Города (в XVII в. в них проживало 15—20% населения) играли роль экономических, административно-политических и культурных центров. Многие из них были весьма многолюдны: население Дели, Лахора, Агры, Ахмадабада в XVII в.
превышало полмиллиона человек. Между городом и деревней существовал, пусть и ограниченный, обмен товарами. В городе развивался целый ряд ремесел, которые отсутствовали в сельской местности; для городского ремесла вообще был характерен более высокий уровень техники и разделения труда.
Особенно высокого уровня развития достигло городское ткачество. В нем появились новые орудия труда, например — станок для крупноузорных тканей, ленточный станок, новые технические приемы (набойка тканей). Активно развивалось разделение труда: производство некоторых тканей делилось на 12 операций, выполнявшихся отдельными работниками, которые подчас жили в разных городах и были связаны между собой через рынок.
Далеко за пределами Индии славились бенгальские муслины — хлопчатобумажная ткань невероятной тонкости и красоты. Нить, которая шла на их изготовление, была невидима для прядильщицы, которая ставила на солнце тазик с водой и протягивала над ним нить, чтобы видеть хоть тень от нее на поверхности воды. Руки этих женщин и девушек были способны различить на ощупь более 20 степеней тонкости нити!
Знамениты были и индийские набивные ситцы: для господина Журдена, героя мольеровской комедии «Мещанин во дворянстве», обзавестись халатом из такого ситца значило приобщиться к аристократии. Высокого уровня достигла обработка металла, особенно в оружейном деле: европейцы хорошо отзывались об индийских пушках, мушкетах и пистолетах. В прибрежных городах, особенно в Сурате, строились корабли европейского типа, и английская Ост-Индская Компания часто заказывала их для себя.
Большинство ремесленников работало в своих мастерских с помощью членов семьи, иногда используя труд наемных помощников или учеников. Бедность, а также необходимость покупать на рынке сырье и материалы, заставляла их брать авансы у купцов под еще не готовую продукцию. Окончательный расчет обычно бывал в пользу купца, так что ремесленник рано или поздно попадал в долговую кабалу. Скупка изделий у ремесленников, авансирование их, раздача им сырья для дальнейшей обработки — таковы были формы проникновения торгового капитала в ремесло, и от индийских купцов эту практику переняли и европейцы. Наиболее опытные и искусные мастера работали по найму в мастерских (кархана), принадлежавших падишахам, местным феодалам и богатым купцам. Эти мастерские изготовляли, главным образом, предметы роскоши, но во многих случаях представляли собой крупное производство мануфактурного типа. Основной формой социальной организации городских ремесленников были ремесленные касты, функции которых были во многом аналогичны цеховым. Каста в лице своих старшин вступала в контакты с государством, купцами и прочими кастами, регламентировала производство, поддерживала нуждавшихся и пользовалась некоторой автономией в решении внутренних дел. Известно немало случаев, когда касты выступали организаторами протеста ремесленников.
Для Индии XVI—XVIII вв. был характерен высокий уровень развития торговли. Вся страна была покрыта сетью взаимосвязанных рынков — от небольшого сельского до огромных городских.
Сотни кораблей и караванов увозили индийские товары во все концы света. Города являлись центрами торгового обмена, от местного до международного: здесь в позднее Средневековье, развернул активную деятельность торговый и банковский капитал, представленный как индивидуальными предпринимателями, так и крупными ассоциациями, «домами», «фирмами», имевшими отлаженные связи внутри Индии и за ее пределами. Городское купечество отличалось высоким коммерческим профессионализмом, у него была вполне сложившаяся система «бюргерских» ценностей и детально разработанные принципы деловой этики.
Первоклассные коммерсанты, индийские купцы поражали европейских путешественников деловой хваткой и уникальной техникой устного счета; храня коммерческую тайну, они пользовались в переписке и при переговорах особым шифрованным языком. Огромные доходы приносили банковские операции, кредиты, обмен денег. По выданному в Индии кредитному письму купец мог легко получить деньги в Самарканде и Джедде, Пегу и Маскате, даже в Астрахани, где с XVII в.
существовала большая колония индийских купцов, которой русские цари оказывали покровительство. Наиболее богатые купцы нередко кредитовали императорский двор и оказывали заметное влияние на политическую жизнь. Торговые касты играли важную роль в управлении городами, хотя та автономия, которой они пользовались в раннее Средневековье, в Могольской империи у них была отнята.
Городской культуре Индия обязана многими достижениями искусства, литературы, новыми идеями: так, например, наиболее радикальные религиозно-реформаторские течения возникли именно в городах. Горожане первыми знакомились с технологическими, бытовыми и культурными новинками, в их среде была несравненно больше, чем в сельской местности, распространена грамотность (они писали на санскрите, фарси, местных языках). Не случайно на многих индийских языках слово «городской» означает также «изящный», «образованный», «утонченный».
В среде горожан, особенно тех, кого называли «людьми базара», сложилось свое мировоззрение, своя система ценностей, весьма отличная от брахманского идеала или менталитета военно-феодальной элиты. Здесь в цене были мастерство, ловкость, предприимчивость, бережливость, расчетливость и ловкость, подчас не брезгующая обманом, — все это отразилось в различных жанрах городской литературы.
Города (в XVII в. в них проживало 15—20% населения) играли роль экономических, административно-политических и культурных центров. Многие из них были весьма многолюдны: население Дели, Лахора, Агры, Ахмадабада в XVII в.
превышало полмиллиона человек. Между городом и деревней существовал, пусть и ограниченный, обмен товарами. В городе развивался целый ряд ремесел, которые отсутствовали в сельской местности; для городского ремесла вообще был характерен более высокий уровень техники и разделения труда.
Особенно высокого уровня развития достигло городское ткачество. В нем появились новые орудия труда, например — станок для крупноузорных тканей, ленточный станок, новые технические приемы (набойка тканей). Активно развивалось разделение труда: производство некоторых тканей делилось на 12 операций, выполнявшихся отдельными работниками, которые подчас жили в разных городах и были связаны между собой через рынок.
Далеко за пределами Индии славились бенгальские муслины — хлопчатобумажная ткань невероятной тонкости и красоты. Нить, которая шла на их изготовление, была невидима для прядильщицы, которая ставила на солнце тазик с водой и протягивала над ним нить, чтобы видеть хоть тень от нее на поверхности воды. Руки этих женщин и девушек были способны различить на ощупь более 20 степеней тонкости нити!
Знамениты были и индийские набивные ситцы: для господина Журдена, героя мольеровской комедии «Мещанин во дворянстве», обзавестись халатом из такого ситца значило приобщиться к аристократии. Высокого уровня достигла обработка металла, особенно в оружейном деле: европейцы хорошо отзывались об индийских пушках, мушкетах и пистолетах. В прибрежных городах, особенно в Сурате, строились корабли европейского типа, и английская Ост-Индская Компания часто заказывала их для себя.
Большинство ремесленников работало в своих мастерских с помощью членов семьи, иногда используя труд наемных помощников или учеников. Бедность, а также необходимость покупать на рынке сырье и материалы, заставляла их брать авансы у купцов под еще не готовую продукцию. Окончательный расчет обычно бывал в пользу купца, так что ремесленник рано или поздно попадал в долговую кабалу. Скупка изделий у ремесленников, авансирование их, раздача им сырья для дальнейшей обработки — таковы были формы проникновения торгового капитала в ремесло, и от индийских купцов эту практику переняли и европейцы. Наиболее опытные и искусные мастера работали по найму в мастерских (кархана), принадлежавших падишахам, местным феодалам и богатым купцам. Эти мастерские изготовляли, главным образом, предметы роскоши, но во многих случаях представляли собой крупное производство мануфактурного типа. Основной формой социальной организации городских ремесленников были ремесленные касты, функции которых были во многом аналогичны цеховым. Каста в лице своих старшин вступала в контакты с государством, купцами и прочими кастами, регламентировала производство, поддерживала нуждавшихся и пользовалась некоторой автономией в решении внутренних дел. Известно немало случаев, когда касты выступали организаторами протеста ремесленников.
Для Индии XVI—XVIII вв. был характерен высокий уровень развития торговли. Вся страна была покрыта сетью взаимосвязанных рынков — от небольшого сельского до огромных городских.
Сотни кораблей и караванов увозили индийские товары во все концы света. Города являлись центрами торгового обмена, от местного до международного: здесь в позднее Средневековье, развернул активную деятельность торговый и банковский капитал, представленный как индивидуальными предпринимателями, так и крупными ассоциациями, «домами», «фирмами», имевшими отлаженные связи внутри Индии и за ее пределами. Городское купечество отличалось высоким коммерческим профессионализмом, у него была вполне сложившаяся система «бюргерских» ценностей и детально разработанные принципы деловой этики.
Первоклассные коммерсанты, индийские купцы поражали европейских путешественников деловой хваткой и уникальной техникой устного счета; храня коммерческую тайну, они пользовались в переписке и при переговорах особым шифрованным языком. Огромные доходы приносили банковские операции, кредиты, обмен денег. По выданному в Индии кредитному письму купец мог легко получить деньги в Самарканде и Джедде, Пегу и Маскате, даже в Астрахани, где с XVII в.
существовала большая колония индийских купцов, которой русские цари оказывали покровительство. Наиболее богатые купцы нередко кредитовали императорский двор и оказывали заметное влияние на политическую жизнь. Торговые касты играли важную роль в управлении городами, хотя та автономия, которой они пользовались в раннее Средневековье, в Могольской империи у них была отнята.
Городской культуре Индия обязана многими достижениями искусства, литературы, новыми идеями: так, например, наиболее радикальные религиозно-реформаторские течения возникли именно в городах. Горожане первыми знакомились с технологическими, бытовыми и культурными новинками, в их среде была несравненно больше, чем в сельской местности, распространена грамотность (они писали на санскрите, фарси, местных языках). Не случайно на многих индийских языках слово «городской» означает также «изящный», «образованный», «утонченный».
В среде горожан, особенно тех, кого называли «людьми базара», сложилось свое мировоззрение, своя система ценностей, весьма отличная от брахманского идеала или менталитета военно-феодальной элиты. Здесь в цене были мастерство, ловкость, предприимчивость, бережливость, расчетливость и ловкость, подчас не брезгующая обманом, — все это отразилось в различных жанрах городской литературы.
Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:
Городская жизнь танского Китая была отмечена возрастанием значения города как культурного, экономического и политического центра. При этом стала очевидной и преемственность с древней традицией. Город, как живой организм, гармонически вписывался в природный ландшафт.
Подобно любой структуре, построенной по законам традиционной китайской геомантии (фэншуйсюэ), он был ориентирован по частям света и, как правило, четко спланирован в виде прямоугольника. Пространство внутри городов, обнесенных земляными валами и стенами, делилось на замкнутые квадраты.
Не случайно композиция Чанъаня повторяла традиционную планировку дома-усадьбы Северного Китая, а сама столица строилась по канонам городов, сооруженных на равнинной местности. Расположенный напротив главных ворот императорский дворец с парком позади занимал место главного здания, за ним обычно находился сад или огород. Как и Чанъань, другие города, непременно с садами и огородами, естественно смыкались с сельской местностью.
Более того, в самом городе широко культивировалось искусство разбивки парков, сотворенных по подобию первозданной природы, любование которой было эстетической потребностью китайцев. Как и в деревне, в замкнутых кварталах (при династии Северных Вэй — ли, а позже — фан) горожане, организованные в пятидворки и десятидворки, были связаны взаимной ответственностью, в том числе и перед казной. Квартальная застройка обеспечивала функционирование города по принципу сельской общины, зарекомендовавшей себя как устойчивая система.
Единство ритма пространства и времени в живом организме города проявлялось, в частности, и в развитой службе времени, направленной на регуляцию временных циклов жизни горожан. Подобная регламентация была единственно эффективным средством наладить городскую жизнь, не допуская в ней нежеланного хаоса. Так, ворота в городских стенах на ночь запирались, а специальные конные отряды, патрулируя улицы, следили за порядком.
Всем, кроме чиновников высших рангов, ночью запрещалось выходить на улицу. Закон наказывал семьюдесятью палочными ударами каждого, кто в неположенное время осмеливался перебраться через городской вал или внутренние заграждения.
Четкое регулирование пространственной структуры города и временного распорядка его жителей во многом обеспечивало жизнеспособность городского организма, вобравшего в себя многочисленное население.
Славу и блеск Танской империи придавали три ее столицы Чанъань, Лоян и Тайюань. Они поражали современников роскошью и сказочной красотой императорских дворцов, храмов и пагод, парками, прудами и цветниками при домах знати. На этом фоне особо выделялся Чанъань, послуживший образцом для постройки японского города Нара.
В восточной части Чанъаня находились императорские дворцы, дома знати и богачей. В городах функционировали административные учреждения, суды, тюрьмы, монастыри и кумирни. Здесь жили влиятельные сановники, чиновники и военачальники, купцы и монахи.
В столице селились и чужестранцы, выходцы из Ближнего и Среднего Востока. Позднее, в начале VIII в. , кроме даосских и буддийских монастырей и храмов появились манихейские, несторианские, зороастрийские святилища, алтари Маздака и другие храмы.
Постройка Великого канала, проведение административной реформы и меры по унификации денежного обращения способствовали оживлению городской экономики. В начале VII в. недалеко от морского побережья на магистрали Великого канала возник Ханчжоу.
На путях с севера на юг вырос Кайфын, а на Великом канале — Янчжоу. Крупными торгово-ремесленными центрами стали Чэнду, Чанчжоу, Сучжоу. Значительно расширились древние портовые города Цюаньчжоу, Гуанчжоу, Учан.
Широко развивалось городское ремесло. Возникли горнодобывающие и плавильные промыслы. В Цзянси сложился центр производства керамических и фарфоровых изделий, а Янчжоу славился кораблями.
Шелковые ткани из Чэнду проникали на Запад по Великому шелковому пути. В широких масштабах вели добычу соли, обработку металлов и камня, вываривали сироп из сахарного тростника. Искусство каменотесов, резчиков по дереву и камню, лепщиков украшало дворцы, храмы, жилые помещения состоятельных горожан.
Танское время было отмечено дальнейшим укреплением цеховых организаций (хан или туань). В некоторые цехи входило до 400 семей. Ханы регламентировали весь уклад жизни, прием в ученики, определяли распорядок работы, строго охраняли цеховые секреты.
Но цены на местных рынках находились под контролем казны. За землю, занятую под лавки и мастерские, казна взимала плату. Ремесленник работал на заказ и лишь оставшийся товар продавали на рынке.
Часть ремесленников трудилась при монастырях. Большие ткацкие мастерские нередко принадлежали чиновникам.
В VII—VIII вв. значительно развилось казенное ремесло. Продукция многих казенных рудников и плавилен, оружейных и ткацких мастерских, монетных дворов, мастерских по производству печатей, изготовлению экипажей и т.
д. обычно не шла на рынок. В отраслях ремесла, где требовалась высокая квалификация, занятие отца передавалось, как правило, по наследству сыну.
Подъем переживала и торговля. Торговые пути протянулись по Янцзы и Великому каналу, по рекам, сухопутным дорогам и тропам, вдоль морского побережья. Крупнейшим рынком стала столица Чанъань, а важнейшим перевалочным пунктом — Янчжоу.
С заходом солнца торговля прекращалась. На рынках размещались меняльные лавки, склады, постоялые дворы, погреба винокуров, кабаки, публичные дома, а в местах скопления горожан устраивались театральные представления. Торговлю с отдаленными районами стимулировали периодические ярмарки.
К народным и религиозным праздникам приурочивались ярмарки прихрамовые, городские и деревенские. Торговля с соседними народами шла на пограничных ярмарках.
Рост городской экономики, подъем внутренней и внешней торговли обеспечивались увеличением сельскохозяйственной продукции, расширением добычи металлов, ростом монетного обращения. Правительство осуществляло жесткий контроль над торговлей. Поборы, безвозмездные изъятия, налоги в пользу армии, вымогательства чиновников ущемляли торговцев.
Казна владела монополией на отливку медной монеты. С VII в. установили единую государственную денежную единицу цянь — в виде круга (символ Неба) с отверстием в форме квадрата (символ Земли) внутри.
Счет обычно вели связками монет, нанизанных на шелковый шнур. Танские деньги ходили не только по всей империи, но и за ее пределами: в Согдиане, Японии, Корее.
Власти все более расширяли ассортимент облагаемых пошлиной товаров. В VIII в. казна ввела особый налог на чай, и за контрабанду чаем подвергали смертной казни.
Невычлененность многолюдного средневекового города из общества, его органическая вписанность в общую систему общественных связей обусловили тот факт, что юридическая мысль и практика Китая не различали по статусу горожан и сельских жителей и специальных правовых норм для городов и их жителей не было. Не было у китайского города, как в Европе, ни вольностей, ни самоуправления, ни коммунальных свобод. Даже верхи городского общества — аристократия и служилая знать — горожанами себя не осознавали.
Предыдущая17181920212223242526272829303132Следующая
Дата добавления: 2015-09-29; просмотров: 435; ЗАКАЗАТЬ НАПИСАНИЕ РАБОТЫ
ПОСМОТРЕТЬ ЕЩЕ:
Города (в XVII в. в них проживало 15—20% населения) играли роль экономических, административно-политических и культурных центров. Многие из них были весьма многолюдны: население Дели, Лахора, Агры, Ахмадабада в XVII в.
превышало полмиллиона человек. Между городом и деревней существовал, пусть и ограниченный, обмен товарами. В городе развивался целый ряд ремесел, которые отсутствовали в сельской местности; для городского ремесла вообще был характерен более высокий уровень техники и разделения труда.
Особенно высокого уровня развития достигло городское ткачество. В нем появились новые орудия труда, например — станок для крупноузорных тканей, ленточный станок, новые технические приемы (набойка тканей). Активно развивалось разделение труда: производство некоторых тканей делилось на 12 операций, выполнявшихся отдельными работниками, которые подчас жили в разных городах и были связаны между собой через рынок.
Далеко за пределами Индии славились бенгальские муслины — хлопчатобумажная ткань невероятной тонкости и красоты. Нить, которая шла на их изготовление, была невидима для прядильщицы, которая ставила на солнце тазик с водой и протягивала над ним нить, чтобы видеть хоть тень от нее на поверхности воды. Руки этих женщин и девушек были способны различить на ощупь более 20 степеней тонкости нити!
Знамениты были и индийские набивные ситцы: для господина Журдена, героя мольеровской комедии «Мещанин во дворянстве», обзавестись халатом из такого ситца значило приобщиться к аристократии. Высокого уровня достигла обработка металла, особенно в оружейном деле: европейцы хорошо отзывались об индийских пушках, мушкетах и пистолетах. В прибрежных городах, особенно в Сурате, строились корабли европейского типа, и английская Ост-Индская Компания часто заказывала их для себя.
Большинство ремесленников работало в своих мастерских с помощью членов семьи, иногда используя труд наемных помощников или учеников. Бедность, а также необходимость покупать на рынке сырье и материалы, заставляла их брать авансы у купцов под еще не готовую продукцию. Окончательный расчет обычно бывал в пользу купца, так что ремесленник рано или поздно попадал в долговую кабалу. Скупка изделий у ремесленников, авансирование их, раздача им сырья для дальнейшей обработки — таковы были формы проникновения торгового капитала в ремесло, и от индийских купцов эту практику переняли и европейцы. Наиболее опытные и искусные мастера работали по найму в мастерских (кархана), принадлежавших падишахам, местным феодалам и богатым купцам. Эти мастерские изготовляли, главным образом, предметы роскоши, но во многих случаях представляли собой крупное производство мануфактурного типа. Основной формой социальной организации городских ремесленников были ремесленные касты, функции которых были во многом аналогичны цеховым. Каста в лице своих старшин вступала в контакты с государством, купцами и прочими кастами, регламентировала производство, поддерживала нуждавшихся и пользовалась некоторой автономией в решении внутренних дел. Известно немало случаев, когда касты выступали организаторами протеста ремесленников.
Для Индии XVI—XVIII вв. был характерен высокий уровень развития торговли. Вся страна была покрыта сетью взаимосвязанных рынков — от небольшого сельского до огромных городских.
Сотни кораблей и караванов увозили индийские товары во все концы света. Города являлись центрами торгового обмена, от местного до международного: здесь в позднее Средневековье, развернул активную деятельность торговый и банковский капитал, представленный как индивидуальными предпринимателями, так и крупными ассоциациями, «домами», «фирмами», имевшими отлаженные связи внутри Индии и за ее пределами. Городское купечество отличалось высоким коммерческим профессионализмом, у него была вполне сложившаяся система «бюргерских» ценностей и детально разработанные принципы деловой этики.
Первоклассные коммерсанты, индийские купцы поражали европейских путешественников деловой хваткой и уникальной техникой устного счета; храня коммерческую тайну, они пользовались в переписке и при переговорах особым шифрованным языком. Огромные доходы приносили банковские операции, кредиты, обмен денег. По выданному в Индии кредитному письму купец мог легко получить деньги в Самарканде и Джедде, Пегу и Маскате, даже в Астрахани, где с XVII в.
существовала большая колония индийских купцов, которой русские цари оказывали покровительство. Наиболее богатые купцы нередко кредитовали императорский двор и оказывали заметное влияние на политическую жизнь. Торговые касты играли важную роль в управлении городами, хотя та автономия, которой они пользовались в раннее Средневековье, в Могольской империи у них была отнята.
Городской культуре Индия обязана многими достижениями искусства, литературы, новыми идеями: так, например, наиболее радикальные религиозно-реформаторские течения возникли именно в городах. Горожане первыми знакомились с технологическими, бытовыми и культурными новинками, в их среде была несравненно больше, чем в сельской местности, распространена грамотность (они писали на санскрите, фарси, местных языках). Не случайно на многих индийских языках слово «городской» означает также «изящный», «образованный», «утонченный».
В среде горожан, особенно тех, кого называли «людьми базара», сложилось свое мировоззрение, своя система ценностей, весьма отличная от брахманского идеала или менталитета военно-феодальной элиты. Здесь в цене были мастерство, ловкость, предприимчивость, бережливость, расчетливость и ловкость, подчас не брезгующая обманом, — все это отразилось в различных жанрах городской литературы.
Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:
Источники:
