Напуганное народными восстаниями, королевское правительство поспешило договориться с англичанами и заключило в 1360 г. мир в Бретиньи, по которому англичане получили захваченную ими едцё в 1347 г. крепость Кале, а также и весь юго-запад Франции, затем, использовав мир, заключенный в Бретиньи, как передышку, Карл V (бывший дофин, ставший королём в 1364 г.) сумел собрать силы на борьбу с англичанами.
Была упорядочена налоговая система, созданы наёмные отряды и усовершенствована артиллерия. Вскоре французская армия одержала ряд побед над англичанами. К концу царствования Карла V.
(1380 г. ) в руках англичан осталось только 5 приморских городов: Кале, Брест, Шербур, Бордо и Байонна.
После смерти Карла V в истории Франции наступил период, характеризовавшийся временным упадком центральной власти и возникновением в стране новых феодальных смут (так называемый «феодализм принцев»). Распадение страны на отдельные феодальные владения было связано с ослаблением королевской власти в годы правления Карла VI (1380—1422), потерявшего рассудок и прозванного Безумным. Воспользовавшись слабостью центральной власти, знатные феодалы, не успевшие забыть о своих прежних вольностях, вновь выступили на сцену.
Борьбу между собой вели в это время в основном две группы феодалов. Одну из них возглавляли герцоги бургундские («партия бургундцев»). Во главе второй группировки находились сторонники герцога Орлеанского и его свойственников—графов Арманьяков.
По их имени эта «партия» королевской ориентации получила название «партия арманьяков». Обе стороны одинаково расстраивали и губили политическое единство Французского королевства.
style=”display:inline-block;width:300px;height:250px” data-ad-client=”ca-pub-0791478738819816″ data-ad-slot=”5810772814″>
style=”display:inline-block;width:300px;height:250px” data-ad-client=”ca-pub-0791478738819816″ data-ad-slot=”5810772814″>.
Бесконечные денежные поборы со стороны представителей этих клик всей своей тяжестью падали на плечи крестьян и ремесленников, совершенно обедневших за время войны и феодальных усобиц. По свидетельству современных авторов хроник, крестьяне продавали всё вплоть до соломы, на которой они спали, и всё-таки не были в состоянии заплатить даже половину того, что с них требовали; они бежали из деревень и наполняли предместья Парижа, увеличивая число безработных, а ремесленники покидали мастерские и уходили за границу.
Слабое королевское правительство не было в состоянии ни наладить порядок внутри страны, ни организовать сопротивление англичанам, которые не прекращали своих вторжений во Францию и к началу XV столетия почти полностью опустошили Нормандию, Пикардию, Пуату и Аквитанию.
Неудивительно, что конец XIV и особенно начало XV столетия, отмеченные полным разорением Франции и дезорганизацией её государственного аппарата в результате непрерывной борьбы феодальных клик за власть, были периодом острой классовой борьбы народных масс с феодалами. В 1382 г. вспыхнуло восстание в Руане, где ярость народных масс обрушилась на королевских чиновников, высшее духовенство и представителей городской верхушки. Почти одновременно произошли антифеодальные восстания и в других городах Франции (Лионе, Орлеане, Манте, Амьене, Сен-Кантене, Реймсе, Лане и Суассоне).
В том же 1382 г. поднялся на борьбу и Париж, где разразилось восстание так называемых майотенов («вооружённых молотами»), начавшееся как движение, направленное против налогового гнёта со стороны феодального государства, а затем обратившееся также против высшего духовенства и городских богачей. Около 4 тыс. восставших (ремесленников и мелких торговцев) напали на склад оружия и захватили боевые свинцовые молоты, почему это восстание и получило своё наименование.
Заявляя, что молотами они добудут свободу всей Франции, восставшие осадили богатейшие аббатства Парижа и подвергли их полному опустошению. Откупщиков и ростовщиков «вооружённые молотами» уничтожали без всякой пощады. Были освобождены из тюрем заключённые. Испугавшееся королевское правительство поспешно согласилось отменить дополнительные налоги, а также даровать всеобщую амнистию восставшим.
Одновременно отряды богатых горожан, опомнившихся от первоначальной паники, начали производить разоружение восставших и арестовывать их предводителей. Несмотря на обещания амнистии, многие арестованные были преданы королём смертной казни.
В 80-х годах XIV в. началось крестьянское движение в Центральной и Южной Франции (Овернь, Пуату, Лангедок и Дофине). Оно получило наименование «движевие тюшенов» (слово тюгиен одни исследователи производят от слова touche, что значит лесок или рощица, считая, что оно означает «скрывающийся в лесу», а другие от наименования восставших в это же время крестьян в Северной Италии — тукинов).
Борьба тюшенов, подобно Жакерии, носила ярко выраженный антифеодальный характер: восставшие расправлялись с дворянами и королевскими чиновниками и уничтожали представителей духовенства. Характерной чертой движения тюшенов в Лангедоке была тесная связь крестьянских выступлений с выступлениями городских трудящихся масс, которые боролись против произвольного распределения налогов городской верхушкой и расправлялись с богатыми купцами и ростовщиками.
При этом тюшены нередко вели и партизанскую борьбу с англичанами. Движение это, достигшее наибольшего размаха в 1384 г., смогло быть подавлено только объединёнными отрядами королевского наместника в Оверни и Лангедоке герцога Беррийского, крупных феодалов и богатых горожан.
В 1413 г. в Париже вспыхнуло новое вооружённое восстание. По имени одного из его вождей, Симона Кабоша, оно получило название «восстание кабошьенов». Это восстание, в котором с наибольшей силой проявилось возмущение народа, страдавшего от непомерных лишений, явилось кульминационным пунктом в движении парижских народных масс, начавшемся ещё в 1411 г.
Париж в это время являлся крупнейшим торгово-ремесленным центром страны с многочисленным ремесленным населением (по свидетельству современников, в столице насчитывалось свыше 40 тыс. ремесленников) и разнообразными цехами и торговыми корпорациями (тех и других было более 350). Среди них особенно выделялась корпорация мясников Большой бойни, которым подчинялись цехи живодёров, дубильщиков кож, скорняков и т. д.
Эти цехи и приняли самое активное участие в восстании кабошьенов. Кроме них, в восстании участвовали ремесленники, прибывшие в поисках работы в Париж из других городов, и большое количество крестьянской бедноты, бежавшей под защиту парижских стен от бесчинств феодалов.
Восстание, основной движущей силой которого выступала городская беднота, продолжалось с 27 апреля по 4 сентября 1413 г. Восставшие требовали от правительства немедленного проведения государственных реформ, налаживания порядка в стране и одобрения действий восставших, так как эти действия, по их словам, имели в виду благо Французского королевства и самого короля.
Королевское правительство вынуждено было опубликовать ордонанс, в котором наибольшее место было уделено реорганизации финансового, судебного и военного управления. Однако ордонанс этот остался лишь на бумаге.
Несмотря на умеренность ордонанса, т. е. стремление его составителей провести государственные реформы при сохранении за королём всей его власти, сразу же после подавления восстания кабошьенов силами зажиточных горожан и военных отрядов арманьяков ордонанс этот был отменён.
Многие из восставших были подвергнуты казни, изгнанию и заключению в тюрьму.
1. Народные восстания в XI в.
Все более усиливалось сопротивление смердов и городской бедноты феодальному гнету. Особенно обострялось оно в годы бедствий – неурожаев, голодовок. В 1024 г. в Суздальской земле был сильный неурожай, а местная знать спрятала большие запасы хлеба. Народным недовольством воспользовались старые языческие жрецы – волхвы. Народ поднялся против знати, требуя хлеба, а заодно протестуя против христианской церкви – нового угнетателя-феодала. Киевский князь пришел в Суздаль со своей дружиной, подавил народное движение, многих казнил или заточил в тюрьму. В самом Киеве в 1068 г. трудовой народ восстал против князя. В это время с востока появились новые опасные кочевники, угрожавшие Киеву,- половцы. Войско киевского князя Изяслава потерпело от них поражение. Изяслав спрятался за городскими стенами – Киевская земля оказалась без военной защиты. Тогда городские и окрестные жители созвали на Торговой площади Киева вече.«Половцы распространились по земле! – кричал народ на вече.- Дай, князь, оружие и коней, мы будем биться с ними!» Князь отказался дать коней и оружие. Он боялся, что это оружие народ повернет против него и бояр. Тогда началось восстание. Народ выгнал князя Изяслава из города, захватил его дворец, поделил его имущество. На вече решили передать власть другому князю. Половцам был дан отпор.
Но через несколько месяцев князь Изяслав, бежавший в Польшу, вернулся с отрядом польских войск и жестоко расправился с восставшими.
[custom_ads_shortcode1]
2. Ослабление власти великого киевского князя.
Во второй половине XI в. власть киевских князей заметно ослабла. Когда у феодалов было еще мало земли с зависимыми крестьянами, киевский князь делился с ними получаемой с населения данью. Он возглавлял военные походы, во время которых в их руки попадала большая военная добыча. Но к середине XI в. местные князья и бояре сосредоточили в своих руках большие земельные владения. С зависимых крестьян и ремесленников они стали получать больше продуктов и изделий и меньше нуждались в походах великого князя за военной добычей и данью. Экономические связи между различными частями древней Руси были слабыми. Полностью господствовало натуральное хозяйство: почти все продукты и изделия, необходимые феодалам, производились в их вотчинах. Это усиливало независимость местных князей. Стала возрастать и политическая самостоятельность отдельных русских земель. Князья и бояре стремились укрепить свои владения, усиливали дружины для борьбы против сопротивляющихся закабалению смердов. Постепенно укреплялась власть местных князей. Каждый из них чувствовал себя полным господином в своих владениях, не хотел считаться ни с соседними князьями, ни даже с великим князем киевским. 3. Феодальные усобицы. Междоусобные феодальные войны – усобицы- все больше охватывали древнюю Русь. Из истории средних веков вы знаете, что феодалы стремились отнять друг у друга землю вместе с жившими на ней крестьянами. Чем больше укреплялись князья в своих владениях, тем чаще происходили между ними военные столкновения. Ни слабеющая власть великого киевского князя, ни близкое родство враждующих между собой князей не могли их остановить. В 1097 г. наиболее влиятельные князья съехались в Любеч. Они пытались прекратить усобицы. «Зачем,- говорили они,- губим мы Русскую землю, сами замышляя друг на друга крамолу (заговор), а половцы раздирают нашу землю и рады, что мы воюем между собой! Отныне будем все единодушны!» И решили: забыть свои распри и сообща оборонять Русскую землю от половцев. Каждый должен был владеть «отчиною своею», т. е. тем княжеством, которым владел его отец. А если кто из князей пойдет войной на другого, то он будет наказан всеми князьями как клятвопреступник. Однако прекратить феодальные усобицы не удалось.
[custom_ads_shortcode2]
4. Восстание в Киеве в 1113 г.
В Киеве вспыхнуло новое восстание городской бедноты. Киевский князь не только увеличил поборы с населения, но стал спекулировать солью: он скупал ее по дешевой цене, а продавал по дорогой. Ростовщики, пользуясь поддержкой князя, опутывали высокими процентами каждого, кто обращался к ним за ссудой. Узнав, что ненавистный князь умер, народ бросился громить дома его ближних бояр и ростовщиков. Напуганная феодальная знать и богатые купцы укрылись в Софийском соборе. Они решили призвать в Киев нового князя, который сумел бы подавить возмущение. Выбор пал на переяславского князя Владимира, прозванного Мономахом (называли его так потому, что он был внуком византийского императора Константина Мономаха). Срочно направили к Владимиру посольство. «Приходи, князь, в Киев; если не придешь, то знай, что много зла сделается – пойдут на бояр и на монастыри». Новый князь пришел в Киев с сильной дружиной. Восстание было подавлено. Однако Владимир понимал, что без уступок не обойтись. Он запретил брать слишком высокие проценты за долги. Был издан закон, несколько облегчивший положение сельской и городской бедноты.
[custom_ads_shortcode3]
5. Владимир Мономах.
Великим киевским князем теперь стал Владимир Мономах (1113-1125). При нем власть киевского князя снова укрепилась. Другие князья были ему покорны. На время прекратились распри между феодалами. Восстановилась и военная мощь государства. Удачные походы против половцев заставили их прекратить опустошительные набеги на Русь. Еще более вырос международный авторитет Киевской Руси. Многие государи Европы стремились породниться с могущественным киевским князем. Владимир Мономах был женат на дочери английского короля, его сестра вышла замуж за германского императора, а дочь- за венгерского короля. Владимир Мономах был одним из наиболее просвещенных людей того времени. В «Поучении», составленном им для своих сыновей, он писал: «Что умеете, того не забывайте доброго, а чего не умеете, тому учитесь». «Дети,- внушал он им,- не бойтесь ни рати, ни зверя, делайте дело мужчин». Попытки Владимира Мономаха укрепить единство древней Руси привели лишь к временному успеху. Хотя киевского князя и дальше называли великим князем и он считался старшим среди других князей, но прежней власти у него над ними уже не было. Отношения между феодалами, сложившиеся тогда в древней Руси, можно себе представить в форме «феодальной лестницы». В Киеве княжил великий князь. В других городах и землях были младшие (удельные) князья. Они должны были подчиняться великому князю. У каждого князя было войско – дружина. Наиболее знатные и богатые дружинники – бояре – имели свои дружины. Развитие феодальных отношений вело тогда ко все большему обособлению отдельных княжеств и к ослаблению власти великого киевского князя. Остановить этот процесс было невозможно. К середине XII в. Русь раздробилась на множество самостоятельных княжеств.
None Каждый из сыновей Бабура считал себя независимым правителем и не желал быть вассалом Хумаюна.
Борьба с братьями отвлекла силы Хумаюна. Этим воспользовался Шер-хан, потомок афганцев из племени сур, обитавших в Бенгалии и Бихаре.
Шер-хан разбил Хумаюна в двух сражениях и короновался в качестве правителя Индии (1539—1545). Хумаюн вынужден был бежать в Иран, но позднее, укрепившись на афганской территории, он продолжал борьбу за власть.
Воспользовавшись слабостью преемников Шер-хана, которые не могли справиться с борьбой различных феодальных клик, Хумаюн в 1555 г. вторгся в Индию и занял Дели. style=”display:inline-block;width:300px;height:250px” data-ad-client=”ca-pub-0791478738819816″ data-ad-slot=”5810772814″>
style=”display:inline-block;width:300px;height:250px” data-ad-client=”ca-pub-0791478738819816″ data-ad-slot=”5810772814″>.
В 1556 г. Хумаюн внезапно умер. Падишахом стал его 13-летний сын Акбар.
None На опыте длительного периода усобиц многие мусульманские феодалы Индии убеждались в том, что без сильного государства невозможно ни организовать оборону страны от нашествий кочевых племён с северо-запада, ни подавить крестьянские волнения.
Создание именно такой мощной державы, стоявшей на страже интересов феодалов, и осуществил Акбар, правивший с 1556 по 1605 г.
Каждый из сыновей Бабура считал себя независимым правителем и не желал быть вассалом Хумаюна. Борьба с братьями отвлекла силы Хумаюна. Этим воспользовался Шер-хан, потомок афганцев из племени сур, обитавших в Бенгалии и Бихаре.
Шер-хан разбил Хумаюна в двух сражениях и короновался в качестве правителя Индии (1539–1545). Хумаюн вынужден был бежать в Иран, но позднее, укрепившись на афганской территории, он продолжал борьбу за власть.
Воспользовавшись слабостью преемников Шер-хана, которые не могли справиться с борьбой различных феодальных клик, Хумаюн в 1555 г. вторгся в Индию и занял Дели. В 1556 г.
Хумаюн внезапно умер. Падишахом стал его 13-летний сын Акбар. В решающей битве при Панипате в 1556 г.
На опыте длительного периода усобиц многие мусульманские феодалы Индии убеждались в том, что без сильного государства невозможно ни организовать оборону страны от нашествий кочевых племён с северо-запада, ни подавить крестьянские волнения. Создание именно такой мощной державы, стоявшей на страже интересов феодалов, и осуществил Акбар, правивший с 1556 по 1605 г.
Page 2
Важной чертой общественного строя Могольской империи было существование феодальной государственной собственности на землю. Все завоёванные земли первоначально попадали в государственный фонд — халисэ (арабское слово, означающее землю «чистую», «свободную»). Налог с таких земель собирался специальными правительственными чиновниками и пересылался в финансовое ведомство.
Однако земли халисэ в дальнейшем составили незначительную часть земельного фонда страны, не более 1,7 % всей обрабатываемой земли. Большая же часть этих земель была роздана в военные пожалования — джагиры — крупным феодалам, так называемым джагирдарам, которые получали право взимания с этих владений земельной ренты-налога. Некоторая часть земель оставалась во владении прежних правителей, ставших теперь вассалами-заминдарами.
Правительство Могольской державы устанавливало размер и способ взимания земельного налога на всех землях, независимо от их владельцев (за исключением заминдаров), причём обработка земли считалась государственной повинностью крестьян. Местным феодалам предоставлялось право взыскивать с крестьян земельный налог и всякого рода мелкие поборы и использовать принудительный, неоплачиваемый труд крестьян на оросительных работах, при проведении дорог, а также на государственных и собственных постройках (мостов, мечетей, гробниц, дворцов и даже целых городов). Права земельных общин и входивших в них крестьян заключались в том, что они могли распоряжаться своей землёй, покупать, продавать или передавать её по наследству (однако только со всеми лежащими на ней обязанностями), не испрашивая никакого разрешения от местного феодала или государственных чиновников.
Господствующей формой феодального землевладения в Северной Индии являлись джагиры — условные земельные пожалования. Джагирдар был обязан содержать отряды наёмных войск, главным образом конницы, сообразно своему чину и установленным доходам. Джагир не был связан с одной определённой местностью.
При пожаловании джагира принималась во внимание лишь цифра получаемого с него дохода, т. е. следуемой джагирдару с крестьян ренты-налога.
Чиновники финансового ведомства определяли, какие деревни должны идти в джагир тому или иному феодалу, причём при повышении в чине часто меняли эти деревни, отводя джагирдару земли в какой-либо иной части страны. Владения джагирдара не передавались по наследству и даже не были пожизненными. Как правило, джагир был владением крупным.
В 50–60-х годах XVI в. , когда Могольская империя охватывала ещё сравнительно небольшую территорию, земель для раздачи в джагиры не хватало; поэтому владения джагирдаров имели значительно меньшие размеры и давали меньше доходов, чем было официально зафиксировано в пожаловании. Когда Акбар распространил свою власть на значительную часть Индии, увеличилось количество джагирдаров и размеры их владений.
Заминдары (местные князья и предводители племён) обязаны были уплачивать центральной власти определённую ежегодную дань и, по требованию государя, выступать в поход со своим ополчением. Заминдары могли передавать свои земли (замин-дарства) по наследству с согласия падишаха. Они сами устанавливали ренту-налог в пределах своего заминдарства.
Заминдарства не были типичной формой феодального землевладения в Могольской империи. Они находились главным образом на окраинах или в труднодоступных для Могольской конницы холмистых местах, в основном в Раджпутане, Ориссе, Бенгалии и Кабуле. Заминдары в отличие от джагирдаров иногда вели собственное барское хозяйство и применяли в небольших размерах барщинный труд крестьян.
Большинство заминдаров исповедовало индуизм и принадлежало к коренному населению Индии в отличие от джагирдаров, которые большей частью были мусульманами, потомками среднеазиатских и афганских завоевателей.
Земельные владения шейхов (мусульманских мелких и средних духовных феодалов) и мусульманских религиозных учреждений назывались в Индии суюргалами. Суюргалы раздавались правительством. Они были владениями мелкими, передававшимися по наследству и без всяких обязательств военной службы.
Суюргальные участки в общем составляли около 4% земельного фонда страны. Экономическая слабость мусульманских религиозных организаций определялась главным образом тем, что ислам исповедовало меньше 1/4 населения страны. Что же касается земель, ранее принадлежавших индусским храмам, то они были отняты у храмов еще при делийских султанах.
Земледелие на значительной части территории Индии, особенно на юге, было тесно связано с орошением. Забота о поддержании системы ирригации являлась функцией государственной власти. Именно поэтому феодальные раздоры, отвлекавшие внимание от этой задачи, наносили такой огромный вред экономике страны.
Page 3
Одной из характернейших черт индийской деревни было существование сельской общины, сохранившейся с древнейших времен и почти не изменившей своего характера.
По словам Маркса, индийские общины «покоятся на общинном владении землей, на непосредственном соединении земледелия с ремеслом и на упрочившемся разделении труда, которое при основании каждой новой общины дает готовый план и схему производства». ( К. Маркс, Капитал, т.
I стр. 364. ) Индийская община при существовавших тогда примитивных, почти исключительно деревянных, орудиях сельскохозяйственного производства выполняла известные общественно полезные функции.
Она обеспечивала крестьянам возможность удовлетворять их несложные хозяйственные потребности и облегчала борьбу с наступавшими джунглями, что было не под силу отдельному крестьянскому хозяйству. В то же время феодальное государство сумело приспособить общину к своим интересам, используя её как удобную фискально-податную единицу и средство прикрепления крестьян к тяглу.
Соединение ремесла с земледелием продолжало оставаться основной чертой всех сельских общин в Индии и усиливало натуральный характер сельского хозяйства.
В некоторых сельских общинах сохранялась ещё коллективная обработка полей, хотя в подавляющем большинстве общин пахотные поля были уже поделены между общинниками. Но выгоны и пустоши находились в коллективном владении и пользовании всей общины, которая распоряжалась ими по своему усмотрению. Выгоны и пустоши не подлежали обложению налогом.
В Индии существовали два главных типа общин, отличавшихся между собой по способу раздела обрабатываемой земли между крестьянами. В северной части Индии, а также в Бенгалии поля делились по едокам, по плугам и т. п.
В Раджпутане и Гуджарате была другая, более древняя система: земля делилась в зависимости от родовой близости общинника к реальному или воображаемому предку, основателю деревни. В общинах преобладала крайняя чересполосица, так как каждая доля должна была содержать равные части плохой и хорошей, орошаемой и неорошаемой, удобной и неудобной земли.
Как и раньше, общины продолжали объединять четыре группы лиц, различавшихся по своему положению: привилегированные должностные лица, рядовые общинники-крестьяне, общинные ремесленники и бесправные, так называемые пришлые. Среди общинников было много всяких делений по кастовым, религиозным и ряду других признаков, от которых зависели размеры их налоговых платежей.
Община коллективно содержала 8–12 ремесленников, обслуживавших потребности крестьян. Крестьянин должен был обычно лишь приносить материал, но за выполненную для него работу расплачивалась община, выделявшая ремесленникам после жатвы долю урожая. Некоторые профессии (например, кузнечное дело) считались почётными, другие же ремесленники (как, например, кожевники) принадлежали к «неприкасаемым», вынуждены были селиться в особой части деревни, пользоваться водой из особых колодцев и т. д.
Кроме полноправных общинников, в деревне были ещё и «пришлые». Им предоставляли для обработки наименее удобные земли, за что они, помимо обычных налогов, должны были еще платить общине, т. е. фактически её должностным лицам, различные натуральные или денежные сборы и выполнять для них разные работы.
В индийской общине строжайшим образом соблюдалась традиция передачи по наследству функций и должностей. Все права и обязанности, начиная с привилегированной верхушки (старосты и писца) и кончая рядовыми общинниками — земледельцами и ремесленниками, передавались по наследству от отца к сыновьям. Это строгое наследование функций обусловливало застойность, малую изменчивость общины, которая крепко привязывала крестьян и сельских ремесленников к земле.
Только в своей общине, там, где поколениями жили и работали его предки, крестьянин и ремесленник имели право на какое-то место в жизни. За пределами общины они становились обездоленными и бесправными «пришлыми».
Община закрепляла примитивность организации и орудий сельскохозяйственного труда и, сохраняя в значительной мере самодовлеющий характер общинного мирка, затрудняла разделение труда между городом и деревней, а вместе с тем и прогресс общества.
В XVI столетии земельный налог, являвшийся основной формой эксплуатации тяглового крестьянства, составлял примерно 1/3 валового урожая крестьянского хозяйства. Крестьянин мог забрать оставшуюся часть урожая только после взноса своей доли платы должностным лицам, ремесленникам и слугам общины. По-видимому, в хороший год крестьянин, выплатив налог, мог просуществовать до нового урожая.
Однако в неурожайные годы крестьяне не могли уплатить государственный налог, он был для них слишком высок. Тогда сбор налогов, разорявший крестьянские хозяйства, производился с помощью войск.
Page 4
В Индии в XVI–XVII вв. , несмотря на господство натурального хозяйства, торговля и товарно-денежные отношения получили дальнейшее развитие. Внешняя торговля Индии была очень значительна.
Из Индии шли морские пути в Китай, Малайю, Иран, Африку, Аравию и Европу. Караванные пути шли из Индии через Кабул в Иран и Среднюю Азию, а через Кашмир — в Китай.
Вся морская торговля с Европой была захвачена португальцами, обосновавшимися на индийском побережье. Караванной торговлей занимались крупные индийские купцы, снаряжавшие караваны, а также ряд афганских кочевых племён.
Перевозить на далёкие расстояния в трудных условиях морской и караванной торговли имело смысл лишь портативные и дорогие товары. Такими товарами в индийском вывозе были пряности, ткани и индиго, а в импорте — главным образом предметы роскоши для феодалов. Обладая значительными денежными средствами, джагирдары порой сами участвовали в торговых операциях, вкладывая свои средства в экспортную торговлю.
Известную роль играла также и внутренняя торговля. Из всех провинций Могольской империи, а особенно из Бенгалии, привозили в столицу государства Агру большое количество продовольствия для двора и армии правителя. Оживлённые ярмарки часто устраивались также у индусских и мусульманских мест паломничества, где было большое скопление людей.
Внутренняя торговля расширяла экономические связи между отдельными районами, создавая некоторую экономическую базу для существования огромной империи, составленной из народностей, говорящих на разных языках, разделённых кастовыми и религиозными перегородками.
Наряду с торговлей значительную роль в жизни Индии играло и ростовщичество. Богатые ростовщики ссужали деньги джагирдарам и отдельным правителям, главным образом на цели найма войск. В Могольской империи стала намечаться ещё одна отрасль приложения денежного капитала: откуп земельного налога.
Источники:
