КВЕБЕ́КСКИЕ КОНФЕРЕ́НЦИИ 1943–44, совещания президента США Ф. Д. Рузвельта и премьер-мин. Великобритании У. Черчилля, происходившие в период 2-й мировой войны в г. Квебек (Канада). Первая К. к. состоялась 14–24.8.1943. В ней приняли участие также начальники штабов США и Великобритании. Стороны подтвердили намерение открыть второй фронт в Европе, но не ранее мая 1944, что являлось нарушением их союзнич. обязательств перед СССР. Участники конференции выработали для представления правительствам Сов. Союза и Китая текст декларации о создании постоянной Организации Объединённых Наций и об ответственности четырёх великих держав за сохранение мира после окончания войны, рассмотрели вопросы о дипломатич. признании Французского комитета национального освобождения, об условиях капитуляции Италии, выходе её из коалиции с нацистской Германией и присоединении к союзникам и др. В ходе конференции было заключено секретное соглашение об амер.-брит. сотрудничестве по созданию атомной бомбы, которое фактически сохраняло за США преобладающие позиции в области разработки и произ-ва ядерного оружия.
Вторая К. к. прошла 11–16.9.1944 при участии мин. финансов США Г. Моргентау, мин. ин. дел Великобритании А. Идена и Объединённой группы начальников штабов. На конференции были рассмотрены вопросы дальнейшего ведения войны против Германии и Японии. Амер.-брит. командование, стремясь не допустить вступления Красной Армии на территорию стран Центр. и Юго-Вост. Европы, приняло решение после освобождения Сев. Италии развивать наступление на Триест и Вену, а также занять к концу войны возможно бо́льшую часть территории Германии. На К. к. 1944 был одобрен план расчленения Германии (при передаче Рура и Саара под контроль спец. междунар. органа), её деиндустриализации и аграризации (вскоре после окончания К. к. 1944 этот план был дезавуирован правительствами США и Великобритании). Рузвельт и Черчилль договорились также об активизации воен. действий против Японии.
В разгар летних операций 1943 года Черчилль и Рузвельт договорились о новой англо-американской встрече, которая состоялась в Квебеке (Канада) и была посвящена главным образом вопросам войны как на европейском, так и на тихоокеанском театре. Созыв новой, шестой по счету, конференции Рузвельта и Черчилля объяснялся серьезным изменением военной обстановки, обусловленным прежде всего крупнейшими победами Красной Армии под Курском и Орлом, которые крайне обострили кризис в лагере фашистских государств и создали весьма благоприятные условия для полного разгрома общего врага. В результате военных событий на советско-германском фронте летом 1943 года многие ранее разработанные планы союзников значительно устарели[10].
Квебекская конференция, продолжавшаяся с 14 по 24 августа, представляла собой серию совещаний между английскими и американскими военными советниками, министрами иностранных дел, итоги которых рассматривались на пленарных заседаниях с участием президента и премьера.
Споры по вопросам военной стратегии начались с первых же дней работы конференции. Вместо вторжения в Европу через Ла-Манш Черчилль опять предлагал вторжение через Балканы. Он считал, что для осуществления «балканского варианта» летом 1943 года имеется особенно благоприятная обстановка.
В конечном счете завершение операций союзников в Сицилии и сосредоточение крупных англо-американских сил и боевой техники в районе Средиземного моря создавали, по мнению Черчилля, хорошие возможности для проведения военных операций на Балканском полуострове. В качестве довода в пользу таких действий Черчилль выдвигал также и то обстоятельство, что в результате возможного выхода Италии из фашистского блока итальянские войска на Балканском полуострове прекратят сопротивление, будут выведены из Балкан, что облегчит положение союзных войск, которые могли бы высадиться в Греции, Югославии и на островах Эгейского моря.
Хэлл в своих мемуарах свидетельствует, что на конференции в Квебеке в 1943 году Черчилль решительно высказался против форсирования Ла-Манша и за высадку на Балканах для того, чтобы помешать «советскому вторжению в этот район, которое нанесло бы ущерб английским и американским интересам». Черчилль утверждал, что высадка в Западной Европе является якобы непосильным бременем для Англии, «она никогда не сумеет оправиться от нее и будет так ослаблена, что Советский Союз станет, несомненно, господствовать в Европе»[373].
Помимо явно антисоветского характера пресловутого «балканского варианта» в планах Черчилля нетрудно было разгадать стремление Англии сохранить за собой господствующее положение в Европе.
На конференции в Квебеке антисоветизм Черчилля стал проявляться все более и более откровенно. Иден, тоже не питавший дружественных чувств в отношении СССР, вскоре после возвращения из Квебека в Лондон сказал своему секретарю, что Черчилль «становится все более угрожающе антирусским»[374]. «Впервые стало очевидным, – отмечает американский автор Григг, – что война на восточном фронте завершится не тупиком, а явной победой русских.
Немецкое наступление под Курском в начале июля было сдержано, а через несколько дней русские пошли в наступление. Вполне естественно, что страх Черчилля перед большевизмом возрождался по мере того, как устранялась угроза поражения русских»[375].
Многие политические деятели США, по существу разделяя антисоветские планы Черчилля в отношении Восточной Европы, тем не менее высказывались за открытие второго фронта во Франции, считая, что такая высадка, во-первых, приведет к сравнительно быстрому завершению военных операций в Европе, что позволит американцам перебросить свои силы на тихоокеанский театр, к которому правящие круги США проявляли особый интерес; во-вторых, усилит американское влияние в Западной Европе и существенно ослабит позиции Англии на Европейском континенте[11].
После длительного рассмотрения перспектив отдельных военных операций участники квебекской конференции приняли решение продолжить «итальянскую кампанию» и приступить к практической подготовке открытия второго фронта в Европе 1 мая 1944 г. (операция «Оверлорд»). Значение и место каждой операции, которую собирались осуществить союзники, были определены в заключительном докладе объединенного комитета начальников штабов в последний день работы конференции.
В Квебеке было принято решение дополнить операцию по вторжению в Северную Францию высадкой союзных войск в районе Тулона – Марселя на юге Франции. Это была операция, известная вначале под названием «Энвил», затем – «Драгун», против которой, кстати сказать, Черчилль боролся вплоть до последних дней ее осуществления (15 августа 1944 г.), считая, что она приведет к дальнейшему ослаблению военных усилий в восточном районе Средиземного моря.
При утверждении плана операции «Оверлорд» между американскими и английскими представителями возникли разногласия по вопросу о главнокомандующем. Хотя Черчилль предполагал выдвинуть на этот пост А. Брука, на конференции он согласился с предоставлением этой должности какому-нибудь американскому генералу. Уступка Черчилля была вызвана частично тем, что американские представители, в свою очередь, дали согласие на назначение английских генералов командующими союзными войсками в Средиземном море и в Юго-Восточной Азии.
Утвержденный на конференции в Квебеке план вторжения в Европу через Ла-Манш в 1944 году представлял собой в высшей степени любопытный документ. В нем содержалось такое количество оговорок, которое давало возможность Вашингтону и Лондону в любой момент вновь отказаться от открытия второго фронта. Так, осуществление всего плана «Оверлорд» ставилось в зависимость от следующих факторов: если ветер не будет слишком сильный; если прилив будет как раз такой, какой нужен; если луна будет именно в той фазе, какая требуется; если немецкая оборона за это время – между разработкой плана и его выполнением – не будет усилена; если у немцев к тому времени окажется в Северо-Западной Европе не более 12 подвижных дивизий резерва и при условии, что немцы не смогут перебросить с русского фронта более 15 дивизий за первые 2 месяца и т. д. и т. п.[376]Много времени на квебекской конференции заняло обсуждение операций на тихоокеанском театре войны. К моменту конференции союзники готовились к открытию военных операций против японских войск в Северной Бирме. Несмотря на то что в Индии в распоряжении английского командования находилось около 15 дивизий, оно не пожелало выставить их на бирманский фронт. Эти войска предназначались для того, чтобы не допустить развития национально-освободительного движения в стране. Комментируя решения квебекской конференции по вопросам военных операций в Тихом океане, Шервуд пишет: «Что касается войны против Японии, то, кроме создания громоздкого и в значительной степени бесплодного (хотя и не по его вине) командования Юго-Восточной Азии, Квебекская конференция, по-видимому, ничего не достигла, если не считать значительного числа отдельных запланированных операций, большинство которых никогда не было осуществлено»[377].
По окончании конференции в Квебеке президент и премьер сообщили в Москву в общих чертах о результатах, достигнутых в ходе англо-американских переговоров относительно военных операций на 1943-1944 годы.
Среди политических вопросов, рассматривавшихся в Квебеке, наибольшие разногласия вызвала опять-таки так называемая «французская проблема». Дело в том, что после длительных переговоров в начале июня 1943 года в Алжире был образован Французский комитет национального освобождения (ФКНО) во главе с двумя председателями – Жиро и де Голлем. Указанный комитет опубликовал заявление, в котором говорилось, что он является центральной французской властью.
Исходя из этого, ФКНО обратился к союзникам с просьбой признать его. Советское правительство, как отмечалось выше, отнеслось положительно к этому обращению комитета, однако американское, а вслед за ним и английское правительство заняли недружественную позицию, отказавшись от признания. При этом правительства США и Англии ссылались на то, что военное командование союзников якобы не уверено в том, «какие действия может предпринять генерал де Голль, и не уверено также в его дружественных чувствах к союзникам»[378].
Советское правительство в своем послании в Лондон от 27 июня 1943 г. указывало, что ему казалось, что английское правительство «до сих пор поддерживало генерала де Голля, и это представлялось вполне естественным, так как с момента капитуляции Франции генерал де Голль возглавлял французские антигитлеровские силы и руководил борьбой французских патриотов, объединенных вокруг «Сражающейся Франции». Последующее развитие событий в Северной Африке с ноября прошлого года и участие в проводившихся англо-американскими войсками операциях французских вооруженных сил, возглавлявшихся генералами Жиро и де Гдллем, создали условия для их объединения.
Это объединение считалось целесообразным всеми союзниками, и в данном вопросе не возникало никакого сомнения»[380]. Однако поскольку английское правительство просило отложить признание Французского комитета национального освобождения и обещало не предпринимать никаких сепаратных действий в этом направлении, в Москве выразили согласие подождать с признанием. Тем временем английское правительство пыталось выработать общую формулу признания ФКНО, выдвинув летом 1943 года два варианта указанной формулы (в нотах Советскому правительству от 26 июля и 5 августа 1943 г.
). И та и другая формула, по существу, обходила вопрос о признании ФКНО в качестве представителя государственных интересов Франции. Вторая формула отличалась от первой своим введением, из которого явствовало, что англичане предлагали признать ФКНО не как единственный орган, объединяющий французов, а как один из органов[381].
На квебекской конференции американцы занимали откровенно враждебную позицию в отношении де Голля и не желали рассматривать ФКНО в качестве центральной власти. Все попытки добиться какой-либо общей формулы потерпели неудачу. В итоге было решено, что каждое правительство само определит свое отношение к комитету и направит соответствующее обращение к де Голлю и Жиро.
В этих условиях 26 августа 1943 г. Советское правительство заявило о своем решении «признать Французский комитет национального освобождения как представителя государственных интересов Французской республики и руководителя всех французских патриотов, борющихся против гитлеровской тирании, и обменяться с ним полномочными представительствами»[382]. Одновременно английское правительство передало Французскому комитету национального освобождения меморандум, а президент США опубликовал декларацию о признании комитета.
В английской и американской формулах подчеркивалось, что ФКНО является лишь органом, действующим в пределах определенных ограничений во время войны и лишь на тех французских территориях, «которые признают его власть»[383]. Данная формулировка давала правительствам Англии и США полную возможность не допускать присоединения к движению «Сражающаяся Франция» тех фран цузских владений, которые представляли особый интерес для английских и американских монополий.
Советская формула признания Французского комитета национального освобождения существенно отличалась от англо-американской – она выражала полное и безоговорочное признание ФКНО со стороны Советского правительства.
Де Голль выразил свое глубокое удовлетворение советской формулой признания. Он подчеркивал в беседах, что стал смотреть оптимистически на возможность укрепления положения ФКНО, особенно после того, как советская формула стала достоянием общественности. (Не было бы лишним заметить в этой связи, что, по словам представителя ФКНО в СССР Гарро, сказанным им советским представителям в Алжире, «союзная цензура препятствует прессе оценить перед общественностью» советское признание[384].)Хэлл и Иден обсудили в Квебеке и ряд других политических вопросов. Так, они обменялись мнениями о будущем устройстве Германии. «Дискуссия показала, – вспоминает Хэлл, – что британцы также уделяют много внимания возможности расчленения германских государств с помощью нейтральных сил…»[385]. В ходе переговоров Хэлл ознакомил Идена со своим проектом международной опеки над несамоуправляющимися народами, принятие которого,.по мнению английских представителей, привело бы к ослаблению английской колониальной системы. Именно поэтому Идену явно не понравился проект Хэлла.
Американская делегация представила также на рассмотрение конференции свой проект декларации о создании международной организации и об ответственности четырех держав (США, Англии, СССР и Китая) за сохранение мира после окончания войны против фашистских агрессоров. Англичане одобрили американский проект, и было решено обсудить принятую декларацию с Советским правительством. В Квебеке были рассмотрены и некоторые другие вопросы.
Рассмотрение политических проблем на квебекской конференции носило сугубо предварительный характер и не потому, что ее участники не могли договориться по ним, а потому, что решение этих вопросов без Советского Союза не имело бы практического значения.
Главное значение квебекской конференции заключалось в решениях по военным вопросам. Благоприятные условия, созданные грандиозным наступлением советских войск, вновь не были в должной степени использованы союзниками. Решения, принятые в Квебеке, не свидетельствовали о готовности западных держав отказаться от стратегии «малых дел», от затяжной войны.
Операции в Средиземном море, на Балканах вновь занимали важнейшее место в стратегических планах Англии и США. Принятый план «Оверлорд» содержал такое количество различных оговорок, что его практическое осуществление оставалось под большим вопросом. И все же успешные боевые операции Красной Армии в 1943 году привели к тому, что наиболее дальновидные политические деятели Запада поняли, что необходимы активные боевые действия западных держав, ибо в противном случае советские вооруженные силы способны одни окончательно разгромить врага и освободить не только страны Восточной, но и Западной Европы.
В беседе со своим сыном в конце 1943 года президент Рузвельт заметил: «Ведь если дела в России пойдут и дальше так, как сейчас, то, возможно, что будущей весной второй фронт и не понадобится! »[386].
Следующая глава.
17 августа 1943 года в Канаде началась Квебекская конференция — встреча лидеров США и Великобритании, на которой обсуждалась стратегия западных держав во время Второй мировой войны и после её завершения. По мнению историков, эти переговоры существенно повлияли на распределение сил в послевоенной Европе и политику Запада относительно ядерного оружия. Кроме того, именно в Квебеке были определены сроки открытия второго фронта против Третьего рейха.
В ожидании второго фронтаПереговоры об открытии в Европе второго фронта против гитлеровской Германии начались вскоре после того, как СССР, Великобритания и Соединённые Штаты стали союзниками по антигитлеровской коалиции. В июле 1941 года было подписано советско-английское соглашение о совместных действиях против Третьего рейха, а в августе — Атлантическая хартия между США и Британией, к которой в сентябре присоединился и Советский Союз. В конце сентября — начале октября 1941 года в Москве состоялась конференция министров иностранных дел участников коалиции.
Первоначально союзники занимались формированием общей повестки. Это было достаточно непросто, так как ещё совсем недавно они рассматривали друг друга как потенциальных противников. Всего за три года до этого Великобритания и Франция при попустительстве США подписали Мюнхенские соглашения с Адольфом Гитлером, позволившие Третьему рейху, Польше и Венгрии разделить между собой Чехословакию. При этом на Москву и Прагу оказывалось мощное дипломатическое давление: западные державы угрожали властям Чехословакии, что, если те посмеют обратиться за поддержкой к Советскому Союзу, коллективный Запад устроит «крестовый поход против большевизма». За три года международная обстановка радикально изменилась, но основы сотрудничества между Москвой и западными державами приходилось выстраивать буквально с нуля.
Несмотря на принятие деклараций, реальное сотрудничество буксовало. Даже вопрос начала военно-технических поставок Советскому Союзу решался крайне медленно и тяжело. США и Великобритания не были до конца уверены, на кого им стоит сделать ставку.
«Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, а если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии — и пусть они, таким образом, убивают друг друга как можно больше», — заявил в интервью газете The New York Times в 1941 году сенатор и будущий президент США Гарри ТрумэнРазгром гитлеровских войск под Москвой убедительно продемонстрировал всему миру, что нацистский блицкриг провалился, а война между Германией и СССР принимает затяжной характер.
Это привело к наращиванию военных поставок из США в СССР, которые в начале войны, в самый сложный её период, были ничтожно малы. Осенью 1941 года также началось обсуждение открытия второго фронта, однако все разговоры на эту тему не носили конкретного характера. Иосиф Сталин выносил на повестку дня предложения то по переброске британских войск в СССР через Архангельск и Иран, то по высадке союзников на Балканах или во Франции. Пока в Лондоне и Вашингтоне не были уверены в способности Москвы выстоять, эти идеи никто всерьёз не рассматривал.
Однако в начале 1942 года среди представителей западного истеблишмента начались обсуждения возможности сепаратных советско-германских переговоров, которые были бы крайне невыгодны Лондону и Вашингтону. На этом фоне американские военные подняли вопрос о целесообразности высадки мощного десанта во Франции. Однако в Великобритании такую идею оценивали скептически. Лондон остро нуждался в относительно лёгкой и быстрой победе, которую можно было одержать только в Северной Африке.
Поэтому, несмотря на то что в мае — июне 1942 года наркому иностранных дел СССР Вячеславу Молотову в Лондоне и Вашингтоне формально пообещали открыть второй фронт во Франции и убедили его в достижении полной договорённости по данному вопросу, британцы вовсе не были настроены пересекать Ла-Манш. Вместо этого войска западных союзников были переброшены в Северную Африку, а в Москву стали направляться сугубо декларативные послания.
30 января 1943 года Советский Союз попросил партнёров по коалиции конкретизировать сроки открытия второго фронта, но в ответ получил только расплывчатые заявления, что США и Великобритания готовятся к операции, начать которую планируется ориентировочно в августе — сентябре 1943 года. Эти обещания, как известно, так и не были воплощены в жизнь. В марте 1943 года Черчилль сообщил Сталину, что физической возможности перебросить в Европу войска из Африки и Азии у союзников пока нет.
Квебекская конференцияВ мае 1943 года представители США и Англии собрались на конференции в Вашингтоне.
«На данном этапе Великобритания сосредоточилась на том, как полностью вывести из войны Италию. До этого западные союзники рассматривать возможность открытия полноценного второго фронта во Франции не желали», — заявил в беседе с RT член-корреспондент Академии военных наук, политолог Сергей СудаковСоветский Союз поставили перед фактом, что высадка во Франции состоится не ранее весны 1944 года. Однако с учётом того, что в прошлом сроки открытия второго фронта не раз переносились, данные обещания также не выглядели окончательными. Из Москвы в Лондон и Вашингтон поступили достаточно жёсткие комментарии, в которых подчёркивалось, что позиция союзников произвела на советскую сторону тяжёлое впечатление, и делался акцент на том, что подобные переговоры без представителей СССР некорректны.
Немцам по каналам спецслужб в это время сливалась информация о подготовке вторжения союзников в Грецию. Реальной целью британцев и американцев была Сицилия, где они и высадились в ночь с 9 на 10 июля. Однако значительно сильнее, чем собственные сицилийские успехи, лидеров США и Великобритании впечатлили победы советских войск на Курской дуге, где во второй половине июля началась грандиозная наступательная операция. Поэтому на новую конференцию, которая была назначена на 17—24 августа 1943 года в Квебеке, и Рузвельт, и Черчилль отправились уже совершенно в другом настроении.
«У союзников возникло осознание того, что если Советский Союз сам разобьёт Германию, ему достанутся и все плоды победы. Рузвельт и Черчилль ехали в Квебек также обсуждать сотрудничество по ядерной программе, которая, по их мнению, позволила бы им стать основными победителями в войне. Однако у них не было достоверной информации относительно того, когда своё ядерное оружие сможет создать Советский Союз», — отметил Сергей Судаков.
После советских побед в Квебеке началось обсуждение уже не призрачных, а вполне конкретных сроков открытия Второго фронта во Франции.
«Рабочей» датой стало 1 мая 1944 года. Также Рузвельт и Черчилль договорились оказывать военно-техническую поддержку партизанам на Балканах, активизировать совместные действия против Японии и подписали Квебекское соглашение по ядерной проблематике, в котором установили запрет на применение атомного оружия без взаимного согласия. Также державы окончательно объединили свои ядерные проекты.
«Основным результатом Квебекской конференции 1943 года стало признание британским командованием и политическим руководством приоритетности операции «Оверлорд» по отношению к прочим планам вторжения в Европу.
Несмотря на решения, принятые на Вашингтонской конференции, британцы продолжали питать интерес к идее открытия второго фронта за счёт крупномасштабной операции на Балканах и Апеннинском полуострове. На этом активно настаивал Черчилль, считавший, что стратегия такого рода позволит избежать советизации послевоенной Европы», — рассказал в беседе с RT учёный секретарь Музея Победы Сергей БеловПо его словам, американцы, напротив, настаивали на необходимости сосредоточить все силы на подготовке вторжения в Западную Европу. В итоге им удалось добиться, чтобы британские партнёры признали операции «Оверлорд» приоритетной. Это решение способствовало улучшению климата во взаимоотношениях между Москвой, Вашингтоном и Лондоном. Само по себе оттягивание момента открытия второго фронта уже вызывало недовольство советского руководства. Смена точки высадки и стремление союзников установить контроль над Балканами без вторжения на территорию Германии и вовсе могли уничтожить доверие Кремля к западным партнёрам.
Стратегические последствия«В ходе Квебекской конференции лидеры союзников руководствовались только холодным расчётом. Их интересовала не помощь партнёру по коалиции в борьбе с врагом, а то, как им избежать построения огромного социалистического лагеря, в который бы вошла вся Европа. До этого они делали вид, что просто не слышат советские просьбы о помощи, а теперь резко изменили своё отношение к вопросу открытия Второго фронта», — отметил Судаков.
По мнению эксперта, только в тот момент союзники начали осознавать реальную роль Советского Союза в войне.
«Официально вопрос о решающем вкладе СССР в разгром Германии не поднимался. Однако в кулуарах конференции обсуждалась возможность победы Советского Союза в Европе в отсутствие Второго фронта. Этот сценарий развития событий прочно увязывали с перспективами советизации Европы, что вызывало беспокойство как британцев, так и американцев. Таким образом, де-факто ключевое значение советско-германского фронта в войне против Третьего Рейха было признано косвенно — по меньшей мере, на уровне части экспертов», — подчеркнул Белов.
Проводить переговоры без участия Иосифа Сталина союзники уже посчитали нецелесообразным. Началась активная подготовка к первой конференции «большой тройки», местом для проведения которой выбрали Тегеран. Там Сталину и удалось окончательно «пролоббировать» вопрос открытия Второго фронта, позволившего сохранить жизни миллионов советских людей.
6 июня 1944 года, с минимальным отклонением от установленных на переговорах сроков, союзники начали высадку в Нормандии, ставшую самой масштабной десантной операцией в истории человечества.
КВЕБЕКСКИЕ КОНФЕРЕНЦИИ 1943-44 годов, совещания президента США Ф. Д. Рузвельта и премьер-министра Великобритании У. Черчилля, происходившие в период 2-й мировой войны в городе Квебек (Канада). Первая Квебекская конференция состоялась 14-24.8.1943. В ней приняли участие также начальники штабов США и Великобритании. Стороны подтвердили намерение открыть второй фронт в Европе, но не ранее мая 1944, что являлось нарушением их союзнических обязательств перед СССР. Участники конференции выработали для представления правительствам Советского Союза и Китая текст декларации о создании постоянной Организации Объединённых Наций и об ответственности четырёх великих держав за сохранение мира после окончания войны, рассмотрели вопросы о дипломатическом признании Французского комитета национального освобождения, об условиях капитуляции Италии, выходе её из коалиции с нацистской Германией и присоединении к союзникам и др. В ходе конференции было заключено секретное соглашение об американо-британском сотрудничестве по созданию атомной бомбы, которое фактически сохраняло за США преобладающие позиции в области разработки и производства ядерного оружия.
Реклама
Вторая Квебекская конференция прошла 11-16. 9. 1944 при участии министра финансов США Г.
Моргентау, министра иностранных дел Великобритании А. Идена и Объединённой группы начальников штабов. На конференции были рассмотрены вопросы дальнейшего ведения войны против Германии и Японии.
Американо-британское командование, стремясь не допустить вступления Красной Армии на территорию стран Центральной и Юго-Восточной Европы, приняло решение после освобождения Северной Италии развивать наступление на Триест и Вену, а также занять к концу войны возможно большую часть территории Германии. На Квебекской конференции 1944 был одобрен план расчленения Германии (при передаче Рура и Саара под контроль специального международного органа), её деиндустриализации и аграризации (вскоре после окончания Квебекской конференции 1944 этот план был дезавуирован правительствами США и Великобритании). Рузвельт и Черчилль договорились также об активизации военных действий против Японии.
Источн. : Foreign relations of the United States. Conferences at Washington and Québec, 1943.
Wash. , 1943. Wash.
, 1970; Foreign relation of the United States. Conference at Québec 1944. Wash.
, 1944; Wash. , 1972.
Источники:
