Выступление В. И. Ленина на параде войск Всевобуча 25 мая 1919 года. Фотография.
1919 год стал годом решающих сражений советского народа за свободу и независимость, за завоевания Великого Октября. К весне 1919 г. на многочисленных фронтах, опоясавших Республику Советов, сосредоточились крупные соединения интервенционистских и белогвардеиских войск.
На Дальнем Востоке японские и американские интервенты захватили обширные и богатые территории. Интервенты подпирали своими штыками режим Колчака, распространившего свою кровавую власть на Сибирь и Урал.
В Средней Азии бесчинствовали английские интервенционистские отряды генерала Маллесона. В Закавказье империалисты Антанты поддерживали зависимые, от них контрреволюционные правительства грузинских меньшевиков, азербайджанских мусаватистов, армянских дашнаков. На Северном Кавказе орудовала «добровольческая» армия Деникина.
На западе развернула военные действия против Советской страны буржуазно-помещичья Польша; начав в феврале наступление, белополяки в апреле заняли Барановичи, Лиду и Вильнюс. На северо-западе формировались на американские и английские деньги белогвардейские банды генерала Юденича. На севере, в районах Мурманска и Архангельска, американские и английские интервенты вместе с белогвардейцами готовили вторжение в центральные области Советской России.
Армии интервентов и белогвардейцев насчитывали тогда более миллиона человек. Они были собраны для одновременного удара по Советской власти. Это был как бы единый поход, подготовленный и руководимый Антантой.
Он получил в дальнейшем название «первого похода Антанты». Такое название, однако, не означает, что до весны 1919 г. Антанта не предпринимала наступления на Советскую страну.
Напротив, факты свидетельствуют, что с первых дней Октябрьской революции международный империализм вел ожесточенную антисоветскую войну, непрерывно расширяя ее масштабы. Но весной 1919 г. в борьбу против Республики Советов вступили небывало многочисленные вражеские вооруженные силы, их планы были координированы и представляли собой звенья одной цепи.
Основную силу этого похода составляли армии Колчака. Империалисты возлагали на Колчака наибольшие надежды, так как он располагал огромной территорией, значительными людскими и продовольственными ресурсами. В январе 1919 г.
представители держав Антанты подписали с Колчаком соглашение, по которому он обязался «согласовывать» свои действия с директивами верховного командования Антанты. Французский генерал Жанен был назначен главнокомандующим всеми войсками интервентов в Восточной России и Сибири; ему предоставлялось право «осуществлять общий контроль на фронте и в тылу».
Английский генерал Нокс руководил организацией поставок вооружения и обмундирования для армий Колчака.
За 1919 год Соединенные Штаты, Англия, Франция, Япония доставили Колчаку 700 тыс. винтовок, 3650 пулеметов, сотни миллионов патронов, большое количество артиллерии, обмундирование. В результате всесторонней помощи иностранных империалистов войска Колчака превратились в серьезную силу.
Сколоченные из представителей городской буржуазии, кулачества, белого казачества и принудительно мобилизованных крестьян, они насчитывали до 400 тыс. человек.
В начале марта колчаковские армии — Сибирская под командованием генерала Гайды, Западная под командованием генерала Ханжина, Оренбургская и Уральская во главе с атаманами Дутовым и Толстовым — приготовились к наступлению против всего советского Восточного фронта, растянувшегося почти на 2 тыс. км. 4 марта корпус генерала Пепеляева перешел по льду реку Каму южнее Перми, на стыке 2-й и 3-й советских армий.
Затем двинулись другие корпуса и армии колчаковцев. К началу апреля белогвардейцы вышли на линию Бугульма — Белебей — Стерлитамак. Враг рвался к Волге.
Передовые части колчаковцев приблизились на расстояние 80—100 км к Казани, Симбирску, Самаре. За время своего наступления колчаковцы захватили территорию в 300 тыс. кв.
км с населением свыше 5 млн. человек.
В середине ноября 1918 года в Черное море прибыли эскадры французских и английских кораблей. В Новороссийске, Одессе, Севастополе были высажены десанты. В Азербайджан и Грузию с согласия контрреволюционных националистических правительств вступили английские войска.
В ноябре 1918 года А. В. Колчак начал наступление в Приуралье с целью соединения с отрядами генерала Е.
К. Миллера и организации совместного удара на Москву. Снова Восточный фронт стал главным.
25 декабря войска А. В. Колчака взяли Пермь, но уже 31 декабря их наступление было остановлено Красной Армией.
Была освобождена Уфа, а в январе 1919 г. – Оренбург и Уральск. На востоке фронт временно стабилизировался.
В это же время активизировались действия частей Красной Армии на Северном фронте. Во второй половине января 1919 года они заняли город Шенкурск, оттеснив американские войска на север.
На территории, оккупированной Германией, усилилась борьба против иноземных захватчиков. Аннулирование Брестского договора позволило большевистской России оказывать прямую и широкую поддержку национальному освободительному движению. С осени 1918 года началось освобождение Прибалтики, Белоруссии, Украины, Закавказья от немецких оккупантов.
В Эстонии Временный Эстляндский революционный комитет взял власть в свои руки и объявил о создании Эстляндской Трудовой Коммуны. В декабре 1918 года была установлена власть большевиков в Латвии и Литве. В Белоруссии было создано Временное революционное рабоче-крестьянское правительство, которое в январе 1919 года провозгласило независимую Белорусскую Советскую Республику.
III этап: март 1919 года – весна 1920 года
В январе 1919 года на Парижской конференции участники «Совета четырёх», в состав которого входили главы правительств США, Англии, Франции и Италии наметили план более мощного, чем предыдущие, натиска на Советскую Россию. Вместе с А. В.
Колчаком в этом походе должны были принять участие армии А. И. Деникина, Н.
Н. Юденича, Е. К.
Весна 1919 года была выбрана для начала похода не случайно. К марту 1919 года крайне обострилось продовольственное положение в стране. Разруха на транспорте и топливный кризис не позволяли вывести хлеб из освобожденных районов. Вторжение интервентов сочеталось с многочисленными вооруженными выступлениями кулачества в тылу Красной Армии.
Главный удар Белая Гвардия и интервенты предполагали нанести на Восточном фронте. Они считали, что стремительное наступление в этом месте отвлечет значительную часть сил Красной Армии с Южного фронта, а это в свою очередь создаст благоприятные условия для удара по Советской республике с юга.
Согласно плану, тщательно разработанному на совместном совещании представителей интервентов и командования Белой Гвардии в Челябинске, А. В. Колчак решил в марте 1919 года развить наступление на центральном участке Восточного фронта, выровнять линию фронта, занять наиболее выгодные стратегические позиции и при поддержке армий А.
И. Деникина и Н. Н.
Юденича ударить на Москву. Верховный Совет Антанты сообщил о согласии «оказать помощь правительству адмирала Колчака и его союзникам оружием, военным снаряжением и продовольствием».
В адрес колчаковских войск было отправлено из США более 400 тыс. винтовок несколько миллионов патронов и обмундирования на сумму более 110 млн. долларов.
Франция предоставила военного имущества на 210 млн. франков, а Япония – на 16млн. иен.
4 марта 1919 года войска адмирала Колчака начали наступление в районе стыка II и III Красных армий. Прорвав фронт, колчаковцы добились значительных успехов. Сибирская армия, сражавшаяся на северном фланге, в первой половине апреля, захватила Сарапул, Ижевск, Воткинск. II и III армии, ведя тяжелые бои, отступили за Каму.
Сломив сопротивление V Красной Армии, Западная армия адмирала Колчака в первой половине марта овладела крупными стратегическими пунктами: Бирском, Уфой, Чишмой. Одновременно кулачество Поволжья подняло мятежи в Симбирской и Самарской губерниях. Поддерживаемые местным кулачеством, передовые части адмирала Колчака к началу апреля вышли на линию реки Ик.
В руках частей Белой Гвардии оказалась территория в 300 тыс. кв. км с населением более 5 млн.
К середине апреля 1919 года колчаковцы находились 80 км от Казани и Самары и в 100 км от Симбирска.
На Кубани и Северном Кавказе А. И. Деникин объединил Донскую и Добровольческую армии в Вооруженные силы юга России.
Опираясь на верхи донского и кубанского казачества и на кулачество, войска А. И. Деникина за короткий срок овладели Доном, Северным Кавказом, частью Донбасса, и пытались пробиться к Царицыну.
Деникинцы стремились соединиться на Волге (в районе Саратова) с войсками А. В. Колчака.
По свидетельству А. И. Деникина, его армии были обеспечены союзниками всем необходимым.
На севере при помощи Антанты формировал свою армию генерал Е. К. Миллер.
В Прибалтике генерал Н. Н. Юденич готовился к походу на Петроград.
Войска Н.Н.Юденича при поддержке английского военно-морского флота и эстонских белогвардейцев 16 мая 1919года ударили со стороны Эстонии в направлении Гатчины и Красного Села, пытаясь обойти Петроград с юго-запада. Вторая группа интервентов и белогвардейцев развила наступление в сторону Дно-Бологое, чтобы отрезать Петроград от Москвы.
На Карельском и Петрозаводском направлениях, согласуя свои удары с войсками Е. К. Миллера, наступали белофинны и смешанные отряды англо-франко-американских интервентов.
Весной 1919 года части Красной Армии под натиском превосходящих сил противника оставили Прибалтику и Белоруссию. В марте устанавливается буржуазная диктатура в Эстонии, в мае – в Латвии. Позднее белопанская Польша оккупировала часть Литвы со столицей Вильнюс.
Наконец, на юго-западе страны в районе Астрахани сложилась тяжелая обстановка. Против войск Турции и Англии, поддерживаемых местными контрреволюционерами, командование Красной Армии создает Каспийско-Кавказский фронт. В него входит и XI Армия, отошедшая с Северного Кавказа.
Создалась реальная угроза соединения всех сил внешней и внутренней контрреволюции, наступавших с разных направлений на Москву и Петроград. Наибольшую опасность все же представляли многочисленные войска А.В.Колчака, поэтому Восточный фронт вновь становится основным фронтом, как и летом 1918 года.
11 апреля 1919 года была объявлена всеобщая мобилизация в прифронтовой полосе. В ряды Красной Армии к середине апреля было призвано 877 тыс. человек.
Реввоенсовет Республики 10 апреля свел войска Восточного фронта в две группы, расположенные одна к югу (Южная), а другая к северу (Северная) от реки Камы. В состав южной группы вошли I, IV, V и Туркестанская армии. Командующим этой группы был назначен М.
В. Фрунзе. В состав Северной группы, которой командовал В.
И. Шорин, вошли II и III армии. Восточному фронту были подчинены Волжская военная флотилия, Уральский и Приволжский военные округа.
Основная задача Южной группы состояла в том, чтобы не допустить армию адмирала Колчака к Волге, не дать ей соединиться с войсками А.И.Деникина, а разгромить её восточнее Волги. Большую помощь войскам Южной группы оказали трудящиеся Пензы, Сызрани, Оренбурга.
28 апреля 1919 года началось общее наступление ударной группы и поддерживающих ее частей I и V армий. Контрнаступление войск Восточного фронта состояло из трех последовательно проведенных операций: бугурусланской, белебейской и уфимской. В ходе их 4 мая Красная Армия занимает Бугуруслан, 13 мая – Бугульму, 17 мая – Белебей.
21 мая М. В. Фрунзе отдал приказ о наступлении на Уфу.
В последних числах мая войска Восточного фронта начали ожесточенные бои за Уфу. 25-я дивизия под командованием В.И.Чапаева 29-30 мая в районе Чишма разбила противника и открыла путь частям Туркестанской армии к реке Белой.
В ночь с 7 на 8 июня подразделения 25-й дивизии начали форсирование реки Белой севернее Уфы. Первыми переправились 217-й Пугачевский и 220 Иваново-Вознесенский полки. Завязался ожесточенный бой. Утром 9 июня белогвардейцы перешли в наступление, однако вечером 9 июня чапаевцы заняли Уфу.
Началось общее наступление Красной Армии на Урал. 10 июня войска заняли Александров-Гай и Бирск. Одновременно партизаны, действовавшие в тылу армии Колчака, взяли Тургай. 1 июля красные войска заняли Пермь и Кунгур. 14 июля II армия вступила в Екатеринбург, а 24 июля – 242-й Петроградский полк овладел Челябинском. В боях под Челябинском полки Белой Гвардии понесли большие потери, только в плен сдалось более 15 тыс. солдат и офицеров. 4 августа Красная Армия заняла Троицк. Колчакавский фронт был разрезан на две части.(см. Приложение II) Воспользовавшись тем, что командование Красной Армии сняло с Южноуральского участка часть войск, уральская белоказачья армия предприняла попытку соединиться в районе Саратова с армией Деникина. 26 июня белоказаки заняли Николаевск. Однако 10 июля город был освобожден Чапаевской дивизией. Освобождение Урала имело огромное значение для Советской Республики. Только за июль – декабрь 1919 года Урал дал стране около 350 тыс. пудов чугуна, 2 млн. пудов железа, более 10 тыс. пудов меди.
В 1919 году развертывается партизанское движение в Сибири, вызванное недовольством внутренней политикой «Верховного правительства», террором интервентов и белогвардейцев.
В Алтайском крае, Енисейской и Томской губерниях партизанские отряды насчитывали более3 тыс. человек. В сентябре 1919 года партизаны Алтая создали единый «Главный штаб партизан», он насчитывал более 25 тыс.
человек, командиром был выбран Е. М. Мамонтов.
В партизанских отрядах Сибири и Дальнего Востока сражалось около 145 тысяч человек. Эта мощная армия отвлекала большие силы у армии А.В.Колчака и помогала устанавливать власть большевиков в Сибири.
В войсках адмирала Колчака наступил раскол. Сказывались внутренняя слабость антисоветского движения, амбиции ряда лидеров, претендовавших на руководство всем движением. Усугублялся раскол между социалистами, кадетами, монархистами.
Росло недовольство экономической политикой основной части армии – крестьянства. Начинался отход от белого движения национальных частей (так как их народы не получили государственного самоопределения, автономии), казачества.
Развивая летнее наступление, войска Красной Армии в начале 1920 года вышли к Байкалу. Колчаковское правительство было вынуждено перебраться в Иркутск. 24 декабря 1919 года в Иркутске было поднято антиколчаковское восстание.
Союзные войска и оставшиеся чехословацкие отряды объявили о своем нейтралитете. В начале января 1920 года чехи выдали А. В.
Колчака руководителям восстания. После непродолжительного следствия «Верховный правитель России» в феврале 1920 года был расстрелян.
В мае 1919 года, когда Красная Армия одерживала решающие победы на востоке, войска Н. Н. Юденича двинулись на Петроград.
Главный удар Н. Н. Юденич предполагал нанести силами «Северного корпуса», которым командовал Родзянко, в направлении на Ямбург – Красное Село – Петроград.
«Северный корпус» насчитывал 4700 штыков, 1100 сабель, 11 легких орудий. 1-я белоэстонская дивизия, действующая совместно с корпусом, имела 5800 штыков, 30 орудий, 2 броневика и 2 танка. Вспомогательный удар должны были нанести отряд Булак-Балаховича и 2-я белоэстонская дивизия.
Наступление армии Н.Н.Юденича было поддержано английской военной эскадрой, действовавшей на Балтийском море. В состав эскадры входили 12 легких крейсеров, 20 эскадренных миноносца, 12 подводных лодок, 3 минных заградителя, 16 тральщиков и до 30 вспомогательных судов.
13 мая 1919 года «Северный корпус» перешел в наступление. 15 мая интервенты захватили Гдов, 17 мая – Ямбург, 26 мая – Псков. 12 июня войска Н.
Н. Юденича подошли к Красной Горке. Одновременно с этим контрреволюционной организацией «Национальный центр» готовится мятеж на фортах Красной Горки и Серой Лошади.
15 июня 1919 года сухопутные, морские и воздушные силы Петроградского фронта начали совместную атаку и в ночь на 16 июня овладели Красной Горкой. Наступление сухопутных частей Красной армии поддерживали корабли Балтийского флота, которые не допустили высадки английских десантов. В ночь на 23 июня эсминцы «Гавриил», «Азард», «Свобода», «Константин», Гайдамак» обратили в бегство отряд английских военно-морских кораблей.
В этих условиях 21 июня войска Петроградского фронта перешли в решительное наступление на Ямбург. Преодолевая упорное сопротивление войск Н.Н.Юденича, VII армия 3 июля заняла Копорье.
5 августа был занят частями Красной Армии Ямбург, 26 августа – Псков. Войска Н.Н.Юденича отступили. (см. Приложение III) Второе наступление Н.Н.Юденича на Петроград в октябре 1919 года также закончилось поражением. Его войска были разоружены и интернированы эстонским правительством, которое не хотело вступать в конфликт с Советской Россией, предложившей признать независимость Эстонии.
В июле 1919 года началось наступление армии А. И. Деникина.
Она была хорошо оснащена странами Антанты: Франция предоставила 558 орудий, 1,7 млн. снарядов, 160 млн. патронов, 12 танков; США – 106 танков, 100 тыс.
винтовок, 200 пулеметов, 3 млн. патронов.
150-тысячная армия А.И.Деникина за короткий срок оккупировала Донскую область, Донецкий бассейн, Левобережную Украину; 30 июня, овладев Царицыным, деникинцы вышли к Волге. К концу лета 1919 года в руках Вооруженных сил юга оказались основные промышленные и сельскохозяйственные районы страны: Донецкий угольный бассейн, Грозный, Баку, Майкоп, Северный Кавказ, Закавказье.
Захватив огромную территорию от Царицына до Днепра, с населением свыше 40 млн. человек, А. И.
Деникин установил повсюду военно-монархический режим. Вся власть принадлежала военному диктатору, а также миссиям и представительствам Антанты. Представителем Англии при штабе А.
И. Деникина был генерал Хольман, Франции – генерал Мажен, США – адмирал Мак-Келли.
3 июля 1919 года Деникин подписал «московскую директиву», в которой конечной целью начинаемого похода является Москва. В «московской директиве» были определены задачи каждой белогвардейской армии. Так армия, под командованием генерала Май-Маевского, должна была наступать на Москву через Донбасс, Курс, Орел.
Донская армия, которой командовал генерал Сидорин, должна была продвигаться через Воронеж – Козлов – Каширу. Кавказская армия генерала Врангеля должна захватить Саратов, развить наступление на Пензу, Арзамас, Нижний Новгород, Владимир, а затем ударить на Москву.
Одновременно А.И.Деникин приказал частью сил армии генерала Врангеля нанести удар на Астрахань, так как XI Красная Армия, защищавшая город, создавала серьезную угрозу тылу армий Деникина.
Успехи Красной Армии на Восточном фронте позволили перебросить на Южный фронт часть полков и дивизий. В середине июля армии Южного фронта имели 171600 штыков и сабель, а деникинцы- 151500 штыков и сабель. Но, несмотря на численное преимущество, Красная Армия в июле-августе 1919 года не могла развить наступление.
Используя этот факт в двадцатых числах августа, белополяки захватили Житомир и Новгород-Волынский, петлюровцы взяли Бердичев, Фастов, Белую Церковь, а 30 августа захватили Киев. Вместе с петлюровцами в Киев вступили войска Деникина. Части Южной группы XII Красной Армии, действовавшие в районе Одессы – Тирасполь, оказались полностью отрезанными от основных сил.
23 июля 1919 года вновь назначенный Главкомом С.С.Каменев представил план разгрома армий генерала Деникина. Согласно плану предполагалось к середине августа войсками IX и X армий нанести главный удар через Дон и Кубань, а вспомогательный – войсками VIII и XIII армий в направлении Воронеж – Курск – Харьков – Донбасс.
Для реализации этого плана были созданы две ударные группы. IX и X армии и Конный корпус С. М.
Буденного были объединены в Особую группу под командованием В. И. Шорина.
Группа располагала 45 тысячами штыков, 12 тысячами сабель при 1080 пулеметах и 240 орудиях. Части VIII и XIII армий были также объединены в самостоятельную группу войск под командованием В. И.
Селивачева. Группа Селивачева имела 43 тыс. штыков, 4660 сабель, 1600 пулеметов и 310 орудий.
Промедление с наступлением Красной Армии позволило Деникину основательно укрепиться на захваченной им территории. 10 августа конница Мамонтова захватила Новохоперск, затем Козлов. 14 августа перешли в наступление войска В.
И. Шорина, а 15 – войска В. И.
Селивачева. Однако развить контрнаступление не удалось из-за превосходства войск А. И.
Деникина в коннице. 20 сентября деникинцы взяли Курск.
В начале осени большевики проводят дополнительную мобилизацию среди коммунистов и комсомольцев. Были переброшены войска с Западного и Северного фронтов. К 15 ноября на южном направлении в частях Красной Армии сражалось более 160 тыс.
пехотинцев, более 20 тыс. кавалеристов, имелось 4416 пулеметов и 1192 орудия.
11октября 1919 года ударная группа войск Южного фронта перешла в наступление. Пытаясь сорвать его, активизировали свои действия войска генерала Юденича и адмирала Колчака. Никогда еще положение большевиков не было таким опасным.
13 октября войска А. А. Деникина заняли Орёл.
На Орловском и Воронежском направлениях разгорелись упорные кровопролитные бои. По решению Политбюро в состав войск Южного фронта была передана XII армия и 61 стрелковая дивизия.
24 октября Конный корпус С.М.Буденного, поддерживаемый частями VIII армии, взял город Воронеж. В ожесточенных боях в районе Кромы – Орёл – Воронеж «Добровольческой армии» А.И.Деникина был нанесён серьёзный урон. Были разбиты конные корпуса Шкуро и Мамонтова. 27 октября войска XII армии взяли Бердичев. В ходе наступательных боёв Южного фронта организуются рейды кавалерии по тылам противника. С этой целью была создана Конная группа под командованием В.М.Примакова, в состав которой вошли Латышский и Кубанский кавалерийские полки. Передовые части Конной группы 4 ноября 1919г. взяли станцию Поныри, а 5 ноября – Фатеж. 6 ноября войска ударной группы Южного фронта взяли Севск, 11 ноября – Дмитреев и Ливны, развернули бои за станцию Щигры. С захватом этой станции железнодорожное сообщение деникинцев было прервано.
25 ноября 1-я Конная армия под руководством С.М.Будённого, при поддержке XIII армии заняла Новый Оскол, а 27 ноября – вступила в Бобров. 12 декабря, с помощью партизан и трудящихся, был освобождён Харьков. 16 декабря части XII армии освободили столицу Украины – Киев. Одновременно, воспользовавшись тем, что деникинское командование сняло часть своих войск с правого фланга, войска Юго-Восточного фронта перешли в решительное наступление. 28 ноября взяли Калач, начали наступление на Царицын. 10 декабря 1919г. части VIII и IX армий форсировали Дон и нанесли серьёзное поражение войскам А.И.Деникина у станицы Вешенской. Уничтожив около тысячи солдат и офицеров, части Красной армии нанесли непоправимый урон Донской казачьей армии генерала Сидорина.
25 декабря 1919г. начались бои за Донбасс. Преодолевая упорное сопротивление войск Белой Гвардии, 1-я Конная армия за несколько дней освободила часть Донбасса. Ожесточённые бои шли в районе Горловки. К 1 января 1920г. Донбасс полностью перешел в руки большевиков. Войска Юго-Восточного фронта, форсировав, Северный Донец заняли станцию Миллерово. Части X армии овладели в начале января 1920г. Царицыным, а 7 января взяли Таганрог. 1-я партизанская бригада под командованием Д.П.Жлобы заняла Новочеркасск.
Разгорелись кровопролитные бои за Ростов-на-Дону. 10 января 4-я кавалерийская дивизия ворвалась в Нахичевань, 6-я кавалерийская начала штурм Ростова-на-Дону. К концу дня город был очищен от войск противника.
Взятием города закончился решающий этап в борьбе с войсками А. И. Деникина.
За время наступления войска Южного фронта взяли в плен более 40тыс. солдат и офицеров противника, захватили 750 орудий, 1130 пулемётов, 23 бронепоезда и 11 танков (см. Приложение IV).
Потеряв Ростов-на-Дону, войска Белой Гвардии отступали на юг в трех направлениях: на Северный Кавказ, Крым и Одессу.
На Кавказском фронте развернулись упорные бои, которые длительное время шли с переменным успехом. 14 февраля 1920 года войска под командованием М. Н.
Тухаческого начали наступление. 1-я Конная армия, разбив отборные части деникинской кавалерии, заняла Средний Егорлык и Белую Глину. 1-го марта начала наступление в районе станицы Егорлыкской.
Одновременно войска X и XI армий заняли станцию Кавказскую, а затем Ставрополь, Армавир, Невинномысскую. Войска А. И.
Деникина начали отступление на юг. Преследуя противника, войска IX армии 17 марта ворвались в Екатеринодар. 22 марта Конная армия вступила в Майкоп.
27 марта объединенными усилиями VIII и IX армий и партизанских отрядов Черноморья был взят Новороссийск. В ходе дальнейшего наступления части Красной Армии овладели городами Туапсе и Сочи. Прижатая к границам Грузии, 60-тысячная Кубанская армия вынуждена была капитулировать.
Оставшиеся значительные силы Белой Гвардии укрепились в Крыму, который стал базой формирования армии П.Н.Врангеля.
Значительным успехам Красной армии способствовало развернутое партизанское движение. Пьянство, порки, погромы, мародерство стали в 1919 году обычным явлениями в Добровольческой армии. Ненависть к большевикам и во всем, кто их поддерживает, заглушала все иные чувства, снимала все моральные запреты.
Поэтому вскоре тыл Добровольческой армии начал также сотрясаться от крестьянских восстаний, как сотрясался тыл белых армий А. В. Колчака.
Особенно большой размах они получили на Украине, где крестьянская стихия нашла незаурядного руководителя в лице Н. И. Махно.
В начале 1919 года в Европе и США развернулось мощное общественное движение под лозунгом «Руки прочь от Советской России! ». Всего к февралю 1919 году на территории России находились войска Антанты общей численностью в 202,4 тыс.
солдат и офицеров, в том числе 44,6 тыс. английских, 13,6 тыс. французских, 13,7 тыс.
американских, 80 тыс. японских, 42 тыс. чехословацких, 3 тыс.
итальянских, 3 тыс. греческих, 2,5 тыс. сербских.
Встречая упорное сопротивление местного населения и красноармейских частей, испытывая не себе интенсивную большевистскую пропаганду, военнослужащие западных экспедиционных корпусов отказались от участия в борьбе с советской властью. Дело дошло до их революционных выступлений. Наиболее крупным из них был мятеж матросов на французских кораблях, стоявших на рейдах Одессы и Севастополя.
Опасаясь полной большевизации своих войск, Верховный совет Антанты приступил в апреле 1919 года к их срочной эвакуации. Через год на территории нашей страны оставались лишь японские интервенты на Дальнем Востоке.
Весной Деникин в тот момент был не в состоянии помочь ни Крыму, ни наступающему к Волге Колчаку. Если зимнее наступление на Дон с севера кое-как удалось остановить, то в марте началась новая операция красных. Два концентрических удара наносились по флангам Вооруженных сил Юга России, 8-й и 13-й армиями в Донбассе, отрезая части Добровольческой армии от казаков, и 10-й армией из Царицына на Тихорецкую, отрезая Дон от Кубани. Сразу после освобождения Северного Кавказа на помощь донцам, для затыкания гигантских прорех их фронта были переброшены лучшие части — кубанская конница Шкуро, Дроздовский, Марковский, Корниловский полки. Возглавил эту группировку поначалу Врангель. Здесь завязались тяжелейшие бои. Соединенные силы 8-й и 13-й армий красных наступали в среднем течении Северского Донца. Численный перевес большевиков был подавляющим, план операции разработал Тухачевский, уже считавшийся выдающимся талантом. Но лавина красных частей нарвалась на стойкую оборону добровольцев. Они цеплялись за каждую естественную преграду — балку, реку, овраг, белое командование умело маневрировало конницей, быстро перебрасывая ее с одного угрожаемого участка на другой. Все атаки красных отбивались. О напряженности сражения говорит тот факт, что прошедший две войны и уже отличившийся в гражданскую Врангель получил тяжелый нервный срыв и вынужден был взять отпуск по болезни. Его заменил Я. Д. Юзефович. В разгар боев он писал Деникину: “С правого берега Дона надо убрать ядро Добровольческой армии — корниловцев, марковцев, дроздовцев и другие части, составляющие душу нашего бытия, надо их пополнить, сохранить этих великих страстотерпцев — босых, раздетых, вшивых, нищих, великих духом. На своих плечах потом и кровью закладывающих будущее нашей родины… Сохранить для будущего… Всему бывает предел… И эти бессмертные могут стать смертными”. На фото: Генерал Юзефович Я.Д. (справа на переднем плане)
Но заменить их было некем, и “бессмертные” держались. Мало того, сами наносили красным поражения контрударами. Разметав большевистские полки, они вышли к пригородам Луганска, где располагался штаб 8-й армии, вынужденный бежать в Миллерово. Лишь всеобщая мобилизация шахтеров помогла красным отстоять город и ликвидировать прорыв. Но если здесь благодаря отчаянному героизму добровольцев удалось сорвать планы вражеского наступления, не пропустить красных в глубь Донбасса и предотвратить опасность взрыва среди большевистски настроенных шахтеров, то совсем иначе сложилась ситуация на восточном фланге фронта. После разгрома 11-й армии две ее дивизии, назвав себя Особой соединенной армией, отошли в Сальские степи, заняв район между расположением донцов и добровольцев. Несколько раз их пытались разбить, но они уходили по степям, а затем возвращалась. “Столица” этой группировки, большое село Ремонтное то и дело переходило из рук в руки. В феврале произошла реорганизация красных войск в низовьях Волги. Из остатков 11-й и 12-й армий в Астрахани создавалась новая 11-я. А 10-я, существенно усиленная, перешла из Царицына в наступление на Тихорецкую. Казаки Мамонтова, доселе еще державшиеся против нее, начали пятиться. 10-я армия установила связь с “Особой соединенной” и подчинила ее себе под названием Ставропольской группы. Точно так же была включена в состав армии бесхозная Каспийско-Степная группа Жлобы. Сейчас эти части, оказавшиеся в стыке двух белых армий, пришлись очень кстати. 8 марта последовал комбинированный удар. 20-тысячная Ставропольская группа из 6-й кавалерийской и 32-й стрелковой дивизий рванулась на запад и пошла на Великокняжескую (Пролетарск), обходя части Мамонтова с фланга и тыла. Одновременно в лоб, на Котельниково, их атаковали 4-я кавдивизия Буденного и 37-я. Сопротивление казаков, оказавшихся в полукольце, было подорвано. Вслед за Северным рухнул и Восточный фронт Донской армии. Казаки спасались по степям, кто мог — отходили за Маныч. Великокняжеская пала. Красные части форсировали Маныч, и на подступах к Торговой (Сальск) Ставропольская группа соединилась с основными силами 10-й армии, создав здесь значительный плацдарм. К началу апреля большевики заняли Торговую, Атаманскую, разведкой вышли к Мечетинской. Между Доном и Кубанью осталась узкая, каких-нибудь 100 км, перемычка с единственной ниткой железной дороги. Сюда белое командование бросало все, что можно. Дошло до того, что в Екатеринодаре как последний резерв формировался офицерский отряд из тыловых учреждений, которому предполагалось придать несколько танков, только что привезенных англичанами. Для стабилизации фронта кубанские и добровольческие части перебрасывались сюда обратно с западного участка. Лишь с севера фронт оставался более-менее спокойным. В Донской армии после разгрома оставалось всего 15 тысяч человек, она срочно нуждалась в укреплении и переформировании. Но был здесь и благоприятный фактор. В тылу у красных сидело, как заноза, верхнедонское восстание. Область восстания была окружена заградотрядами. Все, кто хотел выйти из блокированных районов или попасть в них, уничтожались на месте. В окрестных станицах брали заложников. Хотя масштабы геноцида в еще не восставших местностях Дона большевики вынуждены были сократить, мириться с повстанцами они не собирались. Член РВС 8-й армии Якир приказывал: “…Полное уничтожение поднявших восстание, расстрел на месте всех, имеющих оружие, 50-процентное уничтожение мужского населения. Никаких переговоров с восставшими быть не должно”. Хотя, для сравнения, повстанцы семьи большевиков репрессиям не подвергали. И пленных брали. И смертная казнь у них была отменена. Правда, пленным комиссарам, чекистам, трибунальцам от этого было не легче. Они натворили столько зла, что население отбивало их у конвоиров и расправлялось самосудами. Да и конвоиры таких пленных не жаловали, часто устраивая им “попытки к бегству”. На подавление восстания бросались все новые и новые части — школы красных курсантов, резервные полки, латыши-каратели, флотские экипажи, коммунистические дружины. Всего против казаков действовало до 25 тыс. штыков и сабель при подавляющем огневом превосходстве. Повстанцы к апрелю выставили на фронт около 35 тыс., организованных в 5 дивизий и 1 бригаду под командованием своих, станичных офицеров. У них уже было полное количество винтовок, 6 батарей, 150 пулеметов, взятых в боях. Но боеприпасов катастрофически не хватало. Патроны делились поштучно, по нескольку сот на дивизию. Каждый день шли бои под Каргинской. Красное наступление было отброшено от Еланской с большими потерями. Большевики все еще не оценили силу казачьего патриотизма и организации. Перебрасываемые сюда силы они вводили в бой отдельными частями, на разных участках — и терпели поражения.
С апреля восстание все больше привлекает внимание Москвы. 20.04.19 Ленин пишет Сокольникову: “Верх безобразия, что подавление восстания казаков затянулось”. 24.04 телеграфирует еще более откровенно: “Я боюсь, что вы ошибаетесь, не применяя строгости, но если вы абсолютно уверены, что нет сил для свирепой и беспощадной расправы, то телеграфируйте немедленно. Нельзя ли обещать амнистию и этой ценой разоружить? Посылаем еще двое командных курсов”. 25.04 о том же пишет Склянскому: “Надо сговориться с Дзержинским о том, чтобы он дал самых энергичных людей, и не послать ли еще военные силы? Еще надо, если там плохо, пойти на хитрость”. Общая политика “расказачивания” оставалась между тем неизменной. Для примера можно привести телеграмму Ленина от 15.05: “Кострома. Луначарскому. Двиньте энергичное массовое переселение на Дон из неземледельческих мест для занятия хуторов. Курсантов тоже пошлем”. Но казаки пока еще продолжали держаться и даже побеждать. 25.04, разгромив 1-й Московский полк, они заняли Букановскую и Слащевскую. Волновался не только Верхнедонской округ. Брожение началось в соседнем, Хоперском. В станице Урюпинской готовил восстание войсковой старшина Алимов. Оно должно было начаться 1.05, но накануне Алимов и его сторонники были схвачены и расстреляны. Не все соглашались быть карателями. В Усть-Хоперской восстал красный Сердобский полк, сформированный из самарских и саратовских крестьян. Прибывшего их усмирять комбрига подняли на штыки и перешли на сторону повстанцев, сдав им станицу. В Купянске восстала запасная бригада 8-й армии. Но тут мятежникам деваться было некуда, бунт подавили, 48 человек расстреляли. В начале мая была установлена связь с Новочеркасском по воздуху, аэропланами Донской армии. Было переслано письмо атаману Богаевскому с просьбой о немедленной помощи. Авиарейсы стали ежедневными. По мере возможностей тогдашних самолетов повстанцам стали поступать винтовочные патроны, по нескольку штук трехдюймовых снарядов в сутки. Корниловцы, марковцы, дроздовцы, алексеевцы. Ядро Добровольческой армии. Эти части, названные по именам погибших военачальников, были особыми, легендарными. Спаянные, стойкие, наводившие ужас на красных и проявлявшие чудеса героизма. Их еще называли “именными” или “цветными” полками, потому что даже форма у них была своя, особенная — естественно, когда непрерывные бои и нерегулярное снабжение позволяли поддерживать эту форму. Корниловцы — ту, что носил Корниловский ударный полк еще до Октябрьского переворота: черно-красные погоны и петлицы, белый кант на кителях, брюках и фуражках, на погонах буква К, череп вместо кокарды (полк создавался на фронте в ряду “ударных батальонов смерти”), особые нарукавные шевроны, на левой руке — черно-красный, на правой у плеча — череп с костями, скрещенные мечи, горящая граната и надпись “корниловцы”. На фото: Генерал Корнилов с группой офицеров, 1918 год
У дроздовцев цвета фуражек, погон, петлиц, канта на униформе были малиновый с белым (малиновый — цвет российских стрелковых частей, на основе которых Дроздовский создавал свой отряд) и на погонах — буква Д. У алексеевцев те же цвета — голубой с белым. Алексеевские части создавались на основе студентов и гимназистов, а голубой и белый — цвета российского университетского значка. И, соответственно, буква А. Марковцы носили черно-белую форму — черные гимнастерки, брюки и погоны с белыми кантами и просветами. Цвета символизировали смерть и воскресение. И буква М (в кинофильме “Чапаев” в марковскую форму почему-то одели каппелевцев). В этих частях выработались свои традиции. Даже особенная манера поведения. У дроздовцев, например, хорошим тоном считалась ирония в лице, они любили носить пенсне в честь своего погибшего кумира. У корниловцев традиционной была мина презрительного разочарования. Марковцы щеголяли нарочитой “солдатчиной” — грязными шинелями и многоэтажным матом. Алексеевцы перенесли на фронтовую почву студенческие традиции. И вот что интересно — таяло число “первопоходников”, ветеранов этих частей, все больше приходило новичков, бывшие офицерские полки все сильнее разбавлялись солдатами, в основном — из пленных красноармейцев. А боевые качества “именных” формирований не ослабевали. Они оставались теми же сплоченными, железными единицами, стойко выдерживающими все испытания, были все так же сильны духом. В мае 19-го “именные” полки были, сведены в 1-й армейский корпус. Командиром его стал 36-летний генерал АлександрПавдевич Кутепов, участник русско-японской и мировой войн, в 17-м командир Преображенского полка, в Ледяном походе командовал ротой корниловцев, а перед назначением на корпус сидел черноморским губернатором в Новороссийске. Реорганизовалась и соседняя, Донская армия. Остатки трех армий Войска Донского были сведены в корпуса, корпуса — в дивизии, дивизии — в бригады. Третьим направлением, оставшимся главным, было царицынское, где красные вбили глубокий клин между Доном и Кубанью, находясь всего в 80 км от Ростова, угрожая Екатеринодару и Новочеркасску. Здесь сосредоточивался сильный кулак из кубанских, терских и добровольческих частей под командованием ген. Врангеля. В мае эти три основные группировки Вооруженных сил Юга России были преобразованы в три армии, соответственно — Добровольческую (ее командующим стал ген. Май-Маевский), Донскую (ген. Сидорин) и Кавказскую (Врангель). Особняком находилась четырехтысячная группа войск в Крыму, преобразованная в 3-й армейский корпус. Ее командующий ген. Боровский был снят и переведен в Закаспийскую область, руководство здесь принял ген. Шиллинг. Его части продолжали удерживать 20-километровую линию окопов на перешейке Керченского полуострова. Немало способствовала тому, что Керчь в этот раз осталась за белыми, огневая, поддержка с моря русских и английских кораблей. Уже отмечалось, что английское командование “на местах” в большинстве симпатизировало белогвардейцам и сочувственно относилось к их борьбе. И в “мелочах”, не касающихся глобальной политики и не могущих вызвать большого шума в парламенте, готово было оказать посильную помощь. Например, дать 1—2 залпа по указанным целям. Впрочем, и сами красные в Крыму не проявляли настойчивости и вскоре прекратили атаки на Акманайские позиции. Клочок земли вокруг Керчи был слишком мелкой целью, куда бы он делся при разгроме основных сил Деникина? Его просто блокировали. На фото: Кавказская кавалерия в Добровольческой армии
В мае коммунистическое командование начало очередное генеральное наступление с целью расчленить и уничтожить Вооруженные силы Юга России. Главной целью был выбран Ростов, в направлении которого наносились два сходящихся удара. С востока — глубоко прорвавшейся 10-й армией Егорова, стоящей на Маныче, в 80 км от Ростова, и с запада — силами 8-й, 13-й и 2-й Украинской армий, находившихся лишь немногим дальше.
Красный командарм Всеволодов позже писал:“В общем, силы советских войск на всем Южном фронте по своей численности превосходили Добровольческую и Донскую армии в 4 раза, а на ударном участке Луганска — не менее как в 6 раз. Техника была всецело на стороне советских войск. В советских войсках царила полная уверенность в успехе.
Руководить операцией прибыл лично Троцкий, приведя на фронт несколько курсантских бригад”. Битва началась на восточном участке. Основные силы 10-й армии переправились через Маныч на захваченный ранее плацдарм, 4-я кавдивизия Буденного нанесла удар на правом фланге, захватив станицы Ольгинскую и Грабьевскую.
В ее задачу входило прорвать фронт и пройтись рейдом по тылам белой обороны. Но была готова и армия Врангеля. А разработал план сражения и руководил им лично Деникин.
Он готовил красным ловушку, на флангах сосредоточились корпуса Улагая и Покровского. Дождавшись первого хода противника, Деникин пустил их вперед с приказом прорубиться через большевистский фронт и взять 10-ю армию в кольцо. В то время как соединения Егорова втянулись во фронтальные бои с добровольческой пехотой, эти группировки начали обходное движение.
Дивизия Буденного вместо слабозащищенных тылов столкнулась лоб в лоб с наступающими казаками Покровского, во встречном бою потерпела поражение и покатилась назад, увлекая соседей. Если под прикрытием буденновской конницы смогли более-менее организованно отступить за Маныч 37-я и 39-я красные дивизии, то на другом фланге ситуация для большевиков сложилась гораздо хуже. Улагай разгромил наголову группу войск Жлобы и глубоко прорвал фронт.
6-я кавалерийская и 32-я дивизии были отрезаны от своих и оказались в кольце. Мало того, конные белогвардейские части, гуляющие по тылам, устроили им своеобразную “восьмерку”. Прорываясь из одного кольца, они автоматически попадали в другое.
Лишь к 20. 05 эти сильно обескровленные дивизии пробились к с. Ремонтное, где соединились с основными силами армии.
Сюда же подошла дивизия Буденного, прикрывавшая отход арьергардными боями. Собрав наконец-то войска воедино, Егоров решил остановить белых на р. Сал, и у Ремонтного произошла генеральная баталия.
Все красные конные части, основу которых составили 4-я и 6-я кавдивизии, были объединены в сводный корпус под командованием Думенко — это и было рождение будущей 1-й Конной армии. 25. 05 Егоров бросил всю лавину из 12 кавалерийских полков навстречу наступающей белой коннице.
Сражение было крайне упорным и ожесточенным. Можно отметить хотя бы факт, что в один день у красных получили тяжелые ранения сам командарм Егоров, комкор Думенко, два комдива, комиссар дивизии. .
. Дебют первого крупного кавалерийского объединения большевиков получился неудачным. Оно было разбито, 10-я армия, преследуемая казаками Врангеля, начала беспорядочно отступать на Царицын.
В это время, прорвав фронт на стыке с 9-й армией, ударила по тылам 10-й донская — конница Мамонтова. И отступление превратилось в бегство. .
. Почти одновременно началось сражение на западном фланге Вооруженных сил Юга России. Хотя белое командование считало главным самое угрожаемое, манычское направление, основной удар красные готовили в Донбассе, где были сконцентрированы силы трех армий, усиленные за счет частей, подошедших из Крыма.
Наибольшие успехи здесь были у махновцев, сражавшихся на южном, приморском участке. Они занимали Мариуполь, Волноваху, прорвались далеко вперед до ст. Кутейниково, севернее Таганрога.
Противостояла этим силам Добровольческая армия Май-Маевского, насчитывавшая всего 9600 человек. Правда, неравенство несколько сглаживалось качеством войск. Здесь стояли лучшие деникинские части, 1-й корпус Кутепова.
. . Лучшие, но какой же горсткой они выглядят!
Марковский полк — 200 штыков, Дроздовский — 500, Корниловский — 400. . .
Корпус был, правда, усилен другими частями численностью около 5 тыс. человек, но интересен сам факт, что временно приданные полки впятеро превышали численность основного ядра, несшего главную боевую нагрузку. Кутепову был придан и единственный, первый в составе белых армий отряд английских танков.
Их значение, кстати, не стоит преувеличивать. Тогдашние танки имели больше ограничений, чем достоинств. Они могли ползти только по ровному месту и на небольшие расстояния.
Чуть подальше — уже требовались специальные железнодорожные платформы для их перевозки и мощные погрузочно-разгрузочные средства. На фронтах мировой войны появление танков в 1917г. оправдалось единственным специфическим назначением — для прорыва укрепленных полос.
А в условиях русской гражданской они являлись в большей степени психологическим оружием — в боевом отношении тот же броневик был гораздо надежнее, маневреннее и эффективнее. Еще один фактор сыграл в раскладке сил очень важную роль — в красном фронте не было единства. Трения коммунистов с Махно уже перерастали в открытую вражду.
6. 05 Ленин писал в РВС Южфронта “С войсками Махно, пока не взят Ростов, надо быть поделикатнее”. “Бригада” Махно, превосходившая всю Добровольческую армию (только на фронте более 10 тыс.
чел. ), контактировала с красными частями, заражая соседей. Легко ли было красноармейцам ходить под комиссарской палкой в партийной узде, когда рядом жила по своим законам махновская вольница?
Со дня на день росло дезертирство, народ перебегал к Махно. Дисциплина в частях, особенно в соседней с махновцами 9-й дивизии 13-й армии, падала. Появлялись агитаторы, и батькины, и свои заводилы, призывающие слать к чертям коммунистов и переходить на свободное партизанское положение.
Советское командование прекратило поставлять махновцам боеприпасы и оружие. На стык их частей с 13-й армией направлялись “надежные”, коммунистические и интернациональные войска, чекистские заградотряды, ловившие и уничтожавшие перебежчиков. Естественно, между этими заградотрядами и махновцами начались стычки.
Стал образовываться некий второй фронт, лежащий перпендикулярно деникинскому. Махно ответил на действия Советской власти созывом 4-го “экстренного” съезда своих “вольных советов” в Гуляй-Поле на 15 июня. Все это сыграло против самих же большевиков.
При подавляющем неравенстве сил белое командование изначально не рассчитывало на какие-то крупные успехи в Донбассе. Тут дай бог было удержаться! Но при том же подавляющем неравенстве оборона могла быть только активной.
Любая попытка позиционной защиты 400-километрового фронта 10 тысячами штыков была бы раздавлена. Шутка ли — шестикратное превосходство. Кутепов пришел к выводу, что единственный выход — предупредительный удар.
И 19 мая его корпус перешел в наступление — как раз на стыке махновцев с 13-й армией. Эффект превзошел все ожидания. Красные оказались совершенно не готовы к такому повороту событий и начали отступать.
Воспользовавшись их замешательством, Кутепов ввел в бой танки. Их появление произвело ошеломляющее впечатление на большевиков, вызывая панику. Красное командование утверждало потом, что махновцы предали, открыв фронт.
Махновцы — что открыли фронт красные, коварно пропустив деникинцев специально для уничтожения повстанцев. На самом деле никто фронта не открывал. Его прорвала горстка белогвардейцев.
Напомним, что махновцы имели здесь наибольшие успехи, значительно вырвавшись вперед. Удар в стык, под основание этого выступа, был самым целесообразным с чисто военной точки зрения. И так совпало, что “политика” сделала это место самым уязвимым.
Положение усугубилось тем, что красные вели здесь перегруппировку, отводя на другие участки наиболее зараженные махновщиной полки и заменяя свежими. А среди свежих частей, естественно, оказалось много необстрелянных новобранцев. Кто же первыми побежал?
Все-таки красные, а не махновцы. Причем части разного качества. Побежали полки, дисциплина в которых была расшатана махновщиной.
Громились и рассыпались только что сформированные части, переброшенные для замены разложившихся. Перемешались и “надежные”, волею командования к моменту белого наступления ориентированные на два фронта, против махновцев и деникинцев — 2-й Интернациональный полк, Воронежский и Еврейский коммунистические полки, Особый кавалерийский полк и т. п.
23. 05 образовался прорыв глубиной 100 км. Пользуясь этим успехом, Май-Маевский немедленно бросил в эту брешь конный корпус Шкуро.
Вот тогда уже запаниковали и покатились назад махновцы, оказавшиеся на своем выступе под угрозой окружения. Их отступающие части встретились с кавказской дивизией Шкуро и в трехдневных боях были разгромлены. Преследуя их, белая конница пошла по степям Таврии на Гуляй-Поле, стремительно приближаясь к Днепру и отсекая от основных сил всю крымско-азовскую группировку большевиков.
А корпус Кутепова, перемолов под станцией Гришино 5 красных полков, двинулся на северо-восток. Будто тяжелый асфальтовый каток пошел сбоку вдоль фронта 13-й армии и давил этот фронт. Для красных это была уже катастрофа: они оставили Луганск.
Тот же Всеволодов писал: “26 мая командующий 13-й армии Геккер донес во фронт, что отступающую армию остановить нет сил: люди митингуют, арестовывают своих командиров, были случаи расстрелов, с поля сражения исчезают целые команды и батальоны. . .
В 13-ю армию прибыл сам Троцкий. Вид его был ужасный. Начались аресты и массовые расстрелы.
. . ” Были случаи столкновения со своими.
Отступающая 9-я дивизия с лозунгами “бей жидов и коммунистов! ” разграбила г. Бахмут (ныне Артемовск), устроила погром в эшелоне 1-й Украинской бригады.
. . А кутеповцы, дойдя до Бахмута, где получили в пополнение еще одну отборную часть — Алексеевский полк, начали развивать удар вдоль Северского Донца.
На Славянск, на Изюм, на Харьков. . .
Таким образом, майское сражение, в ходе которого предполагалось “добить” белогвардейщину на Дону и Кавказе, закончилось полным разгромом обеих красных ударных группировок, и на обоих флангах перешли в наступление деникинцы. В гражданской войне на юге произошел резкий перелом. И мечты большевиков о европейском пожаре революции оказались похороненными.
. .
Источники:
