Солнечным днём 3-го июля 1941-го года в город Минск, уже неделю как захваченный фашистами, неторопливо въехал советский танк. Одинокие, уже запуганные немцами прохожие торопливо жались к домам – по улицам города ползла огромная трёхбашенная бронированная машина, ощётинившаяся четырьмя пулемётами, неторопливо поводя дулом короткой пушки. Гитлеровские солдаты совершенно не боялись советского танка – в те дни в верхмахте было уже немало трофейной бронетехники.
Весёлый немецкий велосипедист даже некоторое время ехал перед танком, неторопливо нажимая на педали. Механик-водитель нажал на газ посильнее, танк дёрнулся вперёд и размазал незадачливого велосипедиста по мостовой – видать, тот просто надоел танкистам. А вот нескольких немцев, куривших на крыльце, они не тронули – не хотели вскрываться раньше времени.
Наконец подъехали к ликёроводочному заводу. Не в том смысле «наконец», чтобы выпить, а в том смысле, что нашли цель. Неторопливые, обстоятельные немцы грузили в грузовик ящики со спиртным.
Рядом скучал бронеавтомобиль. Первым не выдержал Николай в правой башне – метров с пятидесяти вжарил по грузовику из пулемёта. Серёга в левой тоже нажал на гашетку.
Майор закусил губу — первым же точным выстрелом превратил броневик в груду металла и перевёл огонь на пехоту. Через несколько минут всё было кончено. Завершая картину разгрома сержант Малько провёл танк по остаткам грузовика.
Судя по всему – немцы ещё не понимали, что происходит в городе. Никем не преследуемый танк аккуратно переехал речку Свислочь по деревянному мостику – почти 30 тонн это не шутка – и пополз к рынку. На встречу Т-28 пошла колонна мотоциклистов – точно таких же, какими их покажут в фильмах лет через 20 – весёлые, форсистые, уверенные в себе.
Серая змея обтекала танк слева. Пропустив несколько экипажей за корпус танка, майор резко ударил мехвода по левому плечу, и тот бросил танк прямо в колонну. Послышался страшный скрежет и крики.
Тыльный пулемёт из головной башни ударил в затылок успевшим проскочить мотоциклистам, на дороге началась паника. Башенные ДТ поливали огнём гитлеровцев в середине и конце колонны, побледневший Малько жал и жал на рычаги, перемалывая железной громадой людей и мотоциклы. Пот тёк из под шлема и заливал ему глаза – ещё двумя неделями раньше он, прошедший Испанию, Халхин-Гол, Польшу и Финляндию, даже представить себе не мог, что попадёт в такую мясорубку.
Патронов танкисты не жалели – ещё с утра они в брошенном военном городке набили танк патронами и снарядами под завязку. Правда, впопыхах взяли половину снарядов для дивизионных пушек – а те, хоть и были того же калибра, не лезли в танковую пушку. Зато пулемёты били не смолкая. Выезжая на центральную улицу Минска – Советскую – танк, походя, обстрелял немцев толпившихся в сквере у театра. Потом, свернул на Пролетарскую и там остановился. Лица бойцов растянулись в волчьих улыбках. Улица была просто забита врагами и техникой – машины с оружием, машины с боеприпасами, цистерны с горючим, полевые кухни. И солдаты, солдаты в серой форме кругом.
Выдержав мхатовскую паузу Т-28 взорвался смерчем огня. Пушка и три фронтальных пулемёта превратили улицу в кромешный ад. Почти сразу же загорелись цистерны, горящий бензин потёк по улицам, огонь перекинулся на машины с боеприпасами, потом на дома и деревья.
Шансов укрыться от кинжального огня не было ни у кого. Оставив после себя филиал чистилища, танкисты решили посетить парк Горького. Правда, по дороге они попали под огонь 37-ми миллиметровой противотанковой пушки.
Тремя выстрелами майор успокоил дебошира. В парке танкистов опять ждали гитлеровцы. Эти уже слышали выстрелы и разрывы рвущихся боеприпасов – но задирали головы и выглядывали сталинских соколов.
Думали, что окромя авиации им в Минске ничего не угрожает. Краснозвёздный Т-28 поспешил их в этом разубедить. Всё пошло по накатанной – лающая пушка, захлёбывающиеся пулемёты, подожжённая цистерна, чёрный дым и разбросанные трупы вражеских солдат.
Боезапас пушки почти иссяк и для танкистов подошло самое время делать ноги из Минска, тем более что теперь он перестал быть для немцев райским местом. Они двинули на Комаровку – там и до выезда недалеко, а дальше – на Московское шоссе – и к своим. Не получилось.
Уже на выезде из города, у старого кладбища, Т-28 попал под огонь хорошо замаскированной противотанковой батареи. Первые снаряды рикошетили от башни, но шансов не было – фрицы были прицельно и в борт, отвечать было практически нечем. На полном газу мехвод гнал и гнал танк к окраине.
Им не хватило всего минуты – снаряд попал в мотор, танк загорелся и окончательно остановился после следующего попадания. Впрочем, экипаж был ещё жив и майор Васечкин скомандовал покинуть машину. Уйти удалось не всем.
После боя местная жительница Любовь Киреева похоронила двоих человек – майора, который до последнего отстреливался от фашистов из нагана и одного из курсантов. Второй курсант, видимо, либо сгорел в танке, либо был убит, пытаясь выбраться из него. Судьбы выживших — различны.
Огромный боевой опыт механика-водителя, старшего сержанта Малько помог ему и здесь – он выбрался из города, встретил выходящих из окружения красноармейцев, перешёл линию фронта, вернулся в танковые части, и с честью прошёл всю войну до конца. Заряжающий Фёдор Наумов был укрыт местными жителями, ушёл в лес, воевал в партизанском отряде, в 1943-м году был ранен и вывезен из оккупированной Белоруссии в тыл. Николай Педан был взят фашистами в плен, провел четыре года в концлагерях, был спасён в 45-м году, вернулся на службу в армию и демобилизовался в 1946-м году.
Подбитый Т-28 простоял в Минске всю окупацию, напоминая и немцам и минчанам о подвиге наших солдат.Именно благодаря таким людям как эти танкисты, осенью 1941-го года гитлеровские армии не вошли в Москву. Именно такие люди заложили фундамент Победы.Событиям 3-го июля посвящена документальная повесть П. Березняка «Огненный танк» и кинофильм «Чёрная берёза».Экипаж танка Т-28:Командир танка/башенный стрелок Майор ВасечкинМеханик-водитель Старший сержант Дмитрий МалькоЗаряжающий Курсант Фёдор НаумовПулемётчик правой башни Курсант Николай ПеданПулемётчик левой башни Курсант Сергей (фамилия неизвестна)Пулемётчик тыльного пулемёта головной башни Курсант Александр РачицкийВоспоминания Дмитрия МалькоВоспоминания Фёдора НаумоваЗаметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Солнечным днём 3-го июля 1941-го года в город Минск, уже неделю как захваченный фашистами, неторопливо въехал советский танк. Одинокие, уже запуганные немцами прохожие торопливо жались к домам – по улицам города ползла огромная трёхбашенная бронированная машина, ощётинившаяся четырьмя пулемётами, неторопливо поводя дулом короткой пушки. Гитлеровские солдаты совершенно не боялись советского танка – в те дни в верхмахте было уже немало трофейной бронетехники.
Весёлый немецкий велосипедист даже некоторое время ехал перед танком, неторопливо нажимая на педали. Механик-водитель нажал на газ посильнее, танк дёрнулся вперёд и размазал незадачливого велосипедиста по мостовой – видать, тот просто надоел танкистам. А вот нескольких немцев, куривших на крыльце, они не тронули – не хотели вскрываться раньше времени.
Наконец подъехали к ликёроводочному заводу. Не в том смысле «наконец», что бы выпить, а в том смысле, что нашли цель. Неторопливые, обстоятельные немцы грузили в грузовик ящики со спиртным.
Рядом скучал бронеавтомобиль. Первым не выдержал Николай в правой башне – метров с пятидесяти вжарил по грузовику из пулемёта. Серёга в левой тоже нажал на гашетку.
Майор закусил губу — первым же точным выстрелом превратил броневик в груду металла и перевёл огонь на пехоту. Через несколько минут всё было кончено. Завершая картину разгрома сержант Малько провёл танк по остаткам грузовика.
Судя по всему – немцы ещё не понимали, что происходит в городе. Никем не преследуемый танк аккуратно переехал речку Свислочь по деревянному мостику – почти 30 тонн это не шутка – и пополз к рынку. На встречу Т-28 пошла колонна мотоциклистов – точно таких же, какими их покажут в фильмах лет через 20 – весёлые, форсистые, уверенные в себе.
Серая змея обтекала танк слева. Пропустив несколько экипажей за корпус танка, майор резко ударил мехвода по левому плечу, и тот бросил танк прямо в колонну. Послышался страшный скрежет и крики.
Тыльный пулемёт из головной башни ударил в затылок успевшим проскочить мотоциклистам, на дороге началась паника. Башенные ДТ поливали огнём гитлеровцев в середине и конце колонны, побледневший Малько жал и жал на рычаги, перемалывая железной громадой людей и мотоциклы. Пот тёк из под шлема и заливал ему глаза – ещё двумя неделями раньше он, прошедший Испанию, Халхин-Гол, Польшу и Финляндию, даже представить себе не мог, что попадёт в такую мясорубку.
Патронов танкисты не жалели – ещё с утра они в брошенном военном городке набили танк патронами и снарядами под завязку. Правда, впопыхах взяли половину снарядов для дивизионных пушек – а те, хоть и были того же калибра, не лезли в танковую пушку. Зато пулемёты били не смолкая.
Выезжая на центральную улицу Минска – Советскую – танк, походя, обстрелял немцев толпившихся в сквере у театра. Потом, свернул на Пролетарскую и там остановился. Лица бойцов растянулись в волчьих улыбках.
Улица была просто забита врагами и техников – машины с оружием, машины с боеприпасами, цистерны с горючим, полевые кухни. И солдаты, солдаты в серой форме кругом. Выдержав мхатовскую паузу Т-28 взорвался смерчем огня.
Пушка и три фронтальных пулемёта превратили улицу в кромешный ад. Почти сразу же загорелись цистерны, горящий бензин потёк по улицам, огонь перекинулся на машины с боеприпасами, потом на дома и деревья. Шансов укрыться от кинжального огня не было ни у кого.
Оставив после себя филиал чистилища, танкисты решили посетить парк Горького. Правда, по дороге они попали под огонь 37-ми миллиметровой противотанковой пушки. Тремя выстрелами майор успокоил дебошира.
В парке танкистов опять ждали гитлеровцы. Эти уже слышали выстрелы и разрывы рвущихся боеприпасов – но задирали головы и выглядывали сталинских соколов. Думали, что окромя авиации им в Минске ничего не угрожает.
Краснозвёздный Т-28 поспешил их в этом разубедить. Всё пошло по накатанной – лающая пушка, захлёбывающиеся пулемёты, подожжённая цистерна, чёрный дым и разбросанные трупы вражеских солдат. Боезапас пушки почти иссяк и для танкистов подошло самое время делать ноги из Минска, тем более что теперь он перестал быть для немцев райским местом.
Они двинули на Комаровку – там и до выезда недалеко, а дальше – на Московское шоссе – и к своим. Не получилось. Уже на выезде из города, у старого кладбища, Т-28 попал под огонь хорошо замаскированной противотанковой батареи.
Первые снаряды рикошетили от башни, но шансов не было – фрицы были прицельно и в борт, отвечать было практически нечем. На полном газу мехвод гнал и гнал танк к окраине. Им не хватило всего минуты – снаряд попал в мотор, танк загорелся и окончательно остановился после следующего попадания.
Впрочем, экипаж был ещё жив и майор Васечкин скомандовал покинуть машину. Уйти удалось не всем. После боя местная жительница Любовь Киреева похоронила двоих человек – майора, который до последнего отстреливался от фашистов из нагана и одного из курсантов.
Второй курсант, видимо, либо сгорел в танке, либо был убит, пытаясь выбраться из него. Судьбы выживших — различны.
Огромный боевой опыт механика-водителя, старшего сержанта Малько помог ему и здесь – он выбрался из города, встретил выходящих из окружения красноармейцев, перешёл линию фронта, вернулся в танковые части, и с честью прошёл всю войну до конца. Заряжающий Фёдор Наумов был укрыт местными жителями, ушёл в лес, воевал в партизанском отряде, в 1943-м году был ранен и вывезен из оккупированной Белоруссии в тыл. Николай Педан был взят фашистами в плен, провел четыре года в концлагерях, был спасён в 45-м году, вернулся на службу в армию и демобилизовался в 1946-м году.
Подбитый Т-28 простоял в Минске всю окупацию, напоминая и немцам и минчанам о подвиге наших солдат. Именно благодаря таким людям как эти танкисты, осенью 1941-го года гитлеровские армии не вошли в Москву. Именно такие люди заложили фундамент Победы.
d-pankratov. ru/archives/5192
МОСКВА. 10 сен — РИА Новости, Александр Хроленко. Сегодня Россия отмечает день танкиста — профессиональный праздник танкистов и танкостроителей. Он был учрежден в 1946 году указом Президиума Верховного Совета СССР в честь заслуг бронетанковых и механизированных войск в Великой Отечественной войне. Одним из ярких эпизодов той войны стал беспрецедентный рейд экипажа советского танка Т-28 по оккупированному немецкими войсками Минску в июле 1941 года. Одиночный танк прошел по городу, сметая шквальным пушечным и пулеметным огнем боевую технику и живую силу гитлеровцев. О том, кто был в составе героического экипажа Т-28 и как развивались события в тот жаркий во всех смыслах июльский день — в материале РИА Новости.
Шел 12-й день войны
В начале июля под Березино танк Т-28 механика-водителя старшего сержанта Дмитрия Малько шел в колонне отступающих частей. После налета немецкой авиации моторный отсек получил повреждения, опытный механик-водитель сумел отремонтировать танк, но отстал от своей части.
К боевой машине у обочины подошли майор-танкист Васечкин и четыре курсанта артиллерийского училища: Николай Педан, Александр Рачицкий, Федор Наумов и Сергей, фамилия которого осталась неизвестной, — так у старшего сержанта Малько появился новый экипаж.Войска отступали, но не все торопились в тыл. Майор Васечкин был опытным командиром, а Дмитрий Малько к 1941 году прошел уже четыре войны — Испанию, Халхин-Гол, советско-финскую, участвовал в Освободительном походе (Западная Белоруссия). Красноармейцы решили по пути на восток пересечь занятый немцами Минск. Они пополнили боезапас на брошенном складе и направились в столицу Белоруссии.
Танки Гудериана форсировали Березину в 90 километрах восточнее оккупированного Минска в начале июля, и советский Т-28 на городских улицах не привлекал особого внимания немцев, которые летом 1941-го нередко использовали трофейную бронетехнику.
[custom_ads_shortcode1]
Огненный прорыв
Танкисты по мосту преодолели реку Свислочь. В районе городского рынка навстречу выехала колонна немецких мотоциклистов, и Т-28 врезался в нее, расстреливая противника из пушки и четырех пулеметов. Затем экипаж уничтожил два немецких грузовика, бронетранспортер Hanomag и десятки человек личного состава у здания спиртового завода. Продвигаясь вглубь города, Т-28 давил и расстреливал гитлеровцев на улицах и в парке имени Горького (там был военный лагерь).
За время минского рейда шестеро советских танкистов уничтожили и вывели из строя около 10 танков и бронемашин противника, 14 грузовиков, три артиллерийские батареи. Немцы понесли значительные потери в живой силе — около 360 солдат и офицеров. Отважный экипаж пересек Минск по улицам Ворошилова, Ленина, Советской, Пролетарской. Кончались снаряды и патроны, в это время и немцы наконец поняли, что происходит. Т-28 обстреляли из противотанкового орудия, но лобовая броня выдержала попадание снаряда. А ответным огнем майор Васечкин уничтожил пушку вместе с расчетом.
Т-28 почти вырвался из города, однако на окраине Минска, в районе Кальварийского кладбища, был подбит фланговым огнем артиллерийской батареи и загорелся. Красноармейцы оставили машину, боевая задача к этому моменту уже была выполнена.
[custom_ads_shortcode2]
Судьба экипажа
Майор Васечкин покинул танк через командирский люк, отстреливался из пистолета ТТ и был убит гитлеровцами (в военных архивах много танкистов-однофамильцев, но даты не сходятся, имя и биография этого майора неизвестны). В бою погибли также курсанты Александр Рачицкий и Сергей (фамилия неизвестна). Судьбы остальных сложились по-разному. Пулеметчик правой башни курсант Николай Педан попал в плен, из которого был освобожден только через четыре года. Восстановился в армии и демобилизовался в 1946-м. Башенный заряжающий курсант Федор Наумов скрывался у местных жителей, потом перебрался к партизанам. Воевал до 1943 года. После тяжелого ранения его эвакуировали на Большую землю. Старший сержант Малько вышел из Минска, а потом с группой отступающих пробился к своим. Сражался в танковых войсках всю войну, 16 раз горел, сменил несколько машин. Победу встретил в Восточной Пруссии офицером, заместителем командира танковой роты. Ровно через три года после памятного рейда, 3 июля 1944 года, старший лейтенант Малько оказался в освобожденном Минске и на месте давнего боя увидел остов своего Т-28…Позднее, весной 1945 года, американская контрразведка допрашивала взятого в плен в районе Рура немецкого майора Рудолфа Хале. В ходе допроса майор рассказал американцам, что летом 1941 года в Минске его роту с техникой почти полностью уничтожил неожиданно появившийся советский танк Т-28. Эти показания американское командование предоставило соответствующим органам Красной армии. Впрочем, тогда рассказам танкиста Дмитрия Малько и немецкого майора Рудолфа Хале никто не поверил. Лишь в 1966 году, после того, как Николай Педан подтвердил факты, за минский рейд Дмитрия Малько наградили орденом Отечественной войны I степени.
[custom_ads_shortcode3]
Средний танк Т-28
Во время немецкой оккупации и после освобождения Минска многие горожане обращали внимание на обгоревший остов советского Т-28 неподалеку от Комаровского рынка.
Возможно, слава лучшего танка Второй мировой войны Т-34 затмила судьбу боевого труженика, среднего танка Т-28, и все же в начале 40-х годов ХХ века это было грозное оружие. В 1933-1940 годах Кировский завод выпустил 503 экземпляра, Т-28 считался сильнейшим средним танком в мире, участвовал в польском походе Красной армии и в “зимней войне” в Финляндии, где показал высокие боевые качества. Последнее боевое применение Т-28 отмечено в 1944 году.
Танк имел толщину лобовой брони 80 миллиметров, бортовой и кормовой — 40 миллиметров. Это был трехбашенный 30-тонный стальной монстр, вооруженный 76-миллиметровой пушкой и четырьмя 7,62-миллиметровыми пулеметами, с круговым сектором обстрела. Снаряд Т-28 пробивал броню толщиной до 50 миллиметров на расстоянии в 1000 метров. Авиационный двигатель мощностью 500 лошадиных сил позволял Т-28 двигаться со скоростью свыше 40 километров в час, успешно преодолевать рвы, эскарпы и другие заграждения. Радиостанция обеспечивала внешнюю связь на дальности до 60 километров. Экипаж — шесть человек (командир-стрелок из пулемета и одновременно заряжающий пушки, радист — второй заряжающий, наводчик, два стрелка пулеметных башен и механик-водитель). К июню 1941 года в боевом строю РККА находились около 250 исправных танков Т-28 — огромная сила. Если бы не дезорганизация первого периода войны, если бы все танкисты могли действовать с дерзостью и мастерством майора Васечкина и старшего сержанта Малько, итоги 1941 года могли бы быть иными.
Солнечным днём 3-го июля 1941-го года в город Минск, уже неделю как захваченный фашистами, неторопливо въехал советский танк. Одинокие, уже запуганные немцами прохожие торопливо жались к домам – по улицам города ползла огромная трёхбашенная бронированная машина, ощётинившаяся четырьмя пулемётами, неторопливо поводя дулом короткой пушки. Гитлеровские солдаты совершенно не боялись советского танка – в те дни в верхмахте было уже немало трофейной бронетехники.
Весёлый немецкий велосипедист даже некоторое время ехал перед танком, неторопливо нажимая на педали. Механик-водитель нажал на газ посильнее, танк дёрнулся вперёд и размазал незадачливого велосипедиста по мостовой – видать, тот просто надоел танкистам. А вот нескольких немцев, куривших на крыльце, они не тронули – не хотели вскрываться раньше времени.
Наконец подъехали к ликёроводочному заводу. Не в том смысле «наконец», что бы выпить, а в том смысле, что нашли цель. Неторопливые, обстоятельные немцы грузили в грузовик ящики со спиртным.
Рядом скучал бронеавтомобиль. Первым не выдержал Николай в правой башне – метров с пятидесяти вжарил по грузовику из пулемёта. Серёга в левой тоже нажал на гашетку.
Майор закусил губу — первым же точным выстрелом превратил броневик в груду металла и перевёл огонь на пехоту. Через несколько минут всё было кончено. Завершая картину разгрома сержант Малько провёл танк по остаткам грузовика.
Судя по всему – немцы ещё не понимали, что происходит в городе. Никем не преследуемый танк аккуратно переехал речку Свислочь по деревянному мостику – почти 30 тонн это не шутка – и пополз к рынку. На встречу Т-28 пошла колонна мотоциклистов – точно таких же, какими их покажут в фильмах лет через 20 – весёлые, форсистые, уверенные в себе.
Серая змея обтекала танк слева. Пропустив несколько экипажей за корпус танка, майор резко ударил мехвода по левому плечу, и тот бросил танк прямо в колонну. Послышался страшный скрежет и крики.
Тыльный пулемёт из головной башни ударил в затылок успевшим проскочить мотоциклистам, на дороге началась паника. Башенные ДТ поливали огнём гитлеровцев в середине и конце колонны, побледневший Малько жал и жал на рычаги, перемалывая железной громадой людей и мотоциклы. Пот тёк из под шлема и заливал ему глаза – ещё двумя неделями раньше он, прошедший Испанию, Халхин-Гол, Польшу и Финляндию, даже представить себе не мог, что попадёт в такую мясорубку.
Патронов танкисты не жалели – ещё с утра они в брошенном военном городке набили танк патронами и снарядами под завязку. Правда, впопыхах взяли половину снарядов для дивизионных пушек – а те, хоть и были того же калибра, не лезли в танковую пушку. Зато пулемёты били не смолкая.
Выезжая на центральную улицу Минска – Советскую – танк, походя, обстрелял немцев толпившихся в сквере у театра. Потом, свернул на Пролетарскую и там остановился. Лица бойцов растянулись в волчьих улыбках.
Улица была просто забита врагами и техников – машины с оружием, машины с боеприпасами, цистерны с горючим, полевые кухни. И солдаты, солдаты в серой форме кругом. Выдержав мхатовскую паузу Т-28 взорвался смерчем огня.
Пушка и три фронтальных пулемёта превратили улицу в кромешный ад. Почти сразу же загорелись цистерны, горящий бензин потёк по улицам, огонь перекинулся на машины с боеприпасами, потом на дома и деревья. Шансов укрыться от кинжального огня не было ни у кого.
Оставив после себя филиал чистилища, танкисты решили посетить парк Горького. Правда, по дороге они попали под огонь 37-ми миллиметровой противотанковой пушки. Тремя выстрелами майор успокоил дебошира.
В парке танкистов опять ждали гитлеровцы. Эти уже слышали выстрелы и разрывы рвущихся боеприпасов – но задирали головы и выглядывали сталинских соколов. Думали, что окромя авиации им в Минске ничего не угрожает.
Краснозвёздный Т-28 поспешил их в этом разубедить. Всё пошло по накатанной – лающая пушка, захлёбывающиеся пулемёты, подожжённая цистерна, чёрный дым и разбросанные трупы вражеских солдат. Боезапас пушки почти иссяк и для танкистов подошло самое время делать ноги из Минска, тем более что теперь он перестал быть для немцев райским местом.
Они двинули на Комаровку – там и до выезда недалеко, а дальше – на Московское шоссе – и к своим. Не получилось. Уже на выезде из города, у старого кладбища, Т-28 попал под огонь хорошо замаскированной противотанковой батареи.
Первые снаряды рикошетили от башни, но шансов не было – фрицы были прицельно и в борт, отвечать было практически нечем. На полном газу мехвод гнал и гнал танк к окраине. Им не хватило всего минуты – снаряд попал в мотор, танк загорелся и окончательно остановился после следующего попадания.
Впрочем, экипаж был ещё жив и майор Васечкин скомандовал покинуть машину. Уйти удалось не всем. После боя местная жительница Любовь Киреева похоронила двоих человек – майора, который до последнего отстреливался от фашистов из нагана и одного из курсантов.
Второй курсант, видимо, либо сгорел в танке, либо был убит, пытаясь выбраться из него. Судьбы выживших — различны.
Огромный боевой опыт механика-водителя, старшего сержанта Малько помог ему и здесь – он выбрался из города, встретил выходящих из окружения красноармейцев, перешёл линию фронта, вернулся в танковые части, и с честью прошёл всю войну до конца. Заряжающий Фёдор Наумов был укрыт местными жителями, ушёл в лес, воевал в партизанском отряде, в 1943-м году был ранен и вывезен из оккупированной Белоруссии в тыл. Николай Педан был взят фашистами в плен, провел четыре года в концлагерях, был спасён в 45-м году, вернулся на службу в армию и демобилизовался в 1946-м году.
Подбитый Т-28 простоял в Минске всю окупацию, напоминая и немцам и минчанам о подвиге наших солдат. Именно благодаря таким людям как эти танкисты, осенью 1941-го года гитлеровские армии не вошли в Москву. Именно такие люди заложили фундамент Победы.
Источники:
