Милитаризация Японии. Обострение классовой борьбыКабинет адмирала Окада, сменивший в июле 1934 г. правительство адмирала Сайто, продолжал политику укрепления позиций государственно-монополистического капитала и подготовку «большой войны».
Монополисты получали государственные дотации и военные заказы, обеспечивавшие им огромные прибыли. Правительство субсидировало в первую очередь те отрасли производства, которые были связаны с подготовкой войны. Особое внимание уделялось тяжелой промышленности.
В 1934 г. был создан крупный полугосударственный металлургический трест, в который вошли государственные заводы и некоторые предприятия, принадлежащие концернам Мицуи, Мицубиси и другим. Правительству принадлежало три четверти капитала этого треста.
Военные заказы правительства, достигшие 5,5 млрд. иен за 1932—1936 гг. , стимулировали быстрое развитие тяжелой промышленности.
Выплавка чугуна в Японии (включая Корею) за период 1929—1936 гг. увеличилась с 1,2 млн. т до 2,3 млн.
т; производство стали за эти же годы выросло с 2,3 млн. т до 5,3 млн. т.
С 1931 по 1936 г. в военно-промышленное строительство было вложено почти 7 млрд. иен, в том числе около 5,3 млрд.
Огромные суммы шли на усиление и модернизацию армии и флота. В 1935/36 г. они составили 1022,7 млн.
иен, в то время как в 1933/34 г. на военные нужды было израсходовано 851,9 млн. иен.
Это порождало серьезные финансовые затруднения. Дефицит государственного бюджета достиг 1 млрд. иен, а сумма государственных займов — 9 млрд.
Экономические и политические трудности, возникавшие в связи с милитаризацией, государство стремилось преодолеть путем усиления эксплуатации трудящихся и проведения реакционной внутренней политики. Рабочий день длился 11 и больше часов, заработная плата снижалась. Текстильщица в Японии получала заработную плату в 7 раз меньшую, чем в Англии.
Увеличилось число безработных. За 1933— 1935 гг. было брошено в тюрьмы 24 тыс.
Рабочий класс настойчиво боролся за создание единого фронта против фашизма и войны. Осенью 1935 г. на выборах в префектуральные собрания две крупные профсоюзные организации — Федерация труда и Всеобщая лига профсоюзов, насчитывавшие в своих рядах около 100 тыс.
членов, договорились о единстве, действий, что вскоре, в январе 1936 г. , привело к их объединению.
Острая классовая борьба развернулась в деревне. В соответствии с законом, вступившим в силу в ноябре 1933 г. , правительство устанавливало твердые цены на рис и производило значительные закупки у крестьян.
Беднейшие крестьяне, вынужденные осенью продавать рис по низким государственным ценам, весною покупали его на рынке по высоким ценам. В конце 1934 г. и в первой половине 1935 г.
в связи с неурожаем японское крестьянство переживало голод. Из-за всего этого в 1935—1936 гг. было в 2—3 раза больше арендных конфликтов, чем в 1929— 1933 гг.
В 1936 г. число их достигло 5500. Они возникали главным образом вследствие сгона арендаторов с земли, высокой арендной платы, государственных закупок риса по твердым ценам.
Помимо бедноты в борьбу втягивалось и среднее крестьянство. Во главе ширившегося крестьянского движения стояло левое объединение крестьянских союзов, которое требовало передать землю крестьянам и отменить ненавистные им законы.
Военно-фашистский путч 1936 года и его последствияПо мере обострения классовой борьбы правящие круги все более стремились к открытой военно-фашистской диктатуре.
Однако среди них не было единства по вопросу о методах ее установления. Одна из группировок японской военщины — сторонники «императорского пути» («Кодоха»), опиравшаяся на помещиков и «новые концерны», ставила своей целью установление путем заговоров и путчей «государственного социализма с императором в центре» и завоевание соседних стран Азии. Эта группа состояла в основном из представителей так называемого молодого офицерства.
Другая организация военщины — «группа контроля» («Тосэйха») — считала, что необходимо укреплять существующий государственный аппарат и проводить фашизацию монархического строя, не прибегая к заговорам и путчам.
Разногласия в лагере военщины приняли особенно острые формы, когда в целях укрепления своих позиций военный министр Хаяси, представлявший «группу контроля», произвел чистку в армии. При этом были уволены главари «императорского пути», в том числе инспектор военного обучения Мадзаки, который пользовался большим влиянием среди «молодых офицеров».
В ответ на это «молодые офицеры» совершили террористический акт: подполковник Айдзава 12 августа 1935 г. застрелил одного из лидеров «группы контроля» — начальника оперативного управления генерал-лейтенанта Нагата.
Обстановка складывалась неблагоприятно для военно-фашистских групп. Состоявшиеся 20 февраля 1936 г. парламентские выборы показали, что их авантюристическая политика встречает все большее противодействие.
Все фашистские организаций потерпели поражение: за них было подано около 200 тысяч голосов, и они получили всего пять мест в парламенте. Партия Сэйюкай, выступавшая под фашистскими лозунгами, потеряла свыше 1,5 миллионов голосов. Партия Минсэйто, которая выдвинула лозунг «противодействие фашизму и установление конституционного образа правления», укрепила свое положение.
Серьезного успеха на выборах добилась Социалистическая партия. Выступая под антивоенными и антифашистскими лозунгами, она завоевала 18 депутатских мест.
«Молодые офицеры» решили прибегнуть к открытому мятежу, установить военнофашистскую диктатуру во главе с генералом Мадзаки. 26 февраля полторы тысячи мятежников заняли ряд правительственных зданий и начали террористические акты: были убиты бывший премьер Сайто, министр финансов Такахаси, инспектор военного» обучения генерал Ватанабэ, сменивший генерала Мадзаки. Премьер Окада успел вовремя бежать из своей резиденции.
Однако мятеж потерпел неудачу, так как значительные силы армии и флота находились под руководством «группы контроля». После трехдневного сопротивления мятежники капитулировали. Айдзава и другие 17 руководителей заговора были расстреляны, 60 «молодых офицеров» приговорены к различным срокам тюремного заключения, многие переведены в запас или отправлены в отдаленные районы страны.
После ликвидации мятежа сформировался новый кабинет во главе с Хирота Коки, тесно связанным с военными кругами «группы контроля». По настоянию этих кругов было решено назначать впредь на посты военного и морского министров лишь генералов и адмиралов действительной военной службы, чтобы не допускать ослабления контроля военщины над правительством.
Кабинет Хирота провел серию реакционных мероприятий: запрещение празднования Первого мая, законы «о контроле над опасной корреспонденцией» и «о контроле над опасными мыслями», роспуск профессиональных союзов на военных предприятиях и т. д. В области внешней политики он продолжал дипломатическую подготовку «большой войны».
25 ноября 1936 г. Япония подписала с гитлеровской Германией «антикоминтерновский пакт». На границах с СССР и Монгольской Народной Республикой провоцировались новые «инциденты».
В начале 1937 г. на смену кабинету Хирота пришло не менее реакционное правительство Хаяси. В марте того же года оно распустило парламент и назначило новые выборы, рассчитывая усилить свои позиции.
Но вопреки ожиданиям правительства выборы принесли большую победу его противникам. Усилиями дворцовых кругов и крупных монополий был создан кабинет князя Коноэ, который был связан как с «группой контроля», так и с «молодыми офицерами». Ему удалось добиться временной консолидации всех буржуазно-помещичьих партий на базе признания военной программы и сохранения прерогатив парламента.
Цитируется по изд.: Всемирная история. Том IX. М., 1962, с. 429-431.
Глава 13.
Подготовка Японии к войнеВ 1895 г. японское правительство сразу же после окончания войны с Китаем приняло первую программу усиления своего флота. Япония планировала начать постройку кораблей всех классов, и в первую очередь эскадренных броненосцев, броненосных крейсеров и миноносцев, предназначенных для ведения активных наступательных действий. Поскольку японская судостроительная промышленность была еще не достаточно развита, правительство разместило заказы на постройку кораблей, предусмотренных программой 1895 г., за границей.
Таблица 6.
Корабли, построенные для Японии за границейКласс кораблей … Количество … Место постройкиЭскадренные броненосцы … 4 … АнглияБроненосные крейсера 1-го класса … 6 … Англия, ФранцияНебронированные крейсера … 5 … Англия, СШАМинные крейсера … 3 … ЯпонияМинные истребители (эсминцы) … 11 … АнглияМиноносцы водоизмещением более 100 т … 23 … Франция, ГерманияМиноносцы водоизмещением более 800 т … 31 … Франция, ГерманияМиноноски … 35 … ЯпонияВ 1896 г. японское правительство, считая судостроительную программу 1895 г. недостаточной, дополнительно приняло рассчитанную на 10 лет программу, предусматривавшую постройку главным образом крейсеров и значительного количества эсминцев, а также оборудование военно-морских баз и портов, предназначенных для обеспечения боевой деятельности японского флота в Желтом и Японском морях. (Более подробно о кораблях японского флота рассказано в Приложении 2.)Третья судостроительная программа была принята на специальном заседании японского парламента в июне 1903 г. 2 февраля 1904 г., т.е. буквально перед началом войны, японское правительство заключило в Лондоне контракты с фирмами Виккерса и Амстронга на поставку 2 эскадренных броненосцев «Катима» и «Катори» водоизмещением в 16 400 т каждый. Вооружение броненосцев составляли четыре 304/45-мм, четыре 254/45-мм и двенадцать 152/45-мм пушек.
«Кашима» был заложен 29 февраля 1904 г. на верфи Амстронга в Эльсвине, а «Катори» — 27 февраля 1904 г. на верфи Виккерса в Барроу.
Спущены броненосцы были 22 марта 1905 г. и 4 июля 1905 г. соответственно.
Как видим, нейтральная Англия наплевала на все международные законы и соглашения и буквально в бешеном темпе, менее чем за полтора года, ввела в строй два мощнейших броненосца.
В 1900–1904 гг. существенно возросла мощь японской армии. Она комплектовалась на основе закона о всеобщей воинской повинности, который распространялся на лиц в возрасте от 17 до 40 лет.
Служба японских граждан делилась на действительную, запаса первого разряда, запаса второго разряда (территориальные войска) и ополчение. Так как в мирное время контингент призыва превышал потребность, набор в армию производился по жеребьевке. Действительная служба в армии продолжалась три года, а во флоте — четыре.
Большое внимание в Японии уделялось подготовке офицерского состава. Офицерство, продолжая самурайские традиции, рассматривало себя как главный оплот империи, как носителя идеи «великой Японии», «исключительности» японской нации.
Согласно императорскому рескрипту, офицер непосредственно выполняет волю императора в армии, так же относится к своим подчиненным, как император к своему народу, и его приказ является императорским приказом, а ослушание расценивается как неподчинение воле императора.
На основе принципа полной покорности воле командира и неукоснительного выполнения приказа офицера воспитывался японский солдат. Такой тип солдата-фанатика прославлялся японской печатью, воспевалась его доблесть, а служба в армии рассматривалась как великая честь, не сравнимая ни с одной профессией. Как правило, выступления руководящих государственных деятелей Японии, тронные или юбилейные речи представителей императорского дома не обходились без славословия в адрес армии и флота.
Никакой праздник не праздновался более пышно, чем День армии и флота, никого не провожали так торжественно, как солдат, отправлявшихся на фронт. Об офицерах и генералах слагались песни, им отводились самые почетные места на религиозных и светских церемониях.
Чтобы создать видимость социальной близости солдат и офицеров, допускались выдвижение и назначение на офицерские должности среднего и особенно низшего звена солдат-крестьян, отличившихся на службе.
Накануне русско-японской войны в японской армии был введен чин токумусотё — старшего фельдфебеля. Это был опытный, кадровый военный, прошедший все стадии обучения непосредственно в подразделении, командовавший отделением и даже полувзводом, зарекомендовавший себя как сторонник монархического строя. Старшим фельдфебелям разрешалось без отрыва от службы подготовиться и сдать экзамен для получения офицерского чина. Фельдфебелям и старшим унтер-офицерам, ушедшим в запас первой очереди в офицерском звании, разрешалось после прохождения лагерного сбора в войсках, но не позднее полугода после увольнения вернуться в армию и получить должность офицера.
К 1904 г. японская армия имела на вооружении 6,5-мм винтовки системы Арисака обр. 30 (1897 г.
). Затвор винтовки скользящий с поворотом. Магазин срединный на пять патронов с шахматным расположением.
Уменьшение калибра, естественно, привело к снижению веса боеприпасов и уменьшению отдачи при стрельбе, что особенно важно для низкорослых японцев. Но одновременно снижение калибра привело к уменьшению кучности на больших дистанциях стрельбы, и официальная прицельная дальность (2400 м) попросту липа. Винтовка пристреливалась без штыка. Изменение длины и тяжелый штык нарушали баланс винтовки, что приводило к дополнительному ухудшению кучности стрельбы.
Образец винтовки Арисака 35 (1902 г. ) отличался от обр. 30 прицелом (вместо рамного — секторный) и конструкцией крышки.
Уже после войны было начато производство винтовок Арисака обр. 38 (1905). Отличие нового образца — в деталях затвора и предохранительного устройства.
Резервные части японской армии к 1904 г. по-прежнему были вооружены 8-мм винтовками системы Мурата обр. 22 (1889 г.
). Эта винтовка имела подствольный магазин, наполняемый по одному патрону. Таблица 7.
Сравнительные данные винтовокДанные винтовок … Мурата (обр. 1889 г.) … Арисака (обр. 1897 г.) … Мосина (обр. 1891 г.)Калибр, мм … 8 … 6,5 … 7,62Длина винтовки, мм: со штыком … 1490 … 1660 … 1734без штыка … 1210 … 1270 … 1306Длина ствола, мм … 750 … 800 … 800Вес винтовки, кг со штыком … … 4,3 … 4без штыка … 3,91 … 3,9 … 4,3Число патронов в магазине … 8 … 5 … 5Начальная скорость, м/с. … — … 704 … 860Дальность прицельная, м … — … 2400 … 2200 Перед войной командование японской армии пулеметам уделяло недостаточное внимание. К 1904 г. в армии имелось лишь небольшое число 8-мм пулеметов Гочкиса, проходивших войсковые испытания.
Основными орудиями японской армии были 75-мм полевая пушка обр. 1898 г. системы Арисака и 75-мм горная пушка обр.
1898 г. Обе пушки имели стволы с цапфами и жесткие лафеты. Щитов не было.
Частичное гашение отката производилось с помощью башмаков, подкладываемых под колеса. Башмаки были связаны тросами с бельвилевскими пружинами, расположенными в средней части бруса лафета. Стрельба могла вестись и без этих противооткатных устройств, в этом случае длина отката на скользком грунте доходила до 10 м.
Затвор у обоих орудий поршневой. Заряжание у полевой пушки унитарное, а у горной — раздельно-гильзовое. Горная пушка разбиралась на четыре вьюка весом по 106 кг, причем ствол пушки был неразборным.
Таблица 8. Данные японских пушекДанные пушки … Полевой … ГорнойКалибр, мм … 75 … 75Длина ствола, мм/клб … 2200/29,3 … 1000/13,3Длина нарезной части, мм … 1857 … 800Вес ствола с затвором, кг … 327 … 99Угол BH, град. … -5?
; +28? … -10°;+30?
Угол ГН, град. … У обеих пушек нет поворотного механизмаВысота линии огня, мм … 700 … 500Ширина хода, мм … 1300 … 700Диаметр колеса, мм … 1400 … 1000Вес системы, кг: в боевом положении … 880 … 328в походном положении с передком … 1640 … 360[27]Скорострельность, выстр./мин. … 3 … 3Снаряды у обоих орудий были одинаковые. Стальная граната имела вес 6,1 кг и длину — 4,5 калибра. Она содержала 0,8 кг мелинита. Шрапнель с 18-дюймовой трубкой имела тот же вес, но была короче — 3,5 калибра. В шрапнели было 234 пули и от 64 до 72 г ружейного пороха.
У полевой пушки граната и шрапнель имели начальную скорость 487 м/с, а максимальная дальность стрельбы гранатой составляла 7,8 км. У горной пушки начальная скорость — 263 м/с, а дальность стрельбы гранатой — 4,3 км. Японская полевая пушка по своей баллистике существенно уступала русской 76,2-мм пушке обр.
1900 г. Но русская пушка в отличие от японской не имела гранаты, что снижало ее эффективность.
Русская 2,5-дюймовая горная пушка обр. 1883 г. существенно уступала по мощи снарядов японской 75-мм горной пушке обр.
1898 г. Русская чугунная граната весом 4 кг содержала всего 66 г черного пороха, а шрапнель имела 10-секундную трубку и содержала 100 пуль. Горных пушек у японцев было в несколько раз больше, чем у русских, а главное, применялись они куда более грамотно.
Забегая вперед, скажу, что в 1905 г. Япония заказала 400 полевых 75-мм пушек Круппа. Кроме того, в ходе войны Крупп поставил в Японию 2 тыс.
болванок для таких же пушек. Из этих болванок по чертежам Круппа в арсенале города Осака было изготовлено 300 75-мм пушек обр. 38 (1905).
Длина ствола пушки Круппа — 30 калибров. Осколочная граната и шрапнель весом. 6,5 кг имели начальную скорость 520 м/с.
Шрапнель содержала 210 пуль весом по 12,5 г. Дальность стрельбы гранатой — около 8 км, а шрапнелью — около 7,5 км. Система имела щит.
После 1905 г. 75-мм полевая пушка Круппа была модернизирована и названа системой Арисака обр. 38 (1905).
У модернизированных пушек накатник был гидропневматическим. Вес систем Круппа и Арисака в походном положении составлял 1140 кг. В ходе войны 1904–1905 гг.
Высшим тактическим соединением японской армии была Дивизия. Предусматривалось создание в военное время армий. Перед началом русско-японской войны в Японии появились три армии.
Дивизия состояла из двух пехотных бригад по два полка в каждой, полк — из трех батальонов, а батальон — из четырех рот. В дивизии имелся один кавалерийский полк трехэскадронного состава и артиллерийский полк двухдивизионного состава (в каждом дивизионе по три шестиорудийные батареи). В дивизии также имелись саперный и обозный батальоны.
Гвардейская и Первая столичная дивизии были организованы особым образом. В каждую из них входила кавалерийская бригада, в бригаде было два полка по пять эскадронов в каждом, по артиллерийской бригаде, составленной из трех полков по два дивизиона в каждом (в каждом дивизионе по три шестиорудийные батареи). Армейская артиллерия формировалась из выделяемых дивизионов и батарей, входящих в состав дивизий.
В военное время каждой дивизии придавались части усиления. Рота военного времени имела по штату 217 человек, саперная рота — 220 человек, полевая батарея — шесть 75-мм орудий, 150 солдат и офицеров.
Полевая пешая и горная артиллерия организационно сводилась в тринадцать артиллерийских полков, придаваемых дивизиям, и две артиллерийские бригады, в которых около 37% батарей составляли горную артиллерию. Тяжелая полевая артиллерия Японии была представлена одним тяжелым артиллерийским полком.
Тринадцать артиллерийских полков пешей и горной артиллерии составляли дивизионную артиллерию. Каждая из имеющихся в японской армии тринадцати пехотных дивизий имела по одному артиллерийскому полку двухдивизионного состава, по три шестиорудийные батареи в дивизионе, таким образом, в дивизии насчитывалось по 36 орудий, т.е. по 3 орудия на батальон пехоты.
Отдельная артиллерийская бригада имела в своем составе три полка такой же организации, как и дивизионная артиллерия, и насчитывала 108 орудий. Тяжелый артиллерийский полк состоял из пяти четырехорудийных батарей, имея всего 20 гаубиц.
Две отдельные артиллерийские бригады и тяжелый артиллерийский полк, насчитывавшие 236 орудий, составляли армейскую артиллерию.
Еще накануне войны Япония приступила к развертыванию армии по плану военного времени. При этом для усиления действующих войск штатом военного времени предусматривалось формирование 52 резервных пехотных батальонов и 52 резервных батарей (312 орудий), а для восполнения убыли в действующей артиллерии — 19 запасных батарей (114 орудий) полевой артиллерии.
Таким образом, японская армия по штату мирного времени в числе тринадцати артиллерийских полков дивизионной и семи полков армейской артиллерии имела 704 орудия, а по штату военного времени в связи с развертыванием резервных и запасных батарей — 1130 орудий.
Япония значительно быстрее, чем Россия, развертывала свою артиллерию на театре войны. Так, к 10 июля японское командование только в составе 1-й, 2-й и формируемой 4-й армий располагала 48 батареями (288 орудий) дивизионной и 18 батареями (108 орудий) армейской артиллерии, т.е. 396 орудиями полевой артиллерии.
Следующая глава.
Page 2
Статья из газеты «Асьен» («Asien»). (Сведения из иностранных газет к 29 марта 1902 г. Л. 27.)Следующая глава
Page 3
Дубасов. Очерк политического положения на Крайнем Востоке. Архив МИД. Донесения из Кореи 1898 г. Ч. I.
Следующая глава.
Page 4
Пушкин А.С. «Моя родословная» // Полн. собр. соч., М. 1957. Т. 3. С. 208.
Следующая глава.
Page 5
Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. Изд. 2-е. Т. 10. С. 535.
Следующая глава.
Page 6
Подробнее об «Особом запасе» см.: Широкорад А. Русско-турецкие войны. Минск: Харвест; М.: ACT, 2000. С. 536.
Следующая глава.
В Токио планировали завершить подготовку страны и вооруженных сил к новым актам агрессии в течение 1939 — 1941 гг.
За это время императорская ставка и японское правительство предполагали добиться капитуляции Китая, усилить военный потенциал страны, создать плацдармы агрессии в Маньчжурии и Корее, в Южном Китае, на принадлежавших Японии островах Тихого океана, в Индокитае, повысить мощь своих вооруженных сил.
Японское правительство выдвинуло демагогический лозунг, призывавший к созданию «сферы взаимного процветания великой Восточной Азии».
Под прикрытием развернутой вокруг этого лозунга пропагандистской кампании японское правительство и командование разрабатывали планы захвата советского Дальнего Востока и Сибири, Китая, Французского Индокитая, владений США, Англии и Голландии, а также других территорий в Азии и на Тихом океане.
Императорская ставка подготовила два варианта стратегического плана ведения войны: северный — против СССР и южный — против США, Англии и их союзников. Очередность осуществления каждого из них ставилась в зависимость от конкретно складывающихся условий международной обстановки {482}.
План войны против СССР (план «Оцу») предусматривал в первую очередь захват советского Дальнего Востока, который наряду с Маньчжурией, Северным Китаем и районом нижнего течения реки Янцзы включался в так называемую центральную зону «сферы взаимного процветания». Уточненный императорской ставкой в конце 1940 г. план определял нанесение главного удара на приморском направлении и вспомогательного — на благовещенском с целью захвата на первом этапе Владивостока, Имана, Благовещенска и других городов, а на втором — Николаевскана-Амуре, Комсомольска-на-Амуре, Советской Гавани, Северного Сахалина и Петропавловска-на-Камчатке {483}.
Подписание пакта о нейтралитете между СССР и Японией 13 апреля 1941 г.
Пакт о нейтралитете между СССР и Японией (откройте изображение в новом окне для просмотра в увеличенном варианте)Готовясь к нападению на СССР, японское правительство и командование сразу же после оккупации Маньчжурии стали укреплять маньчжурско-корейский плацдарм. С 1939 г. осуществлялся трехлетний план развития северных районов Маньчжурии — строились железные и шоссейные дороги, линии связи, пограничные с СССР районы заселялись японскими переселенцами. Число укрепленных районов у границ Советского Союза в 1941 г. достигло 13. В Корее японцы развернули строительство Кэнхынского укрепленного района, который стал продолжением Расинского укрепрайона, на правом берегу реки Тумыньцзян, от ее устья до города Кэнхын {484}. [181] В 1939 — 1940 гг. Квантунская армия была увеличена с 9 до 12 пехотных дивизий и имела в своем составе примерно 350 тыс. солдат и офицеров {485}. Генеральный штаб армии планировал в 1941 г. ее дальнейшее усиление за счет роста численного состава дивизий и оснащения частей и соединений новым оружием. В 1940 — 1941 гг. были увеличены войска марионеточных правительств Маньчжоу-Го и Внутренней Монголии. Готовясь к операциям против СССР, ставка создала в декабре 1940 г. на острове Хоккайдо штаб Северного военного округа и приступила к развертыванию войск на севере Японии, Южном Сахалине и Курильских островах.
Располагая пока ограниченными силами и учитывая уроки поражения своих войск в районе реки Халхин-Гол, правительство Японии связывало осуществление северного варианта своего стратегического плана с результатами германской агрессии против Советского Союза. Осенью 1940 г. правящие круги Японии считали, что ее войска еще не готовы к сражениям с Советской Армией.
Еще в сентябре 1939 г. принц Коноэ признавался германскому послу Отту: «Японии потребуется еще два года, чтобы достигнуть уровня техники, вооружения и механизации, который показала Советская Армия в боях в районе реки Халхин-Гол».
Стратегический план войны в его южном варианте имел целью захват французских, английских и голландских колоний: южной части Французского Индокитая, Малайи и Сингапура, Голландской Индии и Бирмы. В плане предусматривались широкие наступательные боевые действия с таким расчетом, чтобы избежать разрушения нефтяных промыслов и уничтожения материальных ресурсов.
Первоначально морская секция императорской ставки Японии намечала разгромить английские и голландские военно-морские силы. В 1941 г. по мере роста противоречий между Японией и США в главном штабе объединенного японского флота, а затем и в генеральном штабе военно-морских сил большинство стало склоняться к плану одновременного внезапного удара по главным военно-морским базам США и Великобритании {486}.
Командование вооруженных сил Японии было намерено вести решительные боевые действия и ставило перед собой далеко идущие цели. Главнокомандующий объединенным флотом Японии адмирал И. Ямамото 24 января 1941 г. писал: «Если между Японией и Соединенными Штатами разразится война, то мы не можем ограничиться захватом Гуама, Филиппин и даже Гавайев и Сан-Франциско. Нам необходимо будет вступить в Вашингтон и подписать договор в Белом доме» {487}.
По решению ставки осуществление южного варианта стратегического плана должно было начаться после высадки германских войск на Британские острова или после капитуляции Китая.
Правящие круги Японии понимали, что для войны против Советского Союза или против Соединенных Штатов требуется особо тщательная подготовка страны и ее вооруженных сил. 30 сентября 1940 г. императорским указом в качестве официального правительственного учреждения был создан институт тотальной войны. Указ предусматривал, что институт должен под руководством премьер-министра контролировать исследование основных вопросов, связанных с «национальной тотальной войной». [182] Для подготовки населения к тотальной войне и усиления эксплуатации трудящихся в Японии была создана так называемая «новая политическая структура». Основу этой структуры составила военно-фашистская ассоциация помощи трону (АПТ). Она появилась после «самороспуска» в 1940 г. политических партий и профсоюзов. Ее президентом стал глава правительства. В префектурах, уездах, городах и поселках были созданы отделы этой организации. При центральном штабе АПТ учреждался центральный «совет сотрудничества», которому подчинялись соответствующие местные советы. Генеральный директор ассоциации граф Арима, раскрывая задачи органов «новой политической структуры» государства, говорил: «Задача ассоциации одна — добиваться осуществления обязанностей подданных на основе сотрудничества с правительством» {488}. В руководящие органы АПТ и «советов сотрудничества» назначались фашиствующие представители военщины, монополий, крупные помещики, реакционные политики. На местах власти создавали так называемые соседские общины. Они состояли из 10 — 12 дворов или семей.
Соседские общины объединялись в «ассоциации улицы» или «ассоциации поселка». К середине 1941 г. в Японии имелось 206 тыс. уличных и поселковых ассоциаций и 1 333 732 соседские общины.
Используя соседские общины, японские власти установили жесткий контроль за жизнью населения. По приказу отделов АПТ и полиции каждый член общины был обязан следить за действиями соседей и доносить об их настроениях. На соседские общины возлагалось также проведение подписки на военные займы, сбор металлолома, организация занятий по военному делу и т.
д. «Новая политическая структура» явилась орудием угнетения трудящихся и мобилизации всех сил и ресурсов государства для военных целей.
Готовясь к «большой войне», японские власти приступили к созданию «новой экономической структуры», которая должна была гарантировать рост экономического могущества монополий и максимальное увеличение военного потенциала Японии для ведения грабительских войн.
В ноябре 1940 г. правительство приняло постановление «Об учреждении ассоциации служения отечеству через производство», членство в которой, по существу, стало обязательным для рабочих и служащих. В стране было создано более 46 тыс. обществ ассоциации, а число ее членов превысило 4 млн. человек {489}. 24 ноября 1940 г. японская экономическая федерация — руководящий орган дзайбацу — опубликовала составленный советом директоров федерации план «новой экономической структуры», который был принят японским правительством 7 декабря 1940 г. В правительственном решении указывалось, что «новая экономическая структура» создается якобы в связи с запрещением экспорта стратегических материалов из Соединенных Штатов и других стран. Создавая в стране атмосферу «осажденной крепости», японская печать намеренно драматизировала объявление США и другими странами эмбарго на поставку в Японию некоторых стратегических материалов. Газеты писали, что состояние экономической войны уже имеет место на Тихом океане {490}.
Программа установления «новой экономической структуры» предусматривала тотальную мобилизацию экономики страны для обеспечения армии и флота Японии в войне больших масштабов. В интересах монополий, участвующих в военном производстве, был принят закон о контроле [183] над рабочей силой, служивший целям насильственной мобилизации населения для нужд военной промышленности. Удлинялся рабочий день, снижалась реальная заработная плата трудящихся.
В области сельского хозяйства эта программа имела задачу решить продовольственную проблему, которая обострилась в связи с утечкой рабочей силы из деревень, что было вызвано мобилизацией мужчин в армию и военные отрасли промышленности. В стране сократилось производство риса — основного продукта питания японцев. Если в 1938 г.
было собрано 66 млн. коку риса (1 коку — около 150 кг), то в 1940 г. — всего 61 млн.
коку. Япония усилила вывоз продовольствия с оккупированной территории Китая и Кореи.
Основные положения программы «новой экономической структуры» были внесены парламентом 21 февраля 1941 г. {491} в качестве поправок в уже существовавший закон «О всеобщей мобилизации нации» {492}. Согласно этому закону «всеобщая мобилизация нации» означала «использование людских и материальных ресурсов страны и контроль над ними во время войны в целях наиболее эффективного использования сил нации для достижения задач национальной обороны…» {493}.
В эти годы экономическая политика японского государства была направлена на ускоренное развитие базовых отраслей тяжелой промышленности, в первую очередь выпускающих военную продукцию.
Если в 1938 г. военные отрасли промышленности развивались в 2,7 раза интенсивнее других отраслей добывающей и обрабатывающей промышленности, то в 1940 г. — в 4,5 раза {494}. Это обеспечило быстрый рост производства оружия и боевой техники для вооруженных сил.
Таблица 9. Рост производства оружия и боевой техники в Японии в 1939 — 1940 гг.
|
Наименование видов оружия. |
1939 г. |
1940 г. |
|
Пулеметы (шт.). |
||
|
Орудия (шт.). |
||
|
Танки. |
||
|
Самолеты. |
||
|
Военные корабли (ед.). |
27. Прямые военные расходы Японии постоянно росли. Если в 1938/39 финансовом году они составляли 6,8 млрд. иен, то в 1940/41 — 9 млрд. иен. Военные расходы поглощали свыше 80 процентов всего бюджета {495}. |
Милитаризация политической системы Японии была усилена принятием весной 1941 г. законов «Об охране общественного спокойствия», «Об обеспечении национальной обороны», укрепивших «правовую» основу военно-фашистского режима. В 1940 — 1941 гг. японская реакция предприняла новые массовые репрессии против коммунистов, членов профсоюзов, всех прогрессивных [184] сил, которые в труднейших условиях боролись против фашизации и милитаризации страны.
Японская пресса признавала в конце 1940 г., что многие в Японии противятся мероприятиям правительства и склонны пойти на крайние меры для того, чтобы оказать сопротивление. Результаты проведенного в декабре 1940 г. анкетного опроса японского населения показали, что около 87 процентов опрошенных отнеслись отрицательно к введению «новой политической структуры» {496}.
Японские правящие круги стремились нейтрализовать эти явления, более интенсивно проводя идеологическую обработку населения и личного состава вооруженных сил. Пресса и радио были поставлены под жесткий контроль цензуры и органов военно-фашистской диктатуры. В армии и на флоте усилилась работа по воспитанию личного состава в духе фанатического национализма, ненависти к коммунизму, слепой верности императору и командованию {497}. Внешнеполитическая пропаганда велась под демагогическими лозунгами: «Азия для азиатов», «Долой белых колонизаторов», «Улучшим экономическое положение народов Азии». {498}Рост промышленной продукции, и особенно вооружения, дал возможность японскому командованию значительно увеличить мощь вооруженных сил и оснастить их современным оружием. К концу 1940 г. сухопутные войска состояли из 50 пехотных дивизий (в 1939 г. имелась 41 пехотная дивизия) и насчитывали 1 350 тыс. человек. Армейская авиация возросла к марту 1940 г. до 106 боевых эскадрилий {499}. В 1940 г. были построены боевые корабли общим водоизмещением около 68,8 тыс. тонн (1939 г. — 63,5 тыс. тонн) {500}. В Кобэ завершилось строительство крупнейшего в мире линейного корабля «Ямато» водоизмещением 64 тыс. тонн, имевшего на вооружении девять 460-мм орудий {501}.
Военно-морское командование Японии стремилось ускорить ввод в строй новых кораблей, ремонт и модернизацию старых. В 1940 г. прошли модернизацию 2 линкора, 1 авианосец, 10 крейсеров, были отремонтированы 12 эскадренных миноносцев и 12 подводных лодок {502}.
None Личный состав армии и флота обучался ведению боевых действий в условиях Дальнего Востока и акватории Тихого океана с учетом опыта войны в Китае, боев в районе озера Хасан и реки Халхин-Гол, а также боевых действий в Европе и на Атлантике.
Большое внимание обращалось на отработку взаимодействия военно-морского флота с сухопутными войсками. В течение осени 1940 г. — весны 1941 г. были организованы совместные учения армии и флота в районе острова Кюсю, у берегов Индокитая, Малайи и на острове Хайнань {504}. [185] В действиях Германии и Японии в первый период войны было много общего. Как в Европе, так и в Азии главной целью этих государств была подготовка агрессии против Советского Союза. Разрабатывая планы нападения на страну социализма, они продолжали наращивать силы за счет захвата других капиталистических стран и их владений и создавать плацдармы вблизи границ СССР.
По примеру гитлеровцев японские милитаристы, объявив о создании в стране «новой политической структуры» и «новой экономической структуры», установили режим военно-фашистской диктатуры и мобилизовали ресурсы Японии и захваченных ею территорий на подготовку к «большой войне».
Японские правящие круги, как и немецко-фашистское руководство, осуществляли планы установления своего господства в Азии и на Тихом океане под лозунгом создания «нового порядка», обещая порабощенным народам освобождение от белых колонизаторов и процветание.
Имелось определенное сходство и в подготовке Германии и Японии к решению главной задачи — уничтожению силой оружия Советского социалистического государства, в котором они видели основное препятствие на пути к завоеванию мирового господства. Как в Германии, так и в Японии правящие круги считали, что перед нападением на СССР необходимо максимально усилить экономический и военный потенциал за счет завоевания близлежащих государств, объединения их силой оружия.
Вместе с тем политика милитаристской Японии носила специфические черты. Японские правящие круги при решении важнейших политических и стратегических задач не были склонны безропотно следовать в фарватере «третьего рейха». Японские империалисты исходили прежде всего из собственных хищнических интересов. Они стремились в максимальной степени использовать результаты германо-итальянской агрессии для укрепления и расширения своих позиций в Азии и на Тихом океане.
Оглавление. Начало войны. Подготовка агрессии против СССР.
Источники:
