 31 мая 1793 г. многотысячная вооруженная толпа и бойцы Национальной гвардии под гром набата со 163 орудиями окружили Конвент. Опоясавшись трехцветными шарфами, жирондисты пытались пройти сквозь толпу. Им это не удалось: Верньо, Бриссо и другие лидеры жирондистов были арестованы. Народное восстание победило. К власти пришли якобинцы.
Перелом в войне. Продолжение террора.
В течение осени и начале зимы 1793/94 г. наступил наконец перелом в войне. Мобилизация всех сил республики перед лицом врагов принесла победу. Была проведена амальгама, т. е. слияние регулярных обученных частей с необученными революционно настроенными волонтерскими частями. Молодые командиры, среди которых очень скоро выделились будущие маршалы, введенный рассыпной строй вместо линейного, практическое использование математики, химии и других наук – все это вместе дало весьма ощутимый эффект. Кроме того, впервые была введена всеобщая воинская повинность, которой не знали другие страны. Уже зимой 1794 г. были потушены феодальные мятежи, разгромлены основные силы вандейцев, земли Франции освобождены от армий коалиции. В июне 1794 г. французская армия одержала решающую победу под Флерюсом и двинулась в Бельгию. Это были победы французского народа, однако считать их исключительно заслугой якобинского Конвента ошибочно: нельзя исключать организующей силы якобинцев, но велика роль и Коммуны Парижа, и секций, Дантона и его сторонников, а также жирондистов, не говоря уже о народных низах. Эбер действительно ратовал за свержение Робеспьера и его группировки, но Шометт, наоборот, считал, что этого делать нельзя. Однако оба лидера народных масс были отправлены на гильотину. 5 апреля закончился суд над Дантоном и его сторонниками – их также отправили на гильотину. До последней минуты Дантон не верил в то, что его осудят, держал себя на суде смело и даже вызывающе. Робеспьер же недоумевал, почему «на месте одной отрубленной готовы у гидры контрреволюции вырастают тут же семь голов». Якобинский блок и якобинская диктатура.
Якобинцы пришли к власти при помощи всех групп якобинского блока, поддержанные массами города и деревни, всеми, кто был недоволен жирондистским Конвентом. Положение как во всей Франции, так и в Париже было тяжелым и сложным: около 60 департаментов, где были влиятельны фондисты, из 83 охватил так называемый федералистский мятеж; многие города и порты (Тулон, Марсель, Лион и др.) оказались в мятежных зонах. К тому же вспыхнувшее в марте 1793 г. восстание в Вандее, направленное против Конвента, разгоралось все сильнее. Сельское хозяйство было нарушено, жирондистский Конвент призвал в армию 300 тыс. человек. В Вандее, отсталой в промышленном отношении, крестьянство находилось под влиянием дворян-монархистов, которые развязали настоящую войну против Конвента, пославшего в Вандею карательные отряды. Вначале вандейцами командовали сами крестьяне, но уже летом 1793 г. восстание взяли в свои руки дворяне-монархисты. Вандейцы не имели единой формы, они носили на груди свою эмблему из красного сукна «сердце Иисуса». Политика, которую вел якобинский Конвент через своих комиссаров, еще более разжигала борьбу. Обе стороны жгли, убивали и вешали. В том же 1793 г. восстание в основном было подавлено, но отдельные выступления вандейцев при помощи эмигрантов и англичан продолжались до 1795 г. С обеих сторон в Вандее погибли более 600 тыс. французов. Понимая сложившееся тяжелое положение в стране, стремясь упрочить свою власть, якобинский Конвент сразу же занялся вопросами о земле и крестьянстве. Были изданы один за другим несколько аграрных декретов, некоторые уже принятые, но не осуществленные жирондистами. Так, 3 июня 1793 г. якобинский Конвент принял декрет о продаже земель эмигрантов мелкими участками с торгов тому, кто даст за нее большую сумму, и выделении по одному арпану земли (1 арпан = менее 1 десятины) на главу семьи, не имевшей ее вовсе. Но этот декрет через полтора месяца был отменен и не успел дойти до деревни. 10 июля последовал новый декрет о раздаче общинных земель, если более трети членов крестьянской общины будут за раздел. Сеньор из раздела исключался. 17 июля 1793 г. был издан декрет о безвозмездной отмене всех феодальных повинностей (несмотря на то что они отменялись несколько раз начиная с 1789 г., реально они продолжали существовать). Все протесты из-за недоимок и суды, связанные с феодальными отношениями, прекращались; подлежали сдаче и сожжению в трехмесячный срок соответствующие бумаги. Однако сжигались они не всегда, так как обычно на обратной стороне документа была указана купля-продажа земли уже в период революции, и владельцы этих купчих не сдавали. Но все повинности, связанные с владениями или арендой земли, оставались в силе. Вышеназванный документ отменял феодальные повинности, которые в большинстве случаев уже были аннулированы, и был в значительной степени декларативным, так как повинности, связанные с землей, оставались в силе. За пропаганду «аграрного закона» (т. е. требования о разделе земли) по-прежнему арестовывали и можно было попасть на гильотину. Земля могла приобретаться лишь теми, у кого были деньги. Земля начинала становиться капиталистической собственностью, которая легально продавалась и покупалась. Это, несомненно, было прогрессивным явлением. Принятые декреты, хотя практически в жизнь и не проводились, отчасти облегчали якобинцам призывы в армию и подавление феодальных мятежей. Вопрос же о продовольствии решен не был, по-прежнему спекулировали продуктами и звонкой монетой. Продолжалось давление на Конвент и его комитеты со стороны бедноты, требовавшей не только установления максимума на необходимые товары, но и немедленного наказания спекулянтов вплоть до отправки их на гильотину. Второй максимум, введенный 29 сентября 1793 г., устанавливал твердые цены на товары первой необходимости и тем отличался от первого максимума (4 мая 1793 г.). Но и этот, второй максимум ничего не изменил, так как экономическая политика якобинцев оставалась без внимания Конвента. В самом якобинском блоке шла поляризация сил. И «бешеные», и «левые якобинцы» стремились к углублению революции. С одной стороны, Дантон, возглавлявший Комитет общественного спасения, один из активнейших организаторов тыла и фронта в войне с коалицией, и с ним его единомышленники (Камил Демулен и др.) считали, что террор надо ограничить, за что их назвали «снисходительными»; с другой – Робеспьер и его сторонники хотели удержать твердую власть любой ценой. Постепенно революционный террор превращался в защиту личной власти Робеспьера и его группы. Особой остроты борьба группировок в якобинском блоке достигла к концу июня, сразу же после принятия новой Конституции. Конституция 1793 г. была до некоторой степени прогрессивной для того времени, хотя и подверглась резкой критике слева. 29 июня 1793 г. Конвент принял новую Конституцию Франции, в соответствии с которой страна объявлялась республикой с однопалатным собранием, избираемым прямым всеобщим голосованием для мужчин с 21 года. Весьма расплывчато она провозглашала «всеобщее счастье», но в то же время и права народа на восстание, образование, на труд и общественную помощь калекам и обездоленным. Демократические права и свободы провозглашались чисто декларативно, без гарантий и правовых обоснований. Утверждалось и право частной собственности без уравнительных мер. Жак Ру, кюре секции Гревлье, одной из небогатых и наиболее революционных секций Парижа, выступил с резкой критикой Конституции. Против него ополчились и сторонники Робеспьера, и левые якобинцы. Конституция даже в таком виде не была осуществлена, а отложена «до конца войны», когда и якобинский Конвент уже перестал существовать. 13 июля 1793 г. был совершен террористический акт: заколот кинжалом один из активных якобинцев, член Конвента, редактор революционной газеты «Друг народа», ученый Жан Поль Марат. Работая дома в ванне, закрытой доской-столом, почечный больной Марат принял женщину по ее просьбе, якобы принесшую список врагов Кон-веита, дворянку Шарлотту Корде. Ему, безоружному, она нанесла смертельный удар кинжалом. Это, как и убийство якобинца Шалье в Лионе, и контрреволюционный террор во многих городах, вызвало усиление террора якобинцев. Художник Луи Давид изобразил сцену убийства в картине «Смерть Марата». Отряды, шедшие на фронт, принимали присягу перед этой картиной.
Источники:
