В 1095 г., осенью, в Клермоне (Южная Франция) собрался большой церковный собор, на котором папа Урбан II возвестил о начале крестового похода и произнёс большую рассчитанную на разжигание христианского фанатизма речь перед многочисленными слушателями, собравшимися на Клермонской равнине за городом. В речи папы особенно ярко и выпукло была выражена истинная, чисто грабительская цель крестовых походов. Эта речь свидетельствовала также о стремлении церкви отвлечь народные массы от классовой борьбы лживой проповедью социального мира, затушевать классовые противоречия между крестьянами и феодалами, объединив их в общем понятии «христовых воинов», и вывести за пределы Западной Европы наиболее «беспокойные» и опасные для феодалов элементы. «Земля, которую вы населяете,— сказал папа, обращаясь к слушателям,— сделалась тесной при вашей многочисленности. Богатствами она не обильна и едва даёт хлеб тем, кто её обрабатывает. Отсюда происходит то, что вы друг друга кусаете и друг с другом сражаетесь. Теперь же может прекратиться ваша ненависть, смолкнет вражда и задремлет междоусобие. Предпримите путь ко гробу святому, исторгните ту землю у нечестивого народа и подчините её себе». «Кто здесь горестен,— продолжал папа, — и беден, там будет богат». Прельстив присутствовавших перспективами богатой добычи на Востоке, Урбан II сразу же нашёл среди них горячий отклик. Наэлектризованные заманчивыми обещаниями слушатели закричали: «Бог того хочет! Бог того хочет!» — и бросились нашивать красные кресты на свою одежду. Весть о решении идти на Восток быстро облетела Западную Европу. Участники движения получили наименование крестоносцев. Всем крестоносцам церковь обещала ряд льгот: отсрочку платежей по долгам, охрану семей и имущества, прощение грехов и т. д.
Подготовка Крестового походаВ первые годы своего пребывания на престоле понтифика Иннокентий занимался концентрацией всех механизмов управления Крестовым походом в Риме, рассчитывая наделить священную войну статусом предприятия, руководимого папством. В 1198 и 1199 годах он ввел целый ряд инновационных реформ, которые сформировали хребет крестоносной политики. При Иннокентии духовное вознаграждение (индульгенция), предлагавшееся крестоносцам, было реконфигурировано и усилено. Тем, кто принял крест, давалось твердое обещание «полного прощения их грехов» и заверение, что военная служба избавит их от всех наказаний — и на земле, и на небесах. Однако требовалось, чтобы крестоносцы выказывали «покаяние вслух и в сердце» за прегрешения, то есть раскаяние должно было быть внешним и внутренним. Индульгенция Иннокентия также тщательно отделяла очистительную силу священной войны от физического труда человека: больше не считалось, что страдания и трудности, перенесенные в кампании, служат спасению души; вместо этого духовные преимущества, полученные благодаря индульгенции, предоставлялись даром, милосердно данным Богом в награду за заслуги. Это был тонкий сдвиг, однако похоронивший некоторые теологические трудности, возникшие в связи с крестоносным движением (такие, как отношение Бога к человеку). Эта формулировка индульгенции превратилась в установленный «золотой стандарт» в латинской церкви, оставшись практически неизменной на всем протяжении Средневековья и после него.
Иннокентий также пытался создать новую финансовую систему, согласно которой бремя финансирования Крестового похода возлагалось на церковь. Система включала налог размером в одну сороковую часть на все доходы церкви на год и десятипроцентный налог на доходы папства. Новый папа поставил сундуки для пожертвований в церквах по всей Европе.
В них прихожане должны были складывать подаяние в поддержку механизма священной войны. Папа также объявил, что эти монетарные дары сами по себе принесут дарителям индульгенцию, такую же, как те, что получают крестоносцы. Со временем эта идея изменила идеологию движения и имела далеко идущие последствия для всей истории римской церкви.
Иннокентий открыто признал, что бремя многочисленных обязанностей в Риме не позволяет ему возглавить Крестовый поход лично, но в 1198 и 1199 годах он назначил целый ряд папских легатов представлять его интересы и следить за ходом священной войны. Он также установил точные границы, обозначив тех, кто имел право проповедовать Крестовый поход, и мобилизовал для этой цели известного французского проповедника Фулька из Нейи. В то же самое время папа стремился установить для будущих крестоносцев строгий минимум службы, объявив, что, только проведя определенный период времени в Крестовом походе, человек сможет получить индульгенцию (сначала это было два года, потом срок был снижен до года).
Все это казалось удивительно эффективным, и все же, несмотря на энергию и уверенность Иннокентия, все его усилия привели к весьма скромным результатам: ожидаемых толп исполненных восторженного энтузиазма воинов не было (хотя крест приняли многие бедняки); сундуки для подаяния стояли пустыми. Первая энциклика Иннокентия призвала начать Крестовый поход в марте 1199 года, но эта дата наступила и прошла, а никаких признаков активной деятельности так и не было. Наконец в декабре 1199 года появился второй призыв. К этому времени контроль над тем, что могло стать Четвертым крестовым походом, постепенно ускользал из рук папы.
В действительности концепция крестоносного движения папы Иннокентия была некорректна в своей основе. Абсолютистская по тону, она не обеспечивала интерактивного сотрудничества между церковью и лидерами из числа мирян. Папа воображал, что короли и аристократия латинского христианского мира легко склонятся перед его волей, поскольку это якобы угодно Богу.
Но это оказалось совсем не так. Начиная с Первого крестового похода европейская мирская знать была чрезвычайно важна для крестоносного движения. Именно ее лихорадочный энтузиазм мог вызвать увеличение набора рекрутов благодаря социальным сетям родства и вассальной зависимости, а их военное лидерство могло стать решающим в священной войне.
Историки обычно предполагали, что Иннокентий намеренно ограничивал степень королевского участия в Крестовом походе, однако это не совсем так. Для начала, по крайней мере, он намеревался договориться о мире между анжуйской Англией и капетингской Францией и даже сделал попытку убедить короля Ричарда I принять крест. Но когда Львиное Сердце в 1199 году умер, несбыточные планы как-то включить Анжуйскую монархию в «папский Крестовый поход» испарились. После смерти Ричарда его брат Джон был слишком занят борьбой за власть в Англии и в анжуйских владениях, чтобы думать о Крестовом походе. Французский король Филипп-Август также дал понять, что не намерен покидать Европу до тех пор, пока не будут решены все вопросы с анжуйцами. А непрекращающаяся борьба за власть в Германии не позволила участвовать в Крестовом походе Гогенштауфенам. Но даже когда стало очевидно, что коронованные особы этих трех государств не будут участвовать, Иннокентий не попытался обратиться к высшей аристократии. Возможно, он думал, что представители этого класса соберутся на его призыв по доброй воле, обрадовавшись возможности быть у него на побегушках. В этом папа ошибся, и эта ошибка имела самые трагические последствия для всего христианского мира.[336]Следующая глава
Читайте также:
|
Крестовые походы – военно-колонизационные движения западноевропейских феодалов, части горожан и крестьянства, в форме религиозных войн под лозунгом освобождения христианских святынь в Палестине из-под власти мусульман либо обращения язычников или еретиков в католичество. XI—XIII вв. , Первые Крестовые походы отличались массовым характером и стихийностью.
Постепенно социальная база движения сужалась и они все более становились чисто рыцарскими экспедициями. Термин Крестовые походы стал общепринятым с XVII—XVIII столетий. Участники первых Крестовых походов, нашивавшие на одежды знак креста, называли себя пилигримами, а походы — паломничеством.
Постепенно укоренялось представление, что истинный источник богатств находится на востоке. купцы привозили предметы роскоши. Люди начали верить в то, что овладеть богатствами Востока дело отнюдь не невозможное и даже богоугодное. Римско-католическая церковь сыграла большую роль в подготовке Крестовых походов, дав им нравственную психологическую, а нередко и материальную основу. Клермонский Собор.марте 1095 г. Присутствие послов византийского императора на соборе в Пьяченце (Италия) в марте 1095 г. было использовано папой Урбаном II начало пропаганды военной экспедиции на Восток, он выступил 27 ноября 1095 г. с проповедью на открытой площади перед большим скоплением мирян и клириков.. Первый крестовый поход (1096—1099).Весной 1096 г. из Шампани, Лотарингии, областей Рейна тысячи крестьян, соединись в отряды и двинулись на Восток. Ими предводительствовали проповедники, как Петр Пустынник, священники. Путь лежал вдоль Рейна Дуная через Венгрию, Белград и Филиппополь (Пловдив) к Константинополю.
Лишенные необходимых запасов продовольствия, пополнявшиеся ватагами бродяг и авантюристов, грабили и бесчинствовали. Когда поредевшие и уже деморализованные отряды в августе 1096 г. прибыли к Константинополю, император Алексей I после переговоров с Петром Пустынником, отказавшимся ждать подхода основных сил рыцарей, переправил их через Босфор в Малую Азию.
Не дойдя до Никеи, крестьянское ополчение было разгромлено сельджуками. Рыцарские ополчения несколькими колоннами тронулись в путь позднее крестьянских. Рыцарей сопровождали вассалы и оруженосцы, за ними следовали толпы крестьян.
1099 г. Иерусалим был взят приступом. После завоевания Иерусалима было решено избрать из числа князей правителя и наделить его титулом защитника Гроба Господня.
Дата добавления: 2015-04-21; просмотров: 12; Нарушение авторских прав
В 1096 г. в городе Клермоне (Франция) на соборе выступил папа Урбан II с призывом к первому крестовому походу. Призыв папы был услышан по всей Западной Европе.
Гвиберт Ножанский, один из хронистов, который присутствовал на Клермонском соборе, в своем сочинении «Monodiae» или «Vita sua» полностью воспроизвел речь Урбана II. Другой хронист – Фульхерий Шартрский, написавший историю Первого Крестового похода, также поместил в ней речь Урбана II. Проповедь папы была настолько красноречива и проникновенна, что потрясла буквально всех [10, с.
97]. Папа Урбан очень живо обрисовал тяжелейшее положение христиан на Востоке, особенно в Палестине, и необходимость вернуть Гроб Господень христианам. «Исторгните эту землю у нечестивого народа, покорите себе ее, смойте скверну своей и чужой кровью!
В объединяющем порыве: «Так хочет Бог! » со всех регионов Европы начали стекаться отряды пилигримов с нашитыми на одежде или на плаще крестами, как символом данного ими обета. Пилигримы стекались в Лотарингию, в Шампань, в область Рейна.
Здесь отряды объединились и двинулись на Восток для обретения земли обетованной, для того, чтобы смыть свои грехи в водах Иордана, где принял крещение Спаситель. Эти отряды возглавили Петр Пустынник и рыцарь Готье Голяк. Беднота первого похода абсолютно не была знакома с географией – во всяком случае, путь в Палестину был им не известен.
Подходя к любому городу на своем пути, они простодушно интересовались у его жителей, а не Иерусалим ли это. Но так или иначе они шли на восток, и отряды Петра Пустынника и Готье Голяка прошли по берегам Рейна и Дуная и через Венгрию и Балканы вышли к Константинополю.
Первоначально отряд, который собрали Петр Пустынник и Готье Голяк, насчитывал 50 тыс. человек – 50 тыс. бедняков, у которых не было с собой ни одежды, ни еды, не говоря уже об оружии и медикаментах.
И чтобы одолеть такой длинный путь из Лотарингии до Константинополя, эти люди, несмотря на объединявший их религиозный порыв, на стремление освободить Гроб Господень от неверных и получить прощение грехов, по пути к этой прекрасной цели занимались элементарным грабежом, для того, чтобы выжить [10]. За время пути отряд поредел в два раза, и до Константинополя добрались только 25 тыс. человек.
Такой странный сплав – можно грабить, но в сердце должен гореть религиозный огонь – был заложен еще в речи Урбана II, который говорил о Востоке, что «реки там текут млеком и медом», что это земной рай и земли там завещаны христианам, и все, что на ней, принадлежит христианам. Поэтому, пройдя на Восток крестоносцы хорошо помнили слова папы о том, что все в этой земле завещано им. «Берите», – говорил папа, и они брали, не считая свои действия преступлением. Совесть их, религиозное сознание были чистыми – ведь они брали с благословения самого папы [10].
Чтобы как можно скорее избавиться от таких «гостей», императору Алексею пришлось обеспечить их дальнейшее продвижение – он собрал их и переправил через Босфор в Малую Азию. Он знал, что делал – за Босфором хозяйничали турки-седьджуки. Таким образом, отряды крестоносцев (нищих, практически безоружных, плохо организованных людей) были отправлены на смерть.
Первые пилигримы «священной дороги» стали первыми ее жертвами. Около г. Никеи отряд Петра Пустынника и Готье Голяка был разбит турками, и в живых осталось всего 3 тысячи человек.
Наконец, из Европы выступило в первый крестовый поход рыцарское ополчение. Эти отряды были уже более подготовленными – они знали, куда шли. Вышли они из Лотарингии во главе с герцогом Лотарингским Готфридом Бульонским и шли через Венгрию и Болгарию.
Затем выступили итало-норманнские рыцари, которые были заклятыми и непримиримыми врагами Византии. Их возглавил князь Боэмунд Тарентский. Они шли через Македонию, Фракию прямо к Константинополю (приложение).
Выступили и французские рыцари во главе с графом Тулузы Раймондом. Таковы были основные, ударные рыцарские отряды Первого Крестового похода. Кроме этих отрядов, к Константинополю направились рыцари Средней и Северной Франции, Англии и Шотландии.
Эти отряды выглядели совсем не так, как отряды бедноты, возглавляемые Петром Пустынником и Готье Голяком. Рыцари ехали верхом в окружении оруженосцев и слуг, их сопровождал обоз – повозки с продовольствием, одеждой и лекарствами, у них были запасы оружия. Но от Лотарингии до Константинополя путь не близок, и никаких запасов хватить не могло.
И рыцари начинают делать то же самое, что делала беднота, шедшая ранее по этому пути. Вновь начались разбои и грабежи. Рыцари грабили уже более основательно.
В столице империи переплелись религиозные и политические устремления крестовых походов. Политические интересы, обусловленные хронической неприязнью, перманентным противостоянием Запада Востоку и Востока Западу, здесь брали верх над всеми остальными устремлениями крестовых походов, которые были задуманы как походы со святыми целями. Таким образом, уже в первом крестовом походе еще более затянулся узел непримиримых противоречий между Востоком и Западом [10].
Всех, кто приходил с Запада, византийцы называли латинянами или франками, вкладывая в этот термин уничижительный оттенок. В свою очередь западные европейцы считали византийцев, «эллинов», хитрым, лукавым и лживым народом.
Вероятно, в характеристиках, которые латиняне и византийцы давали друг другу, все же была определенная доля правды. Конечно, утонченность и дипломатичность византийцев с полным основанием могла показаться хитростью воинственным, малообразованным и грубоватым западным рыцарям, и такое отношение западного человека к восточному закрепилось надолго.
Таким образом, причины массовой экспансии западноевропейских феодалов в страны Востока скрывались в глубоких социально-экономических и политических изменениях, происшедших в этих далеких друг от друга регионах на рубеже раннего и классического средневековья. Сложившаяся в конце XI в. на Ближнем Востоке обстановка вполне благоприятствовала осуществлению этих захватнических планов.
Турки-сельджуки, завладев в 1055 г. Багдадом и разгромив византийское войско в битве при Манцикерте в 1071 г. , захватили почти всю Малую Азию, а также Сирию и Палестину с Иерусалимом, где находились главные христианские святыни.
Это до некоторой степени затруднило посещение паломниками «святых мест» и дало духовенству повод призывать к походу для освобождения «гроба господня» от «неверных». Успеху этой проповеди способствовало обращение за помощью, исходившее от Византии.
Хронология крестовых походов: 1095-1096 – Поход нищеты или крестьянский поход; 1095-1099 – Первый крестовый поход; 1147-1149 – Второй крестовый поход; 1189-1192 – Третий крестовый поход; 1202-1204 – Четвертый крестовый поход; 1202-1212 – Детский крестовый поход; 1218-1221 – Пятый крестовый поход; 1228-1229 – Шестой крестовый поход; 1248-1254 – Седьмой крестовый поход; 1270-12?? – Последний крестовый поход.
Источники:
