Классовая борьба, борьба между классами, интересы которых несовместимы или противоречат друг другу. К. б. представляет собой основное содержание и движущую силу истории всех антагонистических классовых обществ.
К. Марксу и Ф. Энгельсу принадлежит открытие великого закона исторического движения классовых обществ, согласно которому «… всякая историческая борьба — совершается ли она в политической, религиозной, философской или в какой-либо иной идеологической области — в действительности является только более или менее ясным выражением борьбы общественных классов, а существование этих классов и вместе с тем их столкновения между собой в свою очередь обусловливаются степенью развития их экономического положения, характером и способом производства и определяемого им обмена» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 259). Создание теории К. б. дало возможность обобщить бесконечно разнообразные действия отдельных лиц и свести их к действиям больших групп людей, различающихся по своему положению в системе общественного производства, — классов. Тем самым был дан объективный критерий для обнаружения повторяемости в истории, для «… сведения индивидуального к социальному…» (Ленин В. И., Полн. собр. соч., 5 изд., т. 1, с. 429), а стало быть, и для понимания закономерности исторического процесса (см. Закономерность общественная)Теория К. о. Имеет громадное методологическое значение для всех отраслей общественных наук, так как помогает понять реальное классовое идеологической и политической борьбы во всех ее формах. Как подчеркивал В. И. Ленин, люди всегда были и будут глупенькими жертвами обмана и самообмана в политике, пока они не научатся разыскивать за любыми социальными фразами, заявлениями, обещаниями интересы тех или иных классов.
Разработка К. Марксом и Ф. Энгельсом теории К.
б. имела решающее значение для научного обоснования необходимости социализма и путей перехода к нему. Логическим выводом из этой теории является признание необходимости признания диктатуры пролетариата как орудия его К.
б. и социалистического преобразования общества. В.
И. Ленин отмечал: «Кто признает только борьбу классов, тот еще не марксист, тот может еще оказаться невыходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики. .
. Марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата» (там же, т. 33, с.
Источником К. б. является противоречие интересов классов.
В зависимости от характера этого противоречия различают классы антагонистические и неантагонистические. Антагонистическими являются, прежде всего взаимоотношения между основными классами всех формаций, основанных на эксплуатации человека человеком: рабы — рабовладельцы, крестьяне — феодалы, пролетарии — буржуазия. Антагонистическими могут быть и взаимоотношения между господствующими классами сменяющих друг друга формаций (например, между феодалами и буржуазией), если их коренные интересы несовместимы.
Переход от одной формации к другой осуществляется через социальную революцию, которая при всем многообразии ее форм всегда есть результат и высшее проявление борьбы классов. «Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов», — так характеризовали Маркс и Энгельс основные фазы К. б.
до возникновения капитализма (Соч. , 2 изд. , т.
4, с. 424). Капитализм упростил и обнажил классовые противоречия, противопоставив друг другу два больших класса — буржуазию и пролетариат.
Пролетариат — первый из угнетённых классов, К. б. которого принимает действительно интернациональный характер и всемирный размах.
В отличие от предшествовавших угнетённых классов, пролетариат ведёт К. б. под руководством своей политической партии, которая вооружает его научным пониманием коренных классовых интересов и путей их осуществления.
Пролетариат ведёт свою К. б. в трёх основных формах: экономической, политической и идеологической.
Экономическая борьба — это борьба за профессиональные интересы рабочих (повышение зарплаты, сокращение рабочего дня, улучшение условий труда и т. д. ).
Она противодействует наступлению предпринимателей на жизненные условия рабочих, подготавливает рабочих к борьбе за более широкие цели, способствует их революционному воспитанию и организации. В этой борьбе выросли профсоюзы, объединяющие в 70-х гг. 20 в.
250 млн. рабочих во всём мире. Экономическая борьба, особенно в современных условиях, переплетается и перерастает в борьбу политическую.
Число забастовок в странах развитого капитализма составляло в 1951—55 — 13211 (в среднем за год), в 1956—60 — 12 790, в 1961—65 — 15 323, в 1966—70 — 18 650. С 1960 по 1970 в развитых капиталистических странах было 260 крупнейших общенациональных забастовок — значительно больше, чем за предшествующее десятилетие. Забастовщики предъявляют не только политические требования, а борются за расширение демократических свобод, выступают против актов империалистической агрессии.
В условиях государственно-монополистического капитализма борьба даже за повседневные экономические нужды не может быть успешной без политической борьбы. Марксисты борются как против реформистов, пытающихся свести К. б.
пролетариата к экономической борьбе, так и против сектантской недооценки экономической борьбы. Политическая борьба является высшей формой К. б.
пролетариата. Особенности этой формы К. б.
, взятой в её полном развитии, состоят, во-первых, в том, что она означает борьбу за коренные интересы пролетариата. Во-вторых, политическая борьба — это общеклассовая борьба; она означает уже не борьбу рабочих отдельных предприятия против своего хозяина, а всего класса пролетариев против класса капиталистов. В-третьих, в политической борьбе складывается партия — высшая форма классовой организации пролетариата.
Самое главное в политической борьбе пролетариата — борьба за установление и упрочение им своей власти. Достижение этой цели невозможно без идеологической К. б.
, задача которой состоит прежде всего в том, чтобы высвободить пролетариат из-под влияния буржуазной идеологии. Идеологическая борьба призвана внести в массы пролетариата социалистическую идеологию, что необходимо для превращения стихийной К. б.
в борьбу сознательную. Идеологическая борьба партии пролетариата, направленная против всех форм буржуазной и реформистской идеологии, приобретает в современную эпоху особенно широкий размах. «Эта борьба — отражение в духовной жизни человечества исторического процесса перехода от капитализма к социализму» (Программа КПСС, 1972, с.
Понятие «формы К. б. » употребляется также в более узком смысле слова, совпадающем в понятии средств, методов К.
б. (стачки, демонстрации, бойкот выборов, парламентская борьба, вооруженное восстание и т. д.
). Марксизм-ленинизм отвергает абсолютизацию тех или иных форм К. б.
В. И. Ленин подчеркивал, что партия пролетариата должна уметь владеть всеми формами К.
б. , применять те или иные формы в зависимости от исторической обстановки. «Успех борьбы рабочего класса за победу революции будет зависеть от того, насколько он и его партия овладеют всеми формами борьбы — мирными и немирными, парламентскими или непарламентскими — и будут готовы к самой быстрой и неожиданной смене одной формы борьбы другой» (там же, с.
Важнейшая особенность К. б. пролетариата на современном этапе истории состоит в органическом сочетании борьбы за демократию с борьбой за социализм.
Перерастание монополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм сопровождается наступлением монополий на интересы рабочего класса и широких масс народа по всем линиям. В то же время растут трудности, испытываемые мелкой и средней городской буржуазией. Т.
о. , вместе с обострением основного классового противоречия буржуазного общества — между трудом и капиталом — углубляется противоречие между большинством нации и монополиями. Эта новая расстановка классовых сил дает возможность для установления союза рабочего класса с широчайшими слоями народа в борьбе за ликвидацию господства монополий.
Борьба за мир, демократию, в защиту национального суверенитета, за коренные социальные реформы — это борьба за общедемократические задачи, вокруг решения которых пролетариат может объединить самые широкие слои народа, что облегчает ему и борьбу за социализм. Сближение значительной части интеллигенции и служащих с пролетариатом, рост численности студенческой молодежи в условиях научно-технической революции, обострение социальных конфликтов и возрастание активности различных групп населения увеличивают массу «горючего материала» в капиталистических странах и расширяют ряды потенциальных союзников пролетариата. В современных условиях рабочий класс как главный и наиболее сильный противник власти монополий, как центр притяжения всех антимонополистических сил.
К. б. в национальных рамках тесно переплетается с К.
б. на международной арене. Объединение силы монополий и буржуазного государства в единый механизм связано и с международными монополиями.
В борьбе против растущего революционного движения буржуазные государства вступают в военные союзы и блоки (типа НАТО и др. ), которые ставят своей целью не только проведение империалистической политики в международных отношениях, но и подавление в случае острых кризисов в отдельных странах их революционных сил путём вмешательства извне.
В современную эпоху произошло существенное изменение соотношения классовых сил на мировой арене в пользу трудящихся. Это связано прежде всего с образованием мировой системы социализма, которая является главным завоеванием международного рабочего класса.
С победой Великой Октябрьской социалистической революции и появлением на мировой арене социализма образовался новый фронт К. б. : противоборство двух социальных систем.
Взаимоотношения двух систем, какую бы форму они ни принимали — от вооружённого отражения империалистической агрессии до мирного сосуществования государств и экономического соревнования социализма с капитализмом, — представляет собой поприще К. б. Борьба двух систем выражает основное противоречие современной эпохи.
Под влиянием этого противоречия развертывается в современных условиях К. б. и в странах так называемого «третьего мира».
Изменившееся соотношение сил на международной арене создало благоприятные условия для разрушения колониальной системы империализма и освобождения многих стран Азии, Африки и Латинской Америки. Классовая структура этих стран отличается большой сложностью, так как их экономика была деформирована империализмом, капиталистические отношения в ряде стран переплетаются с докапиталистическими: феодальными и дофеодальными. В национально-освободительной борьбе против империализма, которая по своему содержанию является общедемократической, различные классы могут выступать единым фронтом.
По мере решения задач национального освобождения всё больше выступают на первый план социальные проблемы, в которых особенно остро проявляются классовые противоречия. Это, однако, не исключает возможности объединения всех прогрессивных сил вокруг рабочего класса, который является наиболее последовательным борцом за решение задач национального и социального освобождения.
Исторический опыт показывает, что К. б. против реакционных сил — единственный путь освобождения трудящихся.
Через К. б. осуществляется и переход на социалистический путь развития, утверждается социализм.
Установление диктатуры пролетариата означает не прекращение К. б. , а её продолжение в новых формах и новыми средствами.
Пролетариат превращается в господствующий класс и приобретает такое орудие К. б. , как новая государственная власть.
В связи с этим отпадает ряд форм К. б. , которыми пользовался пролетариат (восстание и др.
), и появляются новые формы К. б. , которые можно назвать государственными.
В. И. Ленин определил следующие новые формы К.
б. пролетариата: 1) подавление сопротивления эксплуататоров; 2) гражданская война; 3) нейтрализация мелкой буржуазии; 4) «использование» буржуазии и буржуазных специалистов; 5) воспитание новой дисциплины. Первая форма К.
б. является всеобщей, обязательной для всех стран в переходный период от капитализма к социализму. Вторая — необязательна для всех стран.
Как показывает опыт европейских социалистических стран, при благоприятных для рабочего класса условиях (помощь социалистических стран и ослабление мирового капитализма) есть возможность избежать гражданской войны. Ленинская характеристика охватывает и такие новые формы К. б.
пролетариата, которые выражают его руководящее воздействие на непролетарские слои трудящихся — крестьянство, буржуазную интеллигенцию и даже на отсталые слои рабочего класса. Конкретное выражение этих форм К. б.
может быть различным. Например, при некоторых условиях может оказаться необходимой политика нейтрализации середняка (как в первый период пролетарской революции в Советской России), на смену которой затем приходит политика прочного союза со средним крестьянством. В странах народной демократии почти везде не было надобности проводить политику нейтрализации среднего крестьянства, а оказалось возможным сразу установить с ним отношения союза.
Но и здесь государственное руководство крестьянством со стороны рабочего класса представляло своеобразную форму К. б.
Основным вопросом К. б. в переходный период является вопрос «кто — кого», кто победит — социализм или капитализм.
Марксизм-ленинизм отвергает как правооппортунистическую теорию затухания К. б. , которая отрицает антагонистические противоречия между пролетариатом и буржуазией, так и левацкую теорию необходимости разжигания К.
б. Рабочий класс, стоящий у власти не заинтересован в искусственном разжигании К. б.
Обострение К. б. может быть вызвано двоякими причинами: 1) действиями враждебных эксплуататорских классов, пользующихся поддержкой со стороны капиталистического мира; 2) наступлением социалистических элементов на капиталистические, вызывающим усиление сопротивления последних.
В странах народной демократии К. б. , как правило, имела менее острые формы, чем в Советском Союзе, что определяется прежде всего изменением соотношения классовых сил в пользу социализма.
Однако развитие не идёт по прямой линии, К. б. в эпоху строительства социализма может в связи с теми или иными изменениями внутренней и внешней обстановки в отдельные периоды усиливаться и принимать самые острые формы, вплоть до вооруженного выступления врагов социализма против власти рабочего класса (например, в Венгрии в 1956).
Как показали события 1968 в Чехословакии, враги социализма учитывают уроки К. б. и могут попытаться добиться своей цели путём разложения социализма изнутри, широко используя для этого ревизионистские элементы («тихая контрреволюция»).
С построение социалистического общества исчезает почва для классовых столкновений. Вопреки утверждению левосектантских элементов о неизбежности К. б.
при социализме вплоть до победы коммунизма, отношения между всеми социальными группами социалистического общества (рабочими, кооперированными крестьянами, интеллигенцией) есть отношения дружественного сотрудничества. Однако остается фронт К. б.
против внешнего, капиталистического мира. Внутри общества остается также необходимость борьбы против пережитков капитализма в сознании и поведении людей, против идейного наследия старого мира. В современных условиях, когда резко обострилась идеологическая борьба между двумя системами, особое значение приобретают решительное разоблачение происков империализма, коммунистическое воспитание всех трудящихся, усиление идеологической деятельности партии.
Лит.: Маркс К., Наёмный труд и капитал, Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 6; его же, Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 г., там же, т.7; его же. Заработная плата, цена и прибыль, там же, т. 16; его же, Гражданская война во Франции, там же, т, 17; его же, Конспект книги Бакунина «Государственность и анархия», там же, т. 18; его же, Критика Готской программы, там же, т. 19; его же, [Письмо] Ф. Больте 23 ноября 1871, там же, т. 33; Маркс К. и Энгельс Ф., «Циркулярное письмо» А. Бебелю, В. Либкнехту, В. Бракке и др. 17—18 сент. 1879, там же, т. 34; Энгельс Ф., Положение рабочего класса в Англии, там же, т. 2; его же, Крестьянский вопрос во Франции и Германии, там же, т. 22; его же, К критике проекта социал-демократической программы 1891 г., там же; Ленин В. И., Что делать?, Полн. собр. соч., 5 изд., т. 6; его же, Две тактики социал-демократии в демократической революции, там же, т. 11; его же. Три источника и три составных части марксизма, там же, т. 23: его же, О либеральном и марксистском понятии классовой борьбы, там же; его же, Пролетарская революция и ренегат Каутский, там же, т. 37; его же, О диктатуре пролетариата, там же, т. 39; Лабриола А., Очерки материалистического понимания истории, пер. с итал., М., 1960; Плеханов Г. В., Первые фазы учения о классовой борьбе, Соч., т. 11, М.— Л., 1928; Программа КПСС, М., 1972; Программные документы борьбы за мир, демократию и социализм, М., 1961; Программные документы коммунистических и рабочих партий капиталистических стран Европы, М., 1960; Международное совещание коммунистических и рабочих партий, Прага, 1969; Материалы XXIV съезда КПСС, М., 1971; Кадар Я., О политическом положении и задачах партии, М., 1960; его же, Из опыта классовой борьбы в Венгрии, в его кн.: Избранные статьи и речи, М., 1960; Гусак Г., Избранные статьи и речи, М., 1969; Уроки кризисного развития в Компартии Чехословакии и обществе после XIII съезда КПЧ, М.,1971; Ленинизм и мировое революционное рабочее движение, М., 1969. См. также лит. при ст. Классы.
Г. Е. Глезерман.
О классовой борьбе в истории России. КраткоНародные движения в феодальной России занимают важное место в школьной программе по отечественной истории. И это понятно, в антагонистических обществах борьба между классами, сословиями, сословными группами составляет сущность исторического развития, его сердцевину. Теоретические положения научного социализма о классовой борьбе как движущей силе истории, о решающей роли народных масс в развитии общества прямо и непосредственно проявляются в период всего существования феодально-крепостнического строя.
Тема, связанная с изучением различных проявлений народного протеста против гнета господствующих классов и сословий, занимает особое место в патриотическом воспитании советских людей, особенно молодежи, на примерах героических традиций освободительной борьбы народных масс. Постановления партии и правительства последних лет нацеливают работников идеологического фронта, просвещения, образования на необходимость «воспитания историей», изучения и учета богатейшего исторического опыта прошлых поколений. Одной из важнейших составных частей этого опыта является борьба русского народа за социальное освобождение.
Как известно, при феодализме главными противостоящими друг другу классами являются феодалы (князья, бояре, дворяне, церковники) и крестьяне (государственные или черносошные, частновладельческие, дворцовые, монастырские). Именно их взаимоотношения в общественном производстве и составляют основное антагонистическое противоречие феодальной формации, которое находило выражение в непрерывной борьбе между ними. Последняя принимала разные формы, то пассивные, то активные, они причудливо переплетались между собой.
Помимо основного зависимого класса — крестьянства, существовали и другие эксплуатируемые слои населения: холопы (рабы), посадские люди (ремесленники и торговцы), наймиты,позднее— работные люди на мануфактурах, заводах и фабриках, бобыли, нищие, мелкий служилый люд (стрельцы, пушкари, городовые казаки и пр. ). Как и крестьяне, они подвергались гнету со стороны отдельных лиц (князей, бояр и дворян, купцов и монахов, ростовщиков и пр.
) и феодального государства. И естественно, что все слои феодально зависимого, эксплуатируемого населения, нередко объединяя свои усилия, выступали против феодалов, в защиту своих интересов, попираемых ими.
Далее, поскольку внутри классов и сословий имелись проти* воречия {между боярством и дворянством, светскими и духовными феодалами, титулованной и нетитулованной знатью и т. д.), то междуклассовая борьба нередко сопровождалась и дополнялась внутриклассовыми столкновениями (бедные крестьяне, посадские люди, казаки выступали против своих разбогатевших собратьев — «лучших», «прожиточных», «значных» людей).
В ходе классовых столкновений имели место случаи, когда представители эксплуатируемых (барские холопы-воины, богатые крестьяне и посадские люди) оказывались на стороне феодала ного лагеря. Социальной трагедией угнетенных было то, что они, находясь в составе дружин и армий великих князей, царей и императоров, выполняя их волю, вынуждены были подавлять волнения, восстания своих классовых братьев.
Диалектика исторического развития приводила к тому, что социальные низы оказывались нередко втянутыми в распри, меж-дуусобицы феодалов, борьбу за власть между различными их группировками. Последние всегда пытались опереться на народные низы, использовать в корыстных целях их недовольство ухудшением своего положения — материального, правового, бытового, направить его в нужном для эксплуататоров направлении.
Наконец, феодальный период насыщен национально-освободительными движениями русского и других народов нашей страны, к-оторые довольно часто переплетаются с их классовой борьбой против социального гнета.
. Пестрая, дробная структура тогдашнего общества, сложный характер взаимоотношений между составлявшими его классовыми . силами определили различные проявления классовой борьбы в феодальные времена.
В связи с этим следует подчеркнуть, что не может идти речь о «размытости», отсутствии классовых антагонизмов, классовой борьбы при феодализме. А утверждения подобного рода можно встретить в дооктябрьской русской историографии или в работах современных буржуазных зарубежных историков. Точно так же нельзя сводить выступления социальных низов в феодальной России к простому их участию в борьбе за власть на стороне той или иной придворной группировки.
Между Тем и до сих пор под пером некоторых ученых восставшие в ряде случаев выглядят слепым орудием, игрушкой в руках, власть имущих, феодалов. Подобная тенденция приводит к сильному искажению действительной картины классовой борьбы в России.
При всей сложности и запутанности ряда проявлений классовой борьбы генеральной линией ее исследования должно быть выявление и объяснение с позиций материалистической теории всего комплекса фактов истории народных движений против социального, национального, религиозного угнетения, всех форм классового противостояния, противоборства эксплуатируемых и эксплуататоров в их взаимосвязи и динамике.
Проблема классовой борьбы имеет богатую историографическую традицию и в плане выявления, использования, интерпретации источников, и в плане научного исследования. Различные факты из истории социальных движений нашли отражение в мно-гочисленных источниках. Для ранних эпох их количество сравнительно невелико: летописи и акты (государственно-правовые й частные), повести> и сказания, жития святых и церковные поучения, проповеди. Для более позднего времени (XVI—XVIII вв.) все ’ большее значение приобретают наряду с указанными выше источниками делопроизводственные материалы — приказная и коллежская документация, а также описания, мемуары, дневники, письма современников и участников событий. В эпоху крестьянских войн особое значение имеют документы, вышедшие из рядов восставших, рассказывающие об их взглядах и требованиях, о мероприятиях на территориях, которые попадали под их контроль. Проблема повстанческой документации, «повстанческих архивов» заслуженно привлекает пристальное внимание советских исследователей.
Недостаток источников, неясность и противоречивость их показаний в одних случаях и, наоборот, обилие материалов в других создают немалые трудности для специалистов. Тем не менее в плане изучения и публикации источников по истории классовой борьбы в России X—XVIII вв. к настоящему времени сделано немало.
В последние десятилетия изданы хорошие сборники документов по истории крестьянских войн под предводительством С. Т. Разина и Е.
И. Пугачева, городских восстаний 1662, 1682, 1698 гг. Подготовлены или готовятся публикации документов крестьянской войны начала XVII в.
, допросов Е. И. Пугачева и др.
Вышли в свет исследования о прелестных грамотах и письмах С. Т. Разина, манифестах и указах Е.
И. Пугачева и многие другие.
Изучение истории классовой борьбы в феодальной России имеет почти 300-летние традиции, если говорить об исторической науке в полном смысле слова, ведущей свое начало в нашей стране с XVIII столетия. Предыдущие века были временем накопления исторических знаний. Необходимо подчеркуть, что в ряде источников (повести, сказания, летописи и др.
), помимо исполнения ими основной, так сказать, функции — фиксации и передачи информации, мы можем нередко встретить оценку фактов, в данном случае о классовой борьбе. Таким образом, эти памятники выступают в роли носителей информации не только Источниковой, но и историографической. С этой точки зрения историография (точнее—историческая мысль) классовой борьбы начинается почти с самого ее возникновения.
Во всяком случае уже первые летописные своды XI—XII вв. рассказывают о народных движениях XT в. (восстания в Новгороде Великом 1016 г.
, Суздальской земле 1024 г. , Киевской земле 1068—1071 гг. и др.
В целом период X—XVII вв. дал немало интересного в плане фактического описания народных движений этих столетий. Поскольку источники в основном создавались в лагере феодалов, то и освещение, оценка народных мятежей, бунтов, гилей носит соответствующий, сугубо классовый характер.
Лишь изредка на страницы летописей и повестей прорывается голос страдающей и стонущей «черни», с точки зрения ее интересов дается оценка тех или иных движений. Такова позиция авторов некоторых летописных памятников, повестей о событиях во Пскове начала XVII в. , в Москве 1682 г.
, изученных М. Н. Тихомировым и его учениками.
Разумеется, указанные материалы за X—XVII вв.— это прежде всего все-таки источники, а затем уже памятники исторической мысли, представляющие, конечно, немалый интерес с точки зрения анализа и оценки отдельных моментов классовой борьбы, выявления позиций различных классов и сословий по отношению к ним.
Научное осмысление народных движений прошло с XVIII в. ряд этапов. Дворянская историография XVIII—начала XX в.
, как правило, или замалчивала факты выступлений народа против феодалов, или давала им неправильную оценку, осуждала эти выступления (труды В. Н. Татищева, М.
М. Щербатова, Н. М.
Карамзина, Н. Г. Устрялова, М.
П. Погодина, Д. И.
Иловайского и др. ). Представители буржуазной исторической науки (С.
М. Соловьев, В. О.
Ключевский и др. ) уделяли большее внимание социальной борьбе, ввели в оборот немало новых источников, но и они рассматривали народные движения как акты анархии, нарушавшие нормальное течение государственной жизни.
Лишь с конца XVIII в. возникают направления, обосновывающие демократические, революционные оценки явлений народного протеста в истории России. Они связаны с деятельностью дворянских революционеров (А.
Н. Радищев, декабристы), револю-ционеров-демократов (В. Г.
Белинский, А. И. Герцен, Н.
П. Огарев, Н. Г.
Чернышевский, Н. А. Добролюбов и др.
), революционных народников. С появлением марксистской историографии (Г. В.
Плеханов и др. ) классовая борьба в феодальной России оценивается с позиций научного социализма, хотя и с некоторыми ошибками (недооценка Плехановым роли крестьянства в революционном движении). В полном смысле научная марксистская оценка всего комплекса явлений классовой борьбы в нашей стране во времена феодализма дается в трудах В.
И. Ленина и других большевиков конца XIX—начала XX в.
Ленинская концепция феодализма в России, роли классовой борьбы в ее истории лежит в основе развития советской историографии по этой проблеме. В стране победившего Октября классовой борьбе и революционному движению в прошлом стало уделяться, и это естественно, исключительное, несравнимо большее, чем до 1917 г. , внимание.
В первые годы и десятилетия Советской власти появилось большое число работ по истории народных движений в феодальной России, особенно о крестьянских войнах XVII*—XVIII вв. , которым давались высокие, нередко вое* торженные оценки. Главная заслуга авторов этих трудов состояла в том, что они в противовес буржуазной историографии положили в основу своих разработок марксистско-ленинскую теорию классовой борьбы.
Но большинство работ было, как правило, научно-популярными, их научный, профессиональный уровень нередко являлся невысоким, источниковая база — довольно узкой. То же можно сказать о теоретической их оснащености. Достаточно упомянуть, что крестьянские воины, ряд крупных городских движений XVII в.
(например, Московское восстание 1682 г. — знаменитая «хованщина») квалифицировались как «революции»; в связи с ними писалось о «стихийном коммунизме масс», борьбе «красных» и «белых» и т. д.
Послевоенные десятилетия — время бурного развития советской исторической науки, в том числе и в области изучения истории классовой борьбы в феодальной России. Появляются многочисленные публикации источников, содержащие сведения о народных движениях, сотни научных трудов — статей, заметок, рецензий, наконец, монографий по. истории классовой борьбы в России разных периодов: Древней Руси (М. Н. Тихомиров,В. В. Мавродин), XVI в. (А. А. Зимин, В. И. Корецкий), крестьянской войны начала XVII в. (И. И. Смирнов, В. И. Корецкий и др.), второй крестьянской войны (И. В. Степанов и др.), городских восстаний середины и конца XVII в. (В. И. Буганов, Е. В. Чистякова), третьей крестьянской войны (Е. П. Подъя-польская), четвертой крестьянской войны (группа ленинградских и московских историков во главе с В. В. Мавродиным, Р. В. Овчинников и др.). Изданы обобщающие работы о всех крестьянских войнах в России (И. И. Смирнов, А. Г. Маньков, Е. П. Подъяпольская, В. В. Мавродин, В. И. Буганов). Проведены или ведутся дискуссии по спорным проблемам истории классовой борьбы в феодальной России (о первой крестьянской войне начала XVII в., идеологии и социальной психологии участников крестьянских войн; результативности и историческом значении классовой борьбы русского крестьянства и др.).
Сказанное говорит о важности, сложности и трудности изучения истории классовой борьбы. Несмотря на наличие ряда книг по отдельным темам этой большой научной проблемы, до сих пор отсутствуют обобщающие работы о народных движениях феодального периода в целом. Настоящая книга — первая попытка изложения основных сведений о народных движениях с X в.
, когда отмечены первые факты народного протеста на Руси, до 1775 г. , т. е.
до окончания последней в истории России крестьянской войны. После нее начинается новый этап, во многом качественно отличный от предыдущих, он отмечен появлением в конце XVIII—* первой половине XIX в. демократических, оппозиционных течений, революционных направлений (Радищев и радищевцы, декабристы, революционеры-демократы).
Работа не претендует на полное и систематическое изложение сведений о всех явлениях классовой борьбы за указанные почти девять столетий. Это невозможно и вряд ли необходимо в относительно небольшой книге для учителя. В ней приведены данные об основных, узловых моментах истории борьбы эксплуатируемых с эксплуататорами.
Они рассматриваются в главах, посвящённых отдельным этапам истории классовой борьбы. Последние в ряде случаев совпадают с общепринятой периодизацией истории феодализма в России. Например, в первой главе дается характеристика народных движений в Древней Руси X—первой четверти XII в.
, т. е. в эпоху раннего феодализма.
Следующие две главы посвящены классовой борьбе эпохи феодальной раздробленности, т. е. XII (со второй четверти столетия)—XV вв.
Четвертая глава (о классовой борьбе конца XV—XVI в. ) охватывает время образования и развития единого Российского централизованного государства. В целом эти три главы (вторая, третья и четвертая) посвящены классовой борьбе эпохи зрелого феодализма.
Наконец, раздел из семи глав (с пятой по одиннадцатую) содержит материал о классовой борьбе времени позднего феодализма в России—XVII—-XVIII вв. Отдельные главы этого раздела посвящены каждой из четырех крестьянских войн и классовой борьбе в промежутки между ними. Периодизация, положенная в основу книги, учитывает три фактора — социально-экономическое развитие страны, эволюцию ее государственного строя, динамику классовой борьбы.
«Сквозное» рассмотрение явлений классовой борьбы за без малого девять столетий выявляет динамику ее развития, появление и нарастание новых моментов, особенностей на отдельных ее этапах. Исследование народных движений (причем с непременным учетом социально-экономического фактора, эволюции классовосословной структуры, государственного строя) приводит к выводу об их большом значении в общем развитии страны, решающей роли народных масс в истории. Революционные традиции русского и других народов, уходящие в глубь веков, представляют прекрасную возможность для изучения героических страниц летописи бесстрашной борьбы наших предков за волю, за лучшую жизнь.
Большое познавательное, воспитательное, идеологическое значение темы, посвященной народным движениям в России XI— XVIII вв. несомненно. Изучение этой темы вооружает нас богатым фактическим материалом по истории классовой борьбы, которая непрерывной цепью проходит через указанные столетия, знанием закономерностей развития ее самой и исторического процесса в целом.
Цель настоящего пособия состоит в том, чтобы вооружить учителя истории материалом, который позволит ему успешнее решать задачи, поставленные основными направлениями реформы общеобразовательной и профессиональной школы—-в яркой и доходчивой форме раскрывать пути революционного обновления мира показывать исторические преимущества социализма, * развивать’умения с классовых позиций оценивать события и явления окружающей жизни.
Что стремления одних членов данного общества идут вразрез с стремлениями других, что общественная жизнь полна противоречий, что история показывает нам борьбу между народами и обществами, а также внутри них, а кроме того еще смену периодов революции и реакции, мира и войн, застоя и быстрого прогресса или упадка, эти факты общеизвестны. Марксизм дал руководящую нить, позволяющую открыть закономерность в этом кажущемся лабиринте и хаосе, именно: теорию классовой борьбы. Только изучение совокупности стремлений всех членов данного общества или группы обществ способно привести к научному определению результата этих стремлений. А источником противоречивых стремлений является различие в положении и условии жизни тех классов, на которые каждое общество распадается. «История всех до сих пор существовавших обществ, – пишет Маркс в «Коммунистическом Манифесте» (за исключением истории первобытной общины – добавляет впоследствии Энгельс), – была историей борьбы классов. Свободный и раб, патриций и плебей, помещик и крепостной, мастер и подмастерье, короче, угнетающий и угнетаемый находились в вечном антагонизме друг к другу, вели непрерывную, то скрытую, то явную борьбу, всегда кончавшуюся революционным переустройством всего общественного здания или общей гибелью борющихся классов… Вышедшее из недр погибшего феодального общества современное буржуазное общество не уничтожило классовых противоречий. Оно только поставило новые классы, новые условия угнетения и новые формы борьбы на место старых. Наша эпоха, эпоха буржуазии, отличается, однако, тем, что она упростила классовые противоречия: общество все более и более раскалывается на два большие враждебные лагеря, на два большие, стоящие друг против друга, класса – буржуазию и пролетариат». Со времени великой французской революции европейская история с особой наглядностью вскрывала в ряде стран эту действительную подкладку событий, борьбу классов. И уже эпоха реставрации во Франции выдвинула ряд историков (Тьерри, Гизо, Минье, Тьер), которые, обобщая происходящее, не могли не признать борьбы классов ключом к пониманию всей французской истории. А новейшая эпоха, эпоха полной победы буржуазии, представительных учреждений, широкого (если не всеобщего) избирательного права, дешевой, идущей в массы, ежедневной печати и т. п., эпоха могучих и все более широких союзов рабочих и союзов предпринимателей и т. д., показала еще нагляднее (хотя и в очень иногда односторонней, «мирной», «конституционной» форме) борьбу классов, как двигатель событий. Следующее место из «Коммунистического Манифеста» Маркса покажет нам, какие требования объективного анализа положения каждого класса в современном обществе, в связи с анализом условий развития каждого класса, предъявлял Маркс общественной науке: «Из всех классов, которые противостоят теперь буржуазии, только пролетариат представляет собою действительно революционный класс. Все прочие классы приходят в упадок и уничтожаются с развитием крупной промышленности; пролетариат же есть ее собственный продукт. Средние сословия: мелкий промышленник, мелкий торговец, ремесленник и крестьянин – все они борются с буржуазией для того, чтобы спасти свое существование от гибели, как средних сословий. Они, следовательно, не революционны, а консервативны. Даже более, они реакционны: они стремятся повернуть назад колесо истории. Если они революционны, то постольку, поскольку им предстоит переход в ряды пролетариата, поскольку они защищают не свои настоящие, а свои будущие интересы: поскольку они покидают свою собственную точку зрения для того, чтобы встать на точку зрения пролетариата». В ряде исторических сочинений (см. Литературу) Маркс дал блестящие и глубокие образцы материалистической историографии, анализа положения каждого отдельного класса и иногда различных групп или слоев внутри класса, показывая воочию, почему и как «всякая классовая борьба есть борьба политическая»{65}. Приведенный нами отрывок иллюстрирует, какую сложную сеть общественных отношений и переходных ступеней от одного класса к другому, от прошлого к будущему анализирует Маркс для учета всей равнодействующей исторического развития.
Наиболее глубоким, всесторонним и детальным подтверждением и применением теории Маркса является его экономическое учение. Следующая глава.
Источники:
