Король и придворная партия отнюдь не были склонны мириться с завоеваниями революции и деятельно готовились к контрреволюционному перевороту. Король не утверждал Декларацию прав человека и гражданина и августовские декреты о ликвидации феодальных прав. В сентябре в Версаль были вызваны новые войска.
1 октября в королевском дворце произошла контрреволюционная манифестация реакционного офицерства. Все это свидетельствовало о намерении короля и его окружения разогнать Учредительное собрание и с помощью военной силы подавить революцию.
Осенью 1789 г. продовольственное положение в Париже снова резко ухудшилось. Беднота голодала.
В широких массах трудящихся столицы, в особенности среди женщин, часами простаивавших в очередях за хлебом, росло недовольство. Оно усиливалось еще и под влиянием настойчивых слухов о контрреволюционных приготовлениях двора. 5 октября огромные толпы народа двинулись в Версаль.
Народ окружил королевский дворец, а на рассвете 6 октября ворвался туда. Король вынужден был не только утвердить все решения Учредительного собрания, но и, по требованию народа, переехать со своей семьей в Париж. Вслед за королем туда же перенесло свои заседания и Учредительное собрание.
Это новое революционное выступление народных масс Парижа, как и в июльские дни, сорвало контрреволюционные замыслы двора и помешало осуществить разгон Учредительного собрания. Король после переезда в столицу оказался под бдительным надзором народных масс и уже не мог открыто сопротивляться революционным преобразованиям. Учредительное собрание получило возможность беспрепятственно продолжать свою работу и проводить дальнейшие буржуазные реформы.
Конфискация церковных земель. Буржуазное законодательство Учредительного собранияВ ноябре 1789 г. Учредительное собрание, чтобы ликвидировать финансовый кризис и сломить власть церкви, являвшейся важной опорой феодального строя, постановило конфисковать церковные земли, объявить их «национальным имуществом» и пустить в продажу. Одновременно было принято постановление о выпуске так называемых ассигнатов – государственных денежных обязательств, стоимость которых обеспечивалась доходом от продажи церковных земель. Десигнатами предполагалось оплатить государственный долг, но в дальнейшем они превратились в обычные бумажные деньги.
В мае 1790 г. был узаконен порядок продажи «национальных имуществ» мелкими участками с рассрочкой платежей до 12 лет. Однако вскоре дробление земельных участков было отменено, а рассрочка сокращена до четырех лет.
При таких условиях лишь зажиточные крестьяне имели возможность приобретать церковные земли. Вместе с тем законами, принятыми в марте и мае 1790 г. , Учредительное собрание установило очень тяжелые условия выкупа крестьянами феодальных повинностей.
Крестьянство открыто выражало свое недовольство политикой буржуазного Учредительного собрания и вновь становилось на путь борьбы. Осенью 1790 г. опять начались крестьянские волнения, запылали помещичьи усадьбы.
Во многих местах крестьяне, нападая на замки и усадьбы, сжигали все архивные документы и прекращали феодальные платежи. Нередко крестьяне смежных деревень договаривались между собой, что «никто не должен уплачивать поземельного налога и что тот, кто уплатит таковой, будет повешен».
Учредительное собрание направляло в провинции, охваченные крестьянским движением, войска, национальную гвардию, чрезвычайных уполномоченных. Но все попытки потушить огонь крестьянских восстаний были тщетными.
В 1789-1791 гг. Учредительное собрание осуществило ряд других реформ, утверждавших во Франции основы буржуазного общественного строя. Оно отменило сословное деление, наследственные титулы дворянства, изъяло из ведения духовенства регистрацию актов рождения, брака, смерти, поставило церковь и ее служителей под контроль государства. Вместо прежнего средневекового административного устройства вводилось единообразное деление Франции на 83 департамента, упразднялись цехи, отменялась правительственная регламентация промышленного производства, уничтожались внутренние таможенные пошлины и другие ограничения,препятствовавшие развитию промышленности и торговли.
Все эти преобразования, имевшие исторически прогрессивный характер, соответствовали интересам буржуазии и призваны были обеспечить благоприятные условия для развития ее торговой и промышленной деятельности. В то же время Учредительное собрание приняло законы, специально направленные против трудящихся. Так, вскоре после событий 5-6 октября 1789 г. был принят закон, разрешавший применять военную силу для подавления народных восстаний.
Король и придворная партия отнюдь не были склонны мириться с завоеваниями революции и деятельно готовились к контрреволюционному перевороту. Король не утверждал Декларацию прав человека и гражданина и августовские декреты о ликвидации феодальных прав. В сентябре в Версаль были вызваны новые войска. 1 октября в королевском дворце произошла контрреволюционная манифестация реакционного офицерства. Все это свидетельствовало о намерении короля и его окружения разогнать Учредительное собрание и с помощью военной силы подавить революцию. Осенью 1789 г. продовольственное положение в Париже снова резко ухудшилось. Беднота голодала. В широких массах трудящихся столицы, в особенности среди женщин, часами простаивавших в очередях за хлебом, росло недовольство. Оно усиливалось еще и под влиянием настойчивых слухов о контрреволюционных приготовлениях двора. 5 октября огромные толпы народа двинулись в Версаль. Народ окружил королевский дворец, а на рассвете 6 октября ворвался туда. Король вынужден был не только утвердить все решения Учредительного собрания, но и, по требованию народа, переехать со своей семьей в Париж. Вслед за королем туда же перенесло свои заседания и Учредительное собрание. Это новое революционное выступление народных масс Парижа, как и в июльские дни, сорвало контрреволюционные замыслы двора и помешало осуществить разгон Учредительного собрания. Король после переезда в столицу оказался под бдительным надзором народных масс и уже не мог открыто сопротивляться революционным преобразованиям. Учредительное собрание получило возможность беспрепятственно продолжать свою работу и проводить дальнейшие буржуазные реформы.
Великая французская революция » Публикации » Народное выступление 5-6 окт. 1789 г.
С завоеваниями революции, ее успехами король и его придворная партия совсем не хотела мириться, они были настроены на контрреволюционный переворот. Король не хотел подписывать и, тем самым, утверждать Декларацию прав человека и гражданина, а также августовские декреты относительно ликвидации феодальных прав. В королевском дворце первого октября началась контрреволюционная манифестация реакционного офицерства.
Все говорило лишь о том, что король и окружающие его люди хотят добиться того, чтобы Учредительное собрание было разогнано. Помимо этого их основной целью было подавить революцию с помощью военной силы. В Париже осенью 1789 года снова произошло ухудшение продовольственного положения.
Нищие голодали. Огромное количество недовольных людей, особенно женщин, было в тот момент, когда они стояли в очереди за получением куска хлеба. Порой им приходилось стоять не один час.
Недовольство росло и за счет того, что ходили слухи о контрреволюционных действиях двора. Пятого октября народ двинулся в Версаль. Толпы окружили дворец, а утром шестого октября они смогли ворваться туда.
У короля не было другого выхода, как утвердить все положения Учредительного совета и переехать со своей семьей в Париж, как этого требовал народ. Затем туда были перенесены и все заседания Учредительного собрания.
Как и в июльские дни, революционное выступление народных масс в Париже, сорвало все контрреволюционные замыслы двора, и помешало осуществить задуманные планы по разгону Учредительного собрания. После того, как король переехал в столицу народ следил за каждым его шагом, в связи с чем он не мог сопротивляться революционным преобразованиям. Учредительное собрание получило шанс продолжать свою работу без каких-либо вмешательств со стороны двора.
Акции протеста в России приняли регулярный характер. Впрочем, пока им далеко до масштабов событий на Манежной площади в 2010-м или на Болотной в 2011–2012 годах. Наблюдатели заявляют, что население пребывает в депрессии и о новой революции не думает.
Кроме того, в настоящий момент отсутствуют лидеры, способные организовать серьёзные выступления. Но есть и иная точка зрения.
Количество протестных акций увеличивается, а тематика и состав их участников становятся всё более разнообразными. Даже предпраздничные дни декабря и изобилующий выходными январь не успокоили граждан – россияне активно высказывали своё возмущение, тем более что поводов для этого было достаточно. Так, в конце ушедшего года прошли довольно многолюдные митинги в Санкт-Петербурге и Новосибирске – причиной их стал рост тарифов ЖКХ и стоимости услуг общественного транспорта.
Наступивший февраль, как ожидается, раскрасит карту протестов новыми яркими всполохами – митинги и манифестации уже анонсированы в нескольких регионах. К примеру, жители Рубцовска (Алтайский край) намерены протестовать против принятых местным заксобранием ряда норм, в числе которых отказ от предоставления льгот сельским учителям и гражданам, пострадавшим от ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне. Похоже, что отставки правительства Еврейской автономной области потребуют на митинге в Биробиджане. В Екатеринбурге обещают новую акцию против увеличения расценок за проезд, на который у некоторых категорий населения уходит, согласно подсчётам активистов, «по 10–15% дохода». Готовы выступить и матери Калуги – им задерживают выплату детских пособий. В Ярославле мелкий бизнес возмущён произволом городских властей – чиновники заставляют киоскёров снести имеющиеся ларьки, чтобы установить одинаковые для всех павильоны.
Протестуй – не протестуй…Похоже, начинает сбываться прогноз директора Центра политологических исследований Финансового университета при правительстве РФ Павла Салина. Ещё минувшей осенью он утверждал, что в перспективе одной из главных задач власти будет «купировать протестные настроения, уровень которых существенно возрастёт после пересмотра социальных обязательств государства перед населением».
В свете того, что сейчас население протестует против взрывного роста самых разных тарифов, указанный «пересмотр» идёт вовсю. Равно как и «купирование». И если с последней задачей власть будет справляться, то, вероятно, до открытого бунта дело дойдёт не скоро.
Почему? «Социологи говорят, что до дна и готовности к возмущениям ещё далеко. Общество астенично и атомизировано», – констатирует доктор политических наук Галина Михалёва.
В свою очередь, председатель Комитета по социологии Российской ассоциации по связям с общественностью Алексей Фирсов ставит такой диагноз: «Ландшафт социума к моменту [думских] выборов стал унылой равниной». Ещё немного – и «возникнет синдром полного равнодушия».
Хотя, возможно, он уже возник. По мнению первого вице-президента Центра политических технологий Алексея Макаркина, «российское общество вступило в новую фазу – фазу депрессии». «Люди стали осознавать, что ситуация не только не улучшается, но и не будет улучшаться в ближайшей перспективе», – считает политолог. По мнению Макаркина, это приводит в том числе к «политическому безразличию – причём безразличию не только к власти, но и к оппозиции».
Настоящих буйных малоК сожалению для тех, кто жаждет перемен, ситуация усугубляется тем, что в настоящий момент отсутствует лидер, который способен и, что главное, готов повести за собой массы. Появление такого лидера, по мнению Макаркина, возможно «при двух вариантах». Во-первых, это будет «выходец из нынешней элиты», «который в какой-то момент должен встать и что-то прокричать». В качестве примера политолог приводит выступление Бориса Ельцина на октябрьском пленуме ЦК КПСС в 1987 году. Однако, по его мнению, в нынешних условиях появление альтернативной фигуры из элиты практически невозможно. Второй вариант – герой появится «снизу». Но здесь всё упирается в текущую медийную политику, в рамках которой человек может стать известным стране, только если о нём будут многократно говорить по центральным каналам в прайм-тайм.
Тем не менее отсутствие «лидера восстания» может и не оказаться таким уж серьёзным препятствием для протестующих. «Пусть нет каких-то внешних признаков напряжения, на самом деле это всё равно что ходить по лаве, под которой вулкан. Вот так было и в горбачёвскую перестройку», – считает политолог, профессор МГИМО Валерий Соловей.
Эксперт Центра Сулакшина Людмила Кравченко рассуждает о менталитете граждан России, который «имеет свою специфику». «Народ готов выйти лишь в том случае, когда у него отбирают единственный источник существования: землю, не платят зарплату по полгода и более. И в этом тоже своеобразная черта российской жизни, характеризующаяся низкой протестной активностью», – подмечает аналитик.
По мнению Людмилы Кравченко, «российские регионы поднимаются… от голода, несправедливости, когда им нечем кормить семьи, поскольку зарплату не платят годами, когда у них отнимают их землю, оставляя без возможности к существованию». «Число официальных бедных в стране растёт, число фактически бедных – это уже, по разным оценкам, от 70 до 100 млн человек. Проблему нельзя замалчивать. Если так поступить, то в скором времени страна узнает, что такое «русский бунт, бессмысленный и беспощадный», – предостерегает эксперт.
Источники:
