Аграрные отношения. Разложение ленной системыВ различных районах обширной империи аграрные отношения имели свои особенности, но в целом они определялись военно-ленной системой, сложившейся у турок в XIV столетии.
Как правило, все завоеванные турками земли делились на три категории: 1) лены, под которые рри каждом завоевании отводилось около половины (по размеру дохода) захваченных земель, 2) коронные земли, составлявшие соответственно около одной пятой, и 3) церковные земли — вакуфы, на которые тоже приходилось около одной пятой. Одна десятая часть завоеванных земель предназначалась для содержания крепостных гарнизонов. Кроме того, существовали частновладельческие земли, но их было немного.
Ленные земли получали турецкие феодалы (сипахи) за службу в кавалерии. Сипахи обязаны были являться на войну с определенным числом вооруженных всадников, пропорционально доходу с лена. Часть коронных земель раздавалась в ленное владение феодалам, занимавшим высшие должности в государственном аппарате.
Запрещалось соединение нескольких ленов в одних руках. Передача лена от отца к сыну производилась лишь по специальному указу султана, если наследник нес военную службу. В первые столетия существования Османской империи турецкие феодалы, как правило, сами хозяйством не занимались, ограничиваясь получением ренты-налога с крестьян своего лена.
Однако в таком виде османское военно-ленное землевладение просуществовало недолго. В XVI перестал осуществляться запрет иметь одному лицу несколько ленов. В XVII b.
уже складывается крупное феодально-помещичье землевладение. Многие сипахи становились помещиками, заинтересованными в хозяйственной эксплуатации своих ленов и потерявшими интерес к несению военной службы, другие разорялись. Лены приобретали придворные султана, местная феодальная знать, ростовщики, не имевшие никакого отношения к военной службе.
Одновременно значительно расширилась площадь вакуфных земель. Зачастую разоряющиеся ленники и мелкие землевладельцы, опасаясь полной потери всех своих земель, передавали мусульманскому духовенству свои угодья, сохраняя пользование ими на правах аренды. К концу XVIII в. в распоряжении мусульманского духовенства было уже две трети всех обрабатываемых земель.
Юридически турецкие крестьяне-мусульмане считались свободными. Они были наследственными держателями своего надела. В первые века существования Османской империи эксплуатация крестьян сводилась главным образом к получению владельцами ленов натурального налога — ашара, номинально составлявшего десятую часть урожая — «десятину», но на деле в несколько раз превышавшего ее.
По мере изменения характера ленного землевладения резко усилилась эксплуатация турецкого крестьянства. Помещики вводили новые произвольные поборы и отработки. Установился порядок, при котором помещик имел право в течение пятнадцати (позднее — десяти) лет требовать возвращения бежавшего крестьянина.
Усилившаяся феодальная эксплуатация крестьянства сопровождалась введением многочисленных новых государственных налогов и повинностей. Были введены налоги на скот, на зимние и летние пастбища, на ульи и т. п.
Крестьяне обязаны были содержать находившихся на постое чиновников и солдат. Был введен даже специальный налог «на зубы». Он мотивировался тем, что выезжавшие в деревни сборщики налогов и чиновники, которых местное крестьянское население должно было кормить, будто бы стачивали о грубую крестьянскую пищу зубы.
Французский просветитель Вольней, посетивший Османскую империю в 80-х годах XVIII в. , писал о положении турецкого крестьянства: «Владея большей частью земель, феодалы сдают эти земли только на обременительных для крестьян условиях. Они требуют от крестьян половину или две трети урожая.
Постоянные притеснения сопровождаются тысячей эпизодических обид: то оштрафуют всю деревню за какой-нибудь проступок, то введут новую барщину, то требуют подарки по случаю прибытия правителя, то забирают траву для его лошадей. . .
Особенно тяжелым было положение крестьян угнетенных народов империи.
В захваченных турками странах Балканского полуострова феодальный гнет помещиков тесно переплетался с национальным и религиозным угнетением. Крестьянство Балкан, исповедовавшее христианство, подвергалось жестокой эксплуатации турецких и своих собственных феодалов, принявших ислам. Помимо уплаты повышенного поземельного налога и выполнениямногочисленных повинностей они обязаны были вносить особую подушную подать. Немусульманские подданные султана презрительно именовались «райя» («стадо»). Райя не имели права служить на государственной службе, искать защиты в суде, носить оружие. Одежда их должна была отличаться от одежды мусульман.
Исповедовавшее ислам арабское население Аравийского полуострова, Ирака, Сирии, Палестины, Египта, Ливии, Туниса и Алжира также подвергалось двойной эксплуатации — со стороны турецких и своих собственных феодалов.
В сельском хозяйстве складывалась своя география, районы специализации. Земледелие повсеместно было господствующей отраслью. Шире применялось трехполье и связанное с ним применение удобрений.
Паровая система использовалась параллельно с переложной. Речь идет в первую очередь о степных районах, северные земли обрабатывались с подсекой. Урожайность составляла в основном сам-три.
Увеличение торговли хлебом вызывало расширение полосы земледельческих районов за счет северных земель, приморской территории Новгородской области, Поволжья. Осваивались земли Урала. Городские нужды в товарном хлебе росли, что заставляло монастыри и землевладельцев включаться в хлебную торговлю.
Внутренний рынок стимулировал расширение земледельческих угодий. Феодалы искали резервы за счет земельного фонда крестьянских хозяйств. Это был путь прямого присвоения наделов крестьян.
Страдали и государственные земли: феодалы насильственно присоединяли их к своим владениям. Центральные районы Русского государства были охвачены процессом сокращения крестьянских наделов, число которых к концу века уменьшилось на 40%. Это в равной степени относится и к Новгороду, и к Пскову с их обширными земельными угодьями.
В южных землях этот процесс шел не столь стремительно: присоединенное Поморье было черносошным. Трансформировались формы феодального землевладения. Вотчинная земельная собственность существовала как основная, наряду с этим шел процесс образования поместной. Вотчинники были еще сильны, земельный фон составлял основу экономического могущества, правда, их нрава были потеснены: они лишились политической независимости. В основе хозяйственного механизма вотчины лежало право полной наследственной принадлежности. Поместная форма была условной формой собственности при жизни владельца. Во главу угла часто ставилась служба владельца: с ее окончанием прекращалось и поместное юридическое право на владение землей. Государство как бы регламентировало формирование господствующего класса, шла централизация госаппарата и войска. Была еще причина, по которой Русское государство вводило поместную форму феодального землевладения: небольшие земельные владения лучше отвечали потребностям складывающегося рынка. За мелким и средним землевладением было будущее товарного сельского хозяйства России, что и доказала последующая история. Дворянство начинало занимать свое социальное место, укрепляя централизованную власть. Поддерживая мероприятия правительства, дворянство обеспечивало себе часть земельного фонда из уже принадлежащих боярам и монастырям владений. Перед властью встала необходимость передела уже имеющихся земельных владений. Назревал раскол господствующего класса.
В политике отношения власти к церковным владениям также просматривалась тенденция передела. Церковь в России прочно обосновалась на 1/3 населенных земель, это был крупнейший землевладелец России. Необходимо было секуляризировать церковные вотчинные земли. Первые попытки были отражены, но этот процесс уже нельзя было остановить.
Все это порождало боярско-княжескую реакцию. Бояре-вотчинники не желали расставаться с иммунитетными правами. Чиновники князя не имели права въезда в вотчину.
У бояр были свои отряды вооруженных людей, сборщики податей, представительные учреждения. Бояре были наделены судебным правом, совершали акты передачи и дарения земли, поэтому их вполне устраивали феодальные порядки. Дворяне и посадские люди были напрямую заинтересованы в преодолении сопротивления боярских кругов новым веяниям в экономике и внутренней политике.
Массы зависимого народа надеялись на изменения своего положения. Перераспределение земельного фонда означало для трудящегося крестьянства изменение механизма несения основных повинностей. Как и ранее, барщина была основной формой феодальной повинности.
В период увеличения барской запашки росла и норма барщины. К прежним формам барщины присоединили свои требования новые земельные собственники — помещики, мелкие и средние землевладельцы.
К слою зависимых крестьян присоединялись те, кто платил прежде только традиционный «оброк» натурой, а также вновь закрепощенные крестьяне. Эта категория, кроме уже существовавших холопов, образовывалась теперь в результате введения новой формы долговых отношений. Это была форма зависимости в виде обрабатывания кабальными холопами взятых денежных сумм.
Существовала также добровольная зависимость, когда между феодалом и работником заключался договор, эта категория называлась «новоподрядчиками». «Половок», в отсутствие собственной, работал на земле феодала, рассчитываясь половиной урожая. Были также бобыли, неподатные крестьяне, работавшие за продукты и деньги, и детеныши, отрабатывавшие повинности в пределах церковного хозяйства. Попрежнему часть крестьян составляла черносошную, государственно-зависимую категорию.
Вместе с отработкой существовала еще продуктовая рента. До конца XVI в. на юге сохранялся натуральный оброк. Эти общие характеристики необходимо дополнить сведениями о неурожаях и голоде, периодически случавшихся в России и осложнявших положение плебейской части населения.
Юридически турецкие крестьяне-мусульмане считались свободными. Они были наследственными держателями своего надела. В первые века существования Османской империи эксплуатация крестьян сводилась главным образом к получению владельцами ленов натурального налога — ашара, номинально составлявшего десятую часть урожая — «десятину», но на деле в несколько раз превышавшего ее.
По мере изменения характера ленного землевладения резко усилилась эксплуатация турецкого крестьянства. Помещики вводили новые произвольные поборы и отработки. Установился порядок, при котором помещик имел право в течение пятнадцати (позднее — десяти) лет требовать возвращения бежавшего крестьянина.
Усилившаяся феодальная эксплуатация крестьянства сопровождалась введением многочисленных новых государственных налогов и повинностей. Были введены налоги на скот, на зимние и летние пастбища, на ульи и т. п.
Крестьяне обязаны были содержать находившихся на постое чиновников и солдат. Был введен даже специальный налог «на зубы». Он мотивировался тем, что выезжавшие в деревни сборщики налогов и чиновники, которых местное крестьянское население должно было кормить, будто бы стачивали о грубую крестьянскую пищу зубы.
Французский просветитель Вольней, посетивший Османскую империю в 80-х годах XVIII в. , писал о положении турецкого крестьянства: «Владея большей частью земель, феодалы сдают эти земли только на обременительных для крестьян условиях. Они требуют от крестьян половину или две трети урожая.
Постоянные притеснения сопровождаются тысячей эпизодических обид: то оштрафуют всю деревню за какой-нибудь проступок, то введут новую барщину, то требуют подарки по случаю прибытия правителя, то забирают траву для его лошадей. . .
Особенно тяжелым было положение крестьян угнетенных народов империи.
В захваченных турками странах Балканского полуострова феодальный гнет помещиков тесно переплетался с национальным и религиозным угнетением. Крестьянство Балкан, исповедовавшее христианство, подвергалось жестокой эксплуатации турецких и своих собственных феодалов, принявших ислам. Помимо уплаты повышенного поземельного налога и выполнениямногочисленных повинностей они обязаны были вносить особую подушную подать. Немусульманские подданные султана презрительно именовались «райя» («стадо»). Райя не имели права служить на государственной службе, искать защиты в суде, носить оружие. Одежда их должна была отличаться от одежды мусульман.
Исповедовавшее ислам арабское население Аравийского полуострова, Ирака, Сирии, Палестины, Египта, Ливии, Туниса и Алжира также подвергалось двойной эксплуатации — со стороны турецких и своих собственных феодалов. Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:
Аграрные отношения. Разложение ленной системыВ различных районах обширной империи аграрные отношения имели свои особенности, но в целом они определялись военно-ленной системой, сложившейся у турок в XIV столетии.
Как правило, все завоеванные турками земли делились на три категории: 1) лены, под которые рри каждом завоевании отводилось около половины (по размеру дохода) захваченных земель, 2) коронные земли, составлявшие соответственно около одной пятой, и 3) церковные земли — вакуфы, на которые тоже приходилось около одной пятой. Одна десятая часть завоеванных земель предназначалась для содержания крепостных гарнизонов. Кроме того, существовали частновладельческие земли, но их было немного.
Ленные земли получали турецкие феодалы (сипахи) за службу в кавалерии. Сипахи обязаны были являться на войну с определенным числом вооруженных всадников, пропорционально доходу с лена. Часть коронных земель раздавалась в ленное владение феодалам, занимавшим высшие должности в государственном аппарате.
Запрещалось соединение нескольких ленов в одних руках. Передача лена от отца к сыну производилась лишь по специальному указу султана, если наследник нес военную службу. В первые столетия существования Османской империи турецкие феодалы, как правило, сами хозяйством не занимались, ограничиваясь получением ренты-налога с крестьян своего лена.
Однако в таком виде османское военно-ленное землевладение просуществовало недолго. В XVI перестал осуществляться запрет иметь одному лицу несколько ленов. В XVII b.
уже складывается крупное феодально-помещичье землевладение. Многие сипахи становились помещиками, заинтересованными в хозяйственной эксплуатации своих ленов и потерявшими интерес к несению военной службы, другие разорялись. Лены приобретали придворные султана, местная феодальная знать, ростовщики, не имевшие никакого отношения к военной службе.
Одновременно значительно расширилась площадь вакуфных земель. Зачастую разоряющиеся ленники и мелкие землевладельцы, опасаясь полной потери всех своих земель, передавали мусульманскому духовенству свои угодья, сохраняя пользование ими на правах аренды. К концу XVIII в. в распоряжении мусульманского духовенства было уже две трети всех обрабатываемых земель.
Юридически турецкие крестьяне-мусульмане считались свободными. Они были наследственными держателями своего надела. В первые века существования Османской империи эксплуатация крестьян сводилась главным образом к получению владельцами ленов натурального налога — ашара, номинально составлявшего десятую часть урожая — «десятину», но на деле в несколько раз превышавшего ее.
По мере изменения характера ленного землевладения резко усилилась эксплуатация турецкого крестьянства. Помещики вводили новые произвольные поборы и отработки. Установился порядок, при котором помещик имел право в течение пятнадцати (позднее — десяти) лет требовать возвращения бежавшего крестьянина.
Усилившаяся феодальная эксплуатация крестьянства сопровождалась введением многочисленных новых государственных налогов и повинностей. Были введены налоги на скот, на зимние и летние пастбища, на ульи и т. п.
Крестьяне обязаны были содержать находившихся на постое чиновников и солдат. Был введен даже специальный налог «на зубы». Он мотивировался тем, что выезжавшие в деревни сборщики налогов и чиновники, которых местное крестьянское население должно было кормить, будто бы стачивали о грубую крестьянскую пищу зубы.
Французский просветитель Вольней, посетивший Османскую империю в 80-х годах XVIII в. , писал о положении турецкого крестьянства: «Владея большей частью земель, феодалы сдают эти земли только на обременительных для крестьян условиях. Они требуют от крестьян половину или две трети урожая.
Постоянные притеснения сопровождаются тысячей эпизодических обид: то оштрафуют всю деревню за какой-нибудь проступок, то введут новую барщину, то требуют подарки по случаю прибытия правителя, то забирают траву для его лошадей. . .
Особенно тяжелым было положение крестьян угнетенных народов империи.
В захваченных турками странах Балканского полуострова феодальный гнет помещиков тесно переплетался с национальным и религиозным угнетением. Крестьянство Балкан, исповедовавшее христианство, подвергалось жестокой эксплуатации турецких и своих собственных феодалов, принявших ислам. Помимо уплаты повышенного поземельного налога и выполнениямногочисленных повинностей они обязаны были вносить особую подушную подать. Немусульманские подданные султана презрительно именовались «райя» («стадо»). Райя не имели права служить на государственной службе, искать защиты в суде, носить оружие. Одежда их должна была отличаться от одежды мусульман.
Исповедовавшее ислам арабское население Аравийского полуострова, Ирака, Сирии, Палестины, Египта, Ливии, Туниса и Алжира также подвергалось двойной эксплуатации — со стороны турецких и своих собственных феодалов. Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:
Источники:
