Главная особенность социальной организации индийского общества в период средневековья — кастовый строй. Еще в древности сложилось деление общества на четыре варны (сословия): брахманы (жрецы), кшатрии (воины), вайшьи (земледельцы- общинники) и шудры (эта варна возникла позже других и включала в себя различные категории зависимого населения, вплоть до рабов). Уже в гуптский период и даже раньше наблюдались значительные изменения в сословном делении. Если ранее положение человека в обществе зависело от его происхождения, то теперь все большее значение приобретал имущественный статус. Многие брахманские и кшат- рийские роды разорялись. Среди вайшьев шел процесс расслоения. Положение шудров несколько Улучшилось. Традиционное сословное (варновое) деление общества теряло свое прежнее значение. Каждая варна стала делиться на множество каст (по-индийски «джати»). Происхождение многих из них связано с процессом разделения труда и специализацией. Другие касты были по существу племенами, включенными в кастовую систему и получившими определенную социальную функцию. Касты существовали как отдельный институт, однако варны служили как бы ступенями классификации каст по социальному уровню. B раннее средневековье эта классификация не была столь жесткой, как в более позднее время. B ряде случаев касты меняли свои традиционные профессии и даже социальный статус. B процессе формирования феодальных отношений изменялся социальный характер старых варн. Среди брахманов теперь появились землевладельцы, чиновники, военачальники. B состав кшатриев включались раджпуты, которые были не только воинами, но и землевладельцами. Сами раджпуты по тоадиции считали зазорным прикасаться к плугу и обработку земли поручали зависимым лицами (джатам). Ha юге страны военно-земледельческие касты фор- мировались.из шудр. Вайшьями становились купцы и богатые ремесленники. Начиная с гуптского периода развивались особые касты, стоящие вне варновой системы,— неприкасаемые, которые занимали самое низкое социальное положение и выполняли грязную, иногда считавшуюся позорной, работу (мусорщики, уборщики на кладбищах, мясники и т. n.). K ним были отнесены и некоторые отсталые племена. Ha определенном уровне экономического развития профессиональные касты играли положительную роль, так как, будучи наследственными организациями, помогали накоплению производственного опыта. Они являлись, по сути дела, своеобразной формой общественного разделения труда. Однако в дальнейшем касты превратились в тормоз общественного развития, поскольку чрезмерно суровая регламентация и разобщенность групп производителей сковывали инициативу и мешали дальнейшему усовершенствованию производства. Касты изолировали людей друг от друга. Население городов и даже небольших деревень делилось на различные обособленные группы, yxte своим происхождением привязанные к определенному роду занятий. Совершенно исключался переход из одной касты в другую, равно как и браки между представителями равных каст. Кастовая система в целом соответствовала классовому делению общества. Она сглаживала социальные конфликты, утверждая взаимную необходимость каст друг для друга и неизбежность, «святость» неравенства. Bce это способствовало замедлению социально-экономического развития Индии. Другой особенностью социальной структуры индийского общества являлось длительное сохранение замкнутых крестьянских общин, которые в дальнейшем разВивались под влиянием феодальных отношений. B раннее средневековье общины играли значительную политическую роль. Ha севере Индии они включали несколько деревень, а на юге отдельные общины иногда объединяли целые области. Общины вели ирригационные работы, организовывали необходимую взаимопомощь и оборону деревень. Постановления общин нередко высекались на каменных плитах, вмурованных в стены храмов. Феодал в дела общины не вмешивался, он выступал лишь как получатель феодальной ренты с территории, занятой ею. Община базировалась на индивидуальном крестьянском хозяйстве. Общинник владел своим участком земли, передавая его по наследству, мог продавать и покупать землю, хотя община и сохраняла право контроля за отчуждением земли. Земля была обложена поземельным налогом в пользу государства. B деревне кроме полноправных общинников были и неполноправные земледельцы, которых, однако, в раннее средневековье было немного. Большую, роль в общине играли общинный совет и деревенский староста. Отдельные представители этой категории сельского населения фактически превратились в феодалов. Сельская община выполняла определенные организационные функции и использовалась государственной властью в качестве административной фискальной единицы. Достигнутый уровень производительных сил делал все менее и менее выгодным применение рабского труда. Надвигался кризис рабовладельческих отношений. B Индии зарождались элементы феодализма. Продолжается дальнейший процесс развития частного землевладения. B шастрах большое внимание уделяется правам частного собственника и мерам по их защите. За незаконный захват чужойземли был установлен крупный штраф. B течение многих десятилетий за собственником земли сохранялось право на землю независимо от того, обрабатывал ли он ее сам или сдавал в аренду временным владельцам. B эпоху Гуптов появляются специальные грамоты, регистрирующие покупку и продажу земли. Государство по-прежнему старалось держать под своим контролем земельный фонд, а община — затормозить развитие частного землевладения, но процесс сосредоточения земли в частных руках неуклонно прогрессировал. B первые века нашей эры увеличивается число пожалований частным лицам, и постепенно меняется их характер. B предшествующий период пожалования касалось лишь право пользования землей без каких-либо прав над крестьянами. Если многие пожалования раньше были временными — на срок исполнения служебных обязанностей, то теперь они все чаще приобретают наследственный характер. Это укрепляло права частных владельцев и делало их достаточно независимыми от центральной власти. Некоторые виды пожалований все чаще становились вечными, и в грамотах, где они фиксировались, указывалось, что земля передается навсегда, «пока светят солнце и луна». Давая во временное владение земельные участки, государство постепенно начинало предоставлять и определенные льготы владельцу, так называемые иммунитетные права. Затем к владельцам переходят и некоторые функции по управлению этими участками и прикрепленными к земле людьми. Они начинают осуществлять судебные функции, царь освобождает их от необходимости принимать на своих землях царских чиновников, что всегда считалось обязательным. Широкое распространение эта практика получила после V в., когда цари стали передавать уже почти все фискальные, административные и судебные функции частным владельцам. Передавалось даже право на рудники, традиционно считавшиеся царской монополией. Передача государством некоторых своих публичных функций частным лицам оформлялась специальными грамотами, текст которых фиксировался на медных пластинках, получаемых новым владельцем. Такая практика все больше превращала временных землевладельцев в наследственных феодалов и приводила к тому, что крестьяне постепенно подпадали под их власть. Конечно, этот процесс протекал постепенно, и государство еще долго сохраняло многие из своих функций по управлению сельскими областями. Показатель новых явлений в развитии общественных отношений в первые века нашей эры — широкое развитие аренды. Арендаторы, часто лишенные средств и орудий производства, попадали в зависимость от земельных собственников. B древнеиндийских источниках множество свидетельств о «дарении деревень», что означало передачу царем права на сбор налогов в этих деревнях. Земля при этом не передавалась, но менялось лицо, которому крестьяне платили налоги. Постепенно свободные общинники стали зависимыми от частного лица, которое стремилось увеличить свои права на землю. Такие дарения заменяли чиновникам денежное жалованье. Существенные изменения происходили в положении непосредственных производителей — рабов, свободных общинников и наемных работников. Прослеживается явная тенденция ограничить превращение временных рабов в пожизненных. Фиксируются обязанности хозяев, за нарушение которых на рабовладельца накладывался даже штраф. B этот период особенно остро встал вопрос об отпуске рабов на волю. Условия освобождения рабов, особенно временных, были значительно облегчены. «Законы Нарады» подробно описывают обряд освобождения. Хозяин разбивал сосуд с водой, окроплял голову раба и объявлял его свободным. Раб, который попадал в рабство из-за нужды (голода), должен быть освобожден, если он отказывался от питания. Если человек становился рабом за долги, то после выплаты суммы долга с процентами ему Должны были вернуть свободу. B этот период выдвигалось требование запретить обращение в рабство так называемых ариев, т. e. свободного населения страны. Это отражено в знаме-^ нитом трактате «Артхашастра» («Наука о политике», или «Руководство для практической жизни»). Здесь же устанавливались условия, при которых раб мог претендовать на освобождение. C течением времени рабовладельцы стали все чаще наделять своих рабов небольшими участками земли. Такие рабы обязаны были уплачивать оброк и нести всякого рода повинности. Практиковалась сдача земли в аренду при условии выплаты доли урожая. Этот период характеризуется важными экономическими изменениями внутри сельских общин. Рост производительных сил способствовал распаду совместного хозяйства большой семьи на мелкие хозяйства индивидуальньгх семейств. B законах оговаривалось, что при разделе имущества все нажитое членами семьи самостоятельно, будь то отец или сын, является личным достоянием каждого из них и не входит в раздел. Старшему сыну выделялась большая доля наследства, чем прочим сыновьям. Разделение общин на индивидуальные семьи и дробление хозяйств способствовало развитию имущественного неравенства: некоторые семейства беднели и вынуждены были идти в долговую кабалу. B законах упоминаются люди, которые стали рабами из-за материальной нужды, а именно: даса (рабы), «заложившие себя», «отрабатывающие долг», «отдавшие себя на срок», «имеющие питание во время голода» и «обязанные отработать то, что ими было съедено». Именно эти обедневшие свободные общинники и стали необходимой рабочей силой для крупных землевладельцев. Некоторые разоряющиеся общинники шли в кабалу к состоятельным членам своей же общины, при этом наиболее зажиточные из них могли осваивать общинные пустоши и создавать на них более крупные хозяйства. Противоречия внутри индийского общества, возникшие с появлением в нем нового слоя, строившего свое хозяйство уже не на рабовладельческой, а на феодальной основе, привели к ослаблению державы Гуптов и сделали ее неспособной устоять перед натиском кочевников-эфталитов.
Этот союз племен, ранее обитавших в Центральной и Средней Азии, особенно усилился в V в. и стал грозным соперником Сасанидского Ирана и последних правителей Кушанской династии. Эфталитам вначале удалось победить разрозненных царьков, правивших в западных областях некогда могущественной Кушанской империи, а затем одержать внушительные победы над правителями Сасанидского Ирана. Затем они вторглись в Северо-Западную Индию и захватили Гандхару. B этот период произошло первое столкновение Гуптов с гуннами-эфталитами. Война принесла Гуптам финансовые затруднения. Они вынуждены были уменьшить содержание золота в своих монетах, а также сократить количество вариантов выпускаемых монет. При преемнике Скандагупты произошли сильные сепаратистские волнения, и отдаленные провинции стали добиваться независимости от центральной власти. Так, при царе Будхагупте наместник Катхи- авара вместо титула «сенапат» (военачальник) принял титул «махараджа» (великий царь), в этот период не столь уж высокий, и, хотя он все еще формально подчинялся Гуптам, фактически превратился в самостоятельного правителя. Цари Южной Косалы и района Нарбады тоже только формально признавали верховенство Гуптов. Единство империи было нарушено. Кочевые племена эфталитов в начале V в. создали обширное государство. После этого они стали появляться в доішне реки Кабул и у Сулеймановых гор, откуда делали попытки проникнуть на восток — в долины рек Ганг и Джамна и на юг — к Синду, Катхиавару и Мальве. B 490 г. вождем эфталитов стал Торомана, который овладел Гандхарой — областью на северо-западе Индии. Местные правители вступили в союз с ним, что позволило эфталитам уже в 500 г. овладеть Джамна-Гангской долиной, долиной реки Инд (нынешним Раджастханом), Частью Центральной Индии (включая Мальву) и территорией, которая соответствует нынешней Гуджарат и Катхиавар. Сын Тороманы — Михиракула после смерти отца (515 r.) столицей державы избрал Сакалу (Шакалу, ныне Сиалкот) на севере Пенджаба. История Кашмира, написанная индийским историком Кальханой в XII в., повествует об этих событиях: «Потом, когда земля была наводнена ордами млеччхов (варваров)… стал царем его (Тороманы) сын Михиракула, чьи жестокие деяния сделали его подобным богу разрушения… O его приближении становилось известным бегущему от него населению по коршунам, воронам и другим подобным им птицам, жаждущим упиться кровью тех, которые были убиты его воинами». Это вторжение усилило экономический упадок Северной Индии, многие индийские города лежали в развалинах, население было ограблено и перебито. Власть захватчиков оказалась непрочной. Гуты, сохранившие за собой Магадху и правившие ею как данники Михиракулы, около 528 г. нанесли ему поражение. Он сумел удержать в своих руках только Кашмир и Северо-Западную Индию, а после его смерти (около 540 г.) эфгалитское государство перестало существовать и в этой части Индии.
Однако уже с середины V в начали обнаруживаться явные признаки надвигающегося упадка могущественной индийской державы. Политическое ослабление империи было непосредственным результатом кризиса рабовладельческих отношений и зарождения в Индии элементов феодализма.
Сохранившиеся источники слишком ограниченны, чтобы можно было на их основании осветить сколько-нибудь подробно процессы, происходившие в Индии в это время. Несомненным, однако, является то, что достигнутый уровень производительных сил делал всё менее и менее выгодным применение рабского труда. Рабство начало уступать место иной, исторически более прогрессивной форме эксплуатации.
В знаменитом трактате «Артхагпастра» («Наука о политике», или «Руководство для практической жизни»), время окончательной редакции которого относится, по-видимому, к первым векам нашей эры, уже было выдвинуто требование запретить обращение в рабство так называемых ариев, т. е. свободного населения страны.
Автор «Артхашастры» устанавливал также ряд случаев,когда раб мог претендовать на освобождение, и, в частности, категорически требовал от царя, чтобы рабовладельцы отпускали на свободу всех рабов, за которых будет предложен выкуп. Постепенно рабовладельцы стали всё чаще наделять своих рабов небольшими участками земли при условии уплаты такими рабами оброка и несения всякого рода повинностей.
style=”display:inline-block;width:300px;height:250px” data-ad-client=”ca-pub-0791478738819816″ data-ad-slot=”5810772814″>
style=”display:inline-block;width:300px;height:250px” data-ad-client=”ca-pub-0791478738819816″ data-ad-slot=”5810772814″>.
С другой стороны, землевладельцы всё шире и а чал и практиковать сдачу земли в аренду при условия уплаты доли урожая Автор «Артхашастры», говоря о царском хозяйстве, рекомендует отдавать земли, оставшиеся необработанными из-за недостатка рабов, тем, кто соглашается обрабатывать их на условиях уплаты доли урожая.
В «Артхашастре» говорится, что тем земледельцам, которые исправно выполняют свои повинности, царь может давать зерно, скот и деньги.
Предложение автора «Артхашастры» по существу имело в виду организацию особого типа царского хозяйства, в котором уже трудились бы не рабы, а лично свободные земледельцы, ведущие своё собственное мелкое хозяйство, но обязанные платить собственнику земли оброк.
Таким образом, в период правления Гуптов или в непосредственно предшествующие ему столетия в рабовладельческом обществе Индии начали складываться те формы эксплуатации, которые стали господствующими в течение всего индийского средневековья.
Одновременно с процессом перехода рабовладельцев на более прогрессивные методы эксплуатации происходили важные экономические изменения внутри сельских общин. Рост производительных сил в сельском хозяйстве, выразившийся, в частности, в более широком применении железных орудий труда, способствовал распадению совместного хозяйства большой семьи па мелкие хозяйства индивидуальных семейств.
Существовавшие прежде ограничения раздела наследства после смерти главы семьи всё более смягчались. В законах говорилось и о том, что при разделе имущества всё, что нажито членами семьи самостоятельно, будь то отец или сын, является личиым достоянием каждого из них и не входит в раздел.
Закон предусматривал также выделение старшему сыну большей доли наследства, чем прочим сыновьям. Распадение большесемейных общин на индивидуальные семьи с соответствующим; дроблением хозяйства способствовало развитию внутри сельских общин имущественного неравенства.
Отдельные маломощные семейства постепенно беднели до такой степени, что их члены были вынуждены идти в долговую кабалу.
В законах, относящихся к периоду разложения рабовладельческого строя, в перечне различных категорий даса (рабов) всё чаще упоминаются люди, которые стали рабами в результате материальной нужды, а именно: даса, «заложившие себя», «отрабатывающие долг», «отдавшие себя на срок», «имеющие питание во время голода» и обязанные отработать то, что ими было съедено.
Рабовладельцы, вставшие на путь перестройки своего хозяйства на новых началах, черпали необходимую им рабочую силу именно из этой обедневшей прослойки свободных общинников.
Но из числа разоряющихся общинников были и такие, которые шли в кабалу к состоятельным членам своей же общины. Наиболее зажиточные лица внутри сельских общин, используя такой кабальный труд, могли осваивать общинные пустоши и создавать на них хозяйство более крупное, чем это был в состоянии сделать рядовой общинник.
Интересы этой выросшей из самих общин эксплуататорской верхушки вступали в конфликт с интересами крупной рабовладельческой знати, державшей в своих руках государственный аппарат и грабившей через него общины. Гнёт рабовладельческого государства особенно вырос в годы существования державы Гуптов.
Непрерывные войны требовали огромных средств, в связи с чем крестьян постоянно отрывали от ; их хозяйств, привлекали в войска, к строительству дорог и других сооружений, облагали новыми и тяжёлыми налогами. Сопротивление этому гнёту со стороны общинников перерастало в восстания.
Не случайно в литературных памятниках того времени часто повторяются предупреждения государям не доводить общинников до отчаяния, так как это приводит к их бегству в соседние царства или к свержению ими своих государей.
Противоречия внутри индийского общества, а именно появление в нём нового слоя, строившего своё хозяйство уже не на рабовладельческой, а на феодальной основе, и тот острый конфликт, который возник между свободными общинниками и эксплуатировавшим их рабовладельческим государством, привели к ослаблению державы Гуптов и сделали её неспособной устоять перед натиском кочевников-эфталитов.
Однако уже с середины V века начали обнаруживаться явные признаки надвигающегося упадка могущественной индийской державы. Политическое ослабление империи было непосредственным результатом кризиса рабовладельческих отношений и зарождения в Индии элементов феодализма. Сохранившиеся источники слишком ограниченны, чтобы можно было на их основании осветить сколько-нибудь подробно процессы, происходившие в Индии в это время.
Несомненным, однако, является то, что достигнутый уровень производительных сил делал всё менее и менее выгодным применение рабского труда. Рабство начало уступать место иной, исторически более прогрессивной форме эксплуатации.
В знаменитом трактате «Артхашастра» («Наука о политике», или «Руководство для практической жизни»), время окончательной редакции которого относится, по-видимому, к первым векам нашей эры, уже было выдвинуто требование запретить обращение в рабство так называемых ариев, т. е. свободного населения страны.
Автор «Артхашастры» устанавливал также ряд случаев, когда раб мог претендовать на освобождение, и, в частности, категорически требовал от царя, чтобы рабовладельцы отпускали на свободу всех рабов, за которых будет предложен выкуп. Постепенно рабовладельцы стали всё чаще наделять своих рабов небольшими участками земли при условии уплаты такими рабами оброка и несения всякого рода повинностей. С другой стороны, землевладельцы все шире начали практиковать сдачу земли в аренду при условии уплаты доли урожая.
Автор «Артхашастры», говоря о царском хозяйстве, рекомендует отдавать земли, оставшиеся необработанными из-за недостатка рабов тем, кто соглашается обрабатывать их на условиях уплаты доли урожая. В «Артхашастре» говорится, что тем земледельцам, которые исправно выполняют свои повинности, царь может давать зерно, скот и деньги.
Предложение автора «Артхашастры» по существу имело в виду организацию особого типа царского хозяйства, в котором уже трудились бы не рабы, а лично свободные земледельцы, ведущие своё собственное мелкое хозяйство, но обязанные платить собственнику земли оброк.
Таким образом, в период правления Гуптов или в непосредственно предшествующие ему столетия в рабовладельческом обществе Индии начали складываться те формы эксплуатации, которые стали господствующими в течение всего индийского средневековья.
Одновременно с процессом перехода рабовладельцев на более прогрессивные методы эксплуатации происходили важные экономические изменения внутри сельских общин. Рост производительных сил в сельском хозяйстве, выразившийся, в частности, в более широком применении железных орудий труда, способствовал распадению совместного хозяйства большой семьи на мелкие хозяйства индивидуальных семейств.
Существовавшие прежде ограничения раздела наследства после смерти главы семьи все более смягчались. В законах говорилось и о том, что при разделе имущества все, что нажито членами семьи самостоятельно, будь то отец или сын, является личным достоянием каждого из них и не входит в раздел. Закон предусматривал также выделение старшему сыну большей доли наследства, чем прочим сыновьям.
Распадение большесемейных общин на индивидуальные семьи с соответствующим дроблением хозяйства способствовало развитию внутри сельских общин имущественного неравенства. Отдельные маломощные семейства постепенно беднели до такой степени, что их члены были вынуждены идти в долговую кабалу. В законах, относящихся к периоду разложения рабовладельческого строя, в перечне различных категорий даса (рабов) все чаще упоминаются люди, которые стали рабами в результате материальной нужды, а именно: даса, «заложившие себя», «отрабатывающие долг», «отдавшие себя на срок», «имеющие питание во время голода» и обязанные отработать то, что ими было съедено. Рабовладельцы, вставшие на путь перестройки своего хозяйства на новых началах, черпали необходимую им рабочую силу именно из этой обедневшей прослойки свободных общинников.
Но из числа разоряющихся общинников были и такие, которые шли в кабалу к состоятельным членам своей же общины. Наиболее зажиточные лица внутри сельских общин, используя такой кабальный труд, могли осваивать общинные пустоши и создавать на них хозяйство более крупное, чем это был в состоянии сделать рядовой общинник.
Интересы этой выросшей из самих общин эксплуататорской верхушки вступали в конфликт с интересами крупной рабовладельческой знати, державшей в своих руках государственный аппарат и грабившей через него общины. Гнет рабовладельческого государства особенно вырос в годы существования державы Гуптов. Непрерывные войны требовали огромных средств, в связи с чем крестьян постоянно отрывали от их хозяйств, привлекали в войска, к строительству дорог и других сооружений, облагали новыми и тяжёлыми налогами.
Сопротивление этому гнету со стороны общинников перерастало в восстания. Не случайно в литературных памятниках того времени часто повторяются предупреждения государям не доводить общинников до отчаяния, так как это приводит к их бегству в соседние царства или к свержению ими своих государей.
Всемирная история. Том III. М., 1957, с. 61-62.
Источники:
