Экономический кризисвнезапный спадсокращение производства, сопровождающееся банкротством многих предприятий, ростом безработицыпадением курса акций на фондовой бирже и заработной платы Причинымирового кризисаНарушение традиционных хозяйственных связей, взаимные долговые обязательства перегрузили мировую экономику Зависимость мировой экономики после первой мировой войны от состояния экономики США. Кризис перепроизводства в США технологии массового производства, низкий уровень потребления, неравномерное распределение национального дохода Засилье монополий, отказ от государственного регулирования экономикиХарактер кризиса –циклический кризис перепроизводстваЦикл рыночной экономики постоянно повторяющийся цикл экономической активностиэкономический подъёмспадкризисдепрессия (застой, стагнация)оживлениеэкономический подъёмспадкризис…
Особенности экономического кризиса 1929-1933 гг.
Продолжительность кризисав ряде стран продолжался до 1935-1939ггГлубина кризисаобъем промышленного производства сократился на 38%, сельскохозяйственного – на 1/3, мировая торговля – на 1/3Всеобщность мирового кризиса:охватил все капиталистические страны (наиболее пострадали США и Германия); охватил все сферы хозяйства (промышленность, сел/хоз-во, торговлю, финансы); особенно пострадали традиционные отрасли, на новых (химическая, авиационная) отразился менее резко.
Безработица в развитых капиталистических странах достигала 26-30 млн. чел.
Три волны инфляции в капиталистических странах(инфляция– обесценивание бумажных денег, рост цен):
1929-1930 гг. – в аграрных странахсентябрь 1931г. – Англия отказаласьот золотого стандарта фунта стерлингов1933г. – отказ от золотого стандарта доллара США,обесценились валюты 56 странКризис ускорил сращивание монополий и государства,становление государственно-монополистического капитализма,Падение производства продолжалось 37 месяцев. В среднем оно составило 42% и достигло пика в декабре 1932г. Наибольшее падение произошло – в судостроении металлургии, а также в отраслях производства товаров массового спроса.
Одновременно с промышленным происходил и аграрный кризис. ( Также связанный с перепроизводством. ) произошло падение товарных цен – предприниматели не могут погасить долги – сворачивают производство – безработица.
Одновременно происходит массовое банкротство банков, т. к. они не в состоянии разом вернуть все деньги вкладчикам.
В области внешней торговли устанавливается политика протекционизма. В период кризиса только одна Англия оставалась сторонницей фритредерства), а была наиболее зависима от возможности экспортировать свои товары): её рынки оставались открытыми, но таможенные пошлины были значительно увеличены. Однако ее платежный баланс становится пассивным, ее спасает то, что торговый баланс неторговые расчеты: например, оплата за фрахт судов) продолжает оставаться активным.
21 сентября 1931г. прекращается размен английских банкнот на золото – крах стерлинговой системы золотого стандарта. 29 октября 1929г. – начало кризиса в США, начался с резкого падения курса акций на бирже в Нью-Йорке. Свои капиталы потеряло около 17 млн. держателей ценных бумаг – происходит резкое сужение внутреннего рынка. 1932г. – 13 млн. безработных (с учетом неполно занятых – 17 млн.) Уровень производства в автомобиле строении составил около всего20-25%. Вплоть до 1932г. правительство не принимало никаких решительных мер. 1932г.– создание Реконструктивной Финансовой корпорации. 8 ноября 1932г. на выборах победил Ф. Рузвельт ( до этого Гувер) , ставший 32 президентом США , демократ, в должность вступил только 4 марта 1933г. 6 марта 1933г. – закрытие всех частных банков ( для сохранения вкладов на счетах банков, и денег Федеральной резервной системы – золота). 15 марта 1933г. – банки были вновь открыты (открыты были не все банки, а Рузвельт сам заявил, что открытые банки достойны доверия), размен на золото восстановлен, не был. В годы Первой Мировой войны во всех воюющих странах был прекращен размен банковских билетов на золото. Оно было необходимо для осуществления внешних сделок.
Мировой экономический кризис более известный как Великая депрессия начавшийся в 1929 г. и продолжавшийся фактически до 1939 г. Это была самая долгая и тяжелая депрессия, какую когда-либо испытывали промышленно развитые страны. Хотя она возникла в Соединенных Штатах, Великая депрессия вызвала резкое снижение производства, серьезную безработицу и острую дефляцию почти в каждой стране мира. Сроки и тяжесть Великой Депрессии существенно различались в разных странах. Великая депрессия началась в США как обычная рецессия летом 1929 г. Однако спад заметно усилился в конце 1929 г. и продолжался до начала 1933 г. Резкое падение ВВП на 30% и неофициальные данные о миллионах людей, стоящих в очереди за супом или блуждающих по земле как бродяги, свидетельствуют о том, что эти ситуация приобрела катастрофических масштабов. По историческим оценкам уровень безработицы за 1930-е гг. достиг максимума выше 25% в 1933 г. и оставался выше 14% в 1940-х гг. Банковская система стала свидетелем ряда “паник”, в ходе которых вкладчики бросились забирать свои деньги из банков. Многие банки потерпели неудачу под этим давлением, в то время как другие были вынуждены объединиться: число банков в Соединенных Штатах упало на 35% между 1929 и 1933 гг. Реальный объем производства и цены резко упали. Между точками пика и спада промышленное производство в Соединенных Штатах сократилось на 47%, а индекс оптовых цен снизился на 33% (такое снижение уровня цен называют дефляцией). Общая дефляция цен, наблюдаемая в Соединенных Штатах, наблюдается и в других странах. Практически каждая промышленно развитая страна пережила снижение оптовых цен на 30% или более в период с 1929 по 1933 г. Цены на сырьевые товары, которыми торговали на мировых рынках, в этот период еще более резко снизились. Например, в период с сентября 1929 г. по декабрь 1930 г. цены на кофе, хлопок, шелк и каучук были снижены примерно наполовину. В результате условия торговли резко ухудшились для производителей сырьевых товаров. Но самым разрушительным проявлением Великой Депрессии были человеческие страдания. Ни одно десятилетие ХХ в. не было более страшным для людей во всем мире, чем 1930-е гг. Травмы десятилетия включали экономические беспорядки, рост тоталитаризма и наступление (или присутствие) войны. Тем не менее, это десятилетие по-разному вспоминается в различных частях мира. Для граждан США1930-е гг. – однозначно эпоха Великой Депрессии. Банковская паника разрушила веру в экономическую систему, а безработица ограничила веру в будущее. Самая сильная засуха в современной американской истории поразила Великие равнины в 1934 г. Ветровые бури, которые сорвали верхний слой почвы с миллионов акров, превратили всю территорию в огромную пыльную чашу и уничтожили посевы и скот в беспрецедентных количествах. В результате около 2.5 млн. чел. бежали из равнинных Штатов, многие направлялись в Калифорнию, где обещание солнечного света и лучшей жизни часто сталкивалось со скудной реальностью плохо оплачиваемой работы в качестве сельскохозяйственных рабочих-мигрантов. Для американцев 1930-е гг. всегда будут ассоциироваться с изображениями хлебных линий, продавцов яблок на углах улиц, закрытых фабрик, сельской бедности и так называемых Гувервиллей (названных в честь Президента Герберта Гувера), где бездомные семьи искали убежище в приютах. Воспоминания европейцев, напротив, преследуют не их экономические трудности, которые, безусловно, были значительными, а призрак А. Гитлера и его стремление завоевать европейский континент. Великая депрессия, конечно, создала идеальные условия – политическую нестабильность и экономически разоренное и уязвимое население – для захвата власти нацистами и строительства нацистской империи. Следовательно, именно распространение тоталитаризма, а не экономические трудности занимали умы европейцев в 1930-х гг. Аналогичная ситуация сложилась в Азии, где городская и сельская бедность была обычным элементом хозяйственной жизни. Кроме того, 1930-х гг. навсегда связано с распространением и жестокость японских империалистов. Таким образом, в то время как американцы на протяжении большей части десятилетия были озабочены своими собственными внутренними трудностями, европейцы и азиаты столкнулись с другими, более транснациональными проблемами. Американцы были поглощены их “Великой депрессией”, потому что они никогда прежде не сталкивались с таким широко распространенным экономическим провалом. Именно поэтому они, в отличие от своих зарубежных коллег, даже не задумывались о приближении войны или опасностях тоталитаризма до конца 1930-х годов.
Главными причинами мирового экономического кризиса (1929-1933) стали сверх монополизация производства, отсутствие любого его регулирования, диспропорция между ростом объемов производства и уровнем доходов значительной части населения. Платежеспособность населения уменьшилась, и оно не в состоянии было покупать товары, количество которых все увеличивалось.
Промышленный кризис сошелся с аграрным перепроизводством. Аграрный кризис ощутимо ударил по крестьянам. Из-за крайне низких цен, производство сельскохозяйственной продукции стало убыточным, началось массовое уменьшение производства продуктов питания, началось массовое разорение сельских и фермерских хозяйств. А это не могло не сказаться на состоянии внутреннего рынка.
Кризис нанес ощутимый удар мировой торговле. Уменьшение торгового оборота привело к свертыванию международных связей. Конкуренция международных монополий перерастала фактически в открытую торговую конфронтацию между странами. Торговые споры нарушили традиционные основы финансовых взаимосвязей между странами.
Кризис 30-х годов заставил правительство этих стран предпринимать серьезные попытки воздействия на экономическое развитие и предупреждения их разрушительных последствий.
«Великая депрессия» показала неспособность традиционных подходов к решению социально-экономических проблем. В поисках эффективных антикризисных средств в большинстве стран пришли к выводу, что без вмешательства государства из кризиса выйти невозможно. Правительство и деловые круги развитых стран мира прилагали чрезвычайные усилия для выхода из кризиса.
Государство стало одним из факторов стабильности и прогресса в этих странах, в его руках сосредоточилось все больше экономических функций, которые расширялись за счет побочных методов регулирования экономикой. С этой целью широко использовали кредит, субсидии, ссуды из государственного бюджета, регулировалась налоговая система. В большинстве стран проводилась политика протекционизма.
Совместные усилия государства и предпринимателей не только перебороли последствия кризиса, а стали своеобразным гарантом будущей стабильности. Переход к широкому полномочию государственного регулирования позволил восстановить расширенное воспроизведение капитала, найти новые возможности для наращивания экономического и технического потенциала, ослабить остроту социальных конфликтов. Экономический кризис 1929 – 1933 гг.
оказался мировым. Он нарушил все Международные экономические связи, привел к массовому сокращению промышленного производства и других отраслей экономики почти всех государств.
В США закрылось большое количество банков, появилась дефляция и рухнули цены на недвижимость, сокращения промышленного производства в 2 раза, безработица выросла до 12 млн. человек, многие фермеры разорились, урожаю зерновых культур упали в 2 раза. В Великобритании, напротив, Великая Депрессия способствовала оздоровлению экономики и притоку инвестиций в старые отрасли промышленности.
Для Франции этот период завершился потерей ведущих позиций на мировых рынках. В Германии в итоге депрессии к власти пришли национал-социалисты во главе с Гитлером, а в Италии положил начало становлению фашизма, другие страны Европы также значительно пострадали от этого мирового кризиса. В итоге можно сказать, что Великая Депрессия, начавшаяся в США, привела ко Второй мировой войне, которая нанесла неслыханные страдания миллионам жителей Земли.
С конца 2007 г. финансовый сектор США начал испытывать все более серьезные трудности, начавшиеся ранее всего в сфере страхования жилищного строительства (ипотеки). Вскоре крупнейшие компании в этой области обанкротились, развернулся мощный финансовый кризис.
Он быстро охватил всю мировую экономику, вовлекая в свою орбиту другие страны, включая Россию. Политические деятели, представители правительств разных стран и их финансовых секторов, аналитики-экономисты и финансисты, публицисты – все они старались объяснить развернувшийся мировой финансово-экономический кризис, называя разные его причины. Одни склонны были винить деятельность американского правительства, “наводнившего мир своими долларами”; другие искали причины в отказе от золотого стандарта; третьи – в ошибочной денежной политике ФРС и т.
д. , и все эти высказывания, так или иначе, отражали по крайней мере, некоторые стороны кризиса.
Причины кризиса. Прежде всего отметим фактор цикличности в динамике развития как главную причину национальных и мировых экономических кризисов. Но в этой сфере особо важную роль играет целая группа других внутренних и внешних (международных) факторов.
В частности, на развертывание мирового кризиса, начавшегося в 2008 г., действовали, на наш взгляд, кроме фактов цикличности, еще и следующие обстоятельства (причины):
- o глобализация особенно сильно изменила сферу мировых финансов: “сбои” в каком-либо ее звене быстро отражаются на всей системе. Так, “больное звено” финансовой системы – сфера страхования жилищного строительства США (ипотека): банкротства ряда крупнейших корпораций этой сферы мгновенно парализовали всю американскую финансовую, а затем и мировую финансово-кредитную систему. Кризис быстро перекинулся на все страны и континенты, а затем из финансовой сферы перешел в сектор реальной экономики – промышленность, а также международную торговлю;
- o спекулятивные цены на нефть (которые “оторвались” от реального сектора) оказывали мощное давление на движение ссудного капитала. Основными объектами его экспансии оказались две сферы: мировой нефтяной сектор и сектор жилищного страхования в США – здесь сформировали крупнейшие “мыльные пузыри”. Они “взорвались”, мгновенно разрушив многие звенья всей мировой финансовой системы. Особое значение нефти как фактора, в наибольшей мере способствовавшего накоплению противоречий (на стадии подъема), состоит в его сильнейшей “политизированности”. Это повышает уровень его спекулятивного использования инвесторами. Другая сторона проблемы – легкость создания продукта, непрерывное манипулирование объемами добычи странами-производителями, что также необычайно усиливает спекулятивный потенциал нефти, способствует иррациональному формированию ценообразования как на сам этот продукт, так и вокруг него. Не только рынок ценных бумаг, но и целая группа производных инструментов нефтяного рынка (деривативы, хедж-фонды и пр.) начинают играть самостоятельную роль, независимо от реальных потребностей мировой экономики в нефти, способствуя поддержанию спекулятивно высоких цен на этот продукт даже в условиях наибольшего падения потребности в нефти в мировой промышленности (на рынках “нефтяных бумаг”);
- o огромные прибыли в разных отраслях экономики, неоправданно высокая оплата труда менеджеров и высшего персонала компаний и банков играют буквально разрушительную роль в последние два-три десятилетия; менеджеры стали получать немыслимые по размерам оклады и бонусы, несравнимые с целыми эпохами предшествующего многовекового развития всего капиталистического общества. Деньги стали терять свою ценность, труд, вложенный в них, не учитывается, ориентация на некий “рынок”, максимальную прибыль любой ценой – вот что стало определяющей доминантой, пронизывающей современную жизнь делового истеблишмента. В результате теряется чувство социальной ответственности, адекватности, да и уровень менеджерской культуры, увеличивается фактор мошенничества и т.д. Накапливаясь, эти явления превращаются в серьезные проблемы;
- o легкость получения крупных прибылей буквально развратила менеджмент крупных корпораций и крупных банков. Они потеряли приобретенные в предыдущие десятилетия высокий профессионализм и моральную и деловую этику; легко идут на рискованные операции, подвергая опасности всю систему (в силу огромной мощи корпораций и банков);
- o демонтаж сложившейся в 1940-1970-х гг. системы кейнсианского государственного регулирования открыл путь для безудержной спекулятивной деятельности на финансовых рынках. Колоссальное давление так называемых деривативов, стоимость которых перед началом глобального кризиса приближалась к 1 трлн долл., едва не опрокинула мировую финансовую систему, разрушив мировое финансовое равновесие. Эта ситуация сделала крайне уязвимой всю международную систему финансов и торговли накануне кризиса;
- o формирование процессов, ведущих к уничтожению конкуренции в сфере деятельности крупных финансовых институтов и промышленных корпораций, рост сверхмонополизма в силу колоссальных размеров банков и корпораций, подавляющего конкуренцию, – все это вело к увеличению числа рисков в их деятельности. Этот фактор оказывает свое губительное влияние, в частности, он ведет к снижению эффективности и качества менеджмента крупных корпораций и банков (в том числе международных). В результате – неоправданные риски, допускаемые ими в погоне за сверхприбылями; процессы морально-нравственной деградации, когда все помыслы менеджеров и владельцев крупных пакетов акций маниакально устремлены на сверхприбыли как единственной и определяющей цели организации;
- o кризис Бреттон-Вудских финансовых учреждений, созданных еще в конце Второй мировой войны для регулирования мировой финансовой системы (МВФ, ВБ), отсутствие адекватных современной обстановке наднациональных институтов регулирования движения финансовых потоков. Система регулирования оказалась неадекватной в условиях деградирования контрольных механизмов, когда потоки капиталов возросли многократно;
- o неадекватность методологической базы (либеральномонетарные подходы), находящейся в основе современной финансово-экономической политики большинства стран мира (развитых и переходных экономик); некачественное государственное регулирование финансово-экономических процессов; надежды на “саморегулирование” рынка, когда условия для такого “саморегулирования” остались в XIX в.
Банкротства. Гибель гигантских корпораций Fannie Мае и Freddie Mac, а затем банка Leman Brothers стала потрясением для всего американского общества. Достаточно отметить, что суммарные активы этих первых двух ипотечных банков составляли около 6 трлн долл. (для сравнения: ВВП России составлял чуть более 1,3 трлн долл. в 2008 г.). Второй удар кризиса, вторгнувшись в инвестиционные банки, сокрушил такие столпы финансово-банковской системы, как Lehman Brothers (существует около 160 лет) и Merrill Lynch (более 100 лет), входившие в первую пятерку ведущих инвестиционных банков США. Их акции обесценились, вызвав возмущение во всей мировой финансовой системе (в силу колоссальных масштабов деятельности по всему миру). Вот тогда и развернулся глобальный финансовый кризис со всеми его гибельными последствиями.
Американское правительство быстро приняли решение спасти от краха Fannie Мае и Freddie Mac, а также Leman Brothers. Первым двум была оказана помощь в размере 60 млрд долл. , они также были частично национализированы и тем самым спасены от неминуемого банкротства.
Одновременно все их страховые гарантии перешли под государственный контроль. Merrill Lynch был куплен крупнейшим банком Америки – City Bank. Но вскоре и этот гигантский банк сам оказался на грани банкротства.
И снова на помощь приходит государство – ФРС предоставила ему более 20 млрд долл. помощи и государственные гарантии для более чем 300 млрд долл. его обязательств.
Через несколько дней кризис нанес третий сокрушительный удар – на этот раз по крупнейшей в мире инвестиционной группе American International Group Investments (AIG). Компании, входящие в эту группу, управляли активами на сумму более 753 млрд долл. более чем в 60 странах мира.
“Спасательный круг” был брошен правительством и в этом случае (предоставлена помощь 40 млрд долл. ). Затем настала очередь банкротств инвестиционных банков, которым также помогло государство.
По сути, они все подверглись национализации, получив в общей сложности 52 млрд долл. , чтобы не пострадали клиенты. Далее на грани банкротства оказались два прославленных банковских кита Америки – Morgan Stanley и Goldman Sachs; оба обратились с просьбой в ФРС оказать им “помощь” деньгами.
ФРС поручила Федеральному резервному банку Нью-Йорка расширить кредитную поддержку этим двум банкам; первый получил 27 млрд долл. , второй – 15 млрд долл.
Мощный и, казалось, вечный банк Washington Mutual тоже рухнул (на его депозитах хранились средства частных вкладчиков на сумму свыше 300 млрд долл.). Позже чуть не обанкротилась знаменитая биржа NASDAQ, а ее основатель Мэдофф из финансовой группы “Мэдофф” попал в тюрьму со сроком в 130 лет за мошенничество.
Затем настала очередь банкротства таких гигантов автомобилестроения, как “Дженерал Моторе”, “Крайслер”, “Форд”. “Форд” каким-то чудом увильнул от кризиса, а “Дженерал Моторе” и “Крайслер” оказались частично национализированными, чтобы избежать банкротства; взамен они получили многомиллиардные льготные кредиты. Такая же ситуация сложилась в Западной и Восточной Европе, Японии, других азиатских и латиноамериканских странах (кроме Китая), а также в нашей стране.
Повсюду государства вкладывали огромные бюджетные, а по сути народные, деньги в спасение крупного корпоративного капитала. Фактически в спасение всей капиталистической системы было вложено 18 трлн долл. (30% всемирного валового продукта).
Государства оказались единственным кредитором для гибнущей экономики крупных корпораций. Эту ситуацию когда-то и описал Дж. М.
Кейнс, разрабатывая свои спасительные антициклические меры. Стало очевидным, что модель экономики, которая действовала до глобального кризиса, уже непригодна для капитализма XXI в.
Мировой кризис снова показал – в периоды крайнего осложнения процесса воспроизводства рыночной экономики единственным ресурсом, способным спасти саму Систему, является государство. Это происходит вопреки догматическим утверждениям апологетов корпоративной экономики, утверждающих о некоей автоматической саморегуляции в духе теорий Хайека, Фридмена и других сторонников неолиберально-монетарных идей. Это – миф.
Об этом выразительно говорится в Докладе Экономического и Социального Совета ООН (2008 г. ):
“В конце XX в. представление о саморегулирующемся рынке было настоящим идефиксом. Либерализация рынков обещала высвободить образующие богатство факторы свободной конкуренции и готовности идти на риск, а также обеспечить то, что от последующего процветания выиграют все слои общества, а сложившееся в результате положение будет стабильным.
Повышение гибкости рабочей силы, расширение круга собственников активов и облегчение доступа на финансовые рынки должно было позволить домохозяйствам лучше реагировать на сигналы рынка и способствовать сглаживанию колебаний уровней доходов и потребления во времени. А это, естественно, должно было привести к повышению защищенности.
Продвижение этой идеи всегда попахивало авантюризмом. По крайней мере, со времен Адама Смита внимательные наблюдатели понимали, что рынки не обеспечивают саморегулирование, а зависят от наличия целого комплекса институтов, правил, положений и норм, которые помогают сглаживать наиболее деструктивные импульсы, смягчать возможные трения и конфликты, возникающие в ходе их обычного функционирования, и способствовать достижению договоренности относительно порядка распределения прибылей и убытков от деятельности, сопряженной с риском.
Опыт экономического развития в период между мировыми войнами убедил пионеров смешанной экономики после 1945 г. в том, что нерегулируемые рынки склонны не к саморегулированию, а, скорее, к самоуничтожению. Простаивающие производственные мощности, материальные потери, нужда и, в конечном итоге, политические волнения оказались слишком высокой ценой за стабильное денежное обращение и гибкие рынки.
Они провозгласили своей целью “Новый курс”, который удовлетворил бы “стремление к безопасности”, но при этом не свел на нет созидательный импульс, порождаемый рыночной экономикой. Цель полной занятости достигалась бы благодаря активному макроэкономическому регулированию, производство общественных благ обеспечивалось бы посредством расширения налоговой базы, а рынки превратились бы в более предсказуемый источник богатства в результате применения надлежащего комплекса стимулов и мер регулирования. Кроме тесных экономических связей между странами новый консенсус имел бы и международный компонент, обеспечивающий торговые связи и потоки капитала, способствующие достижению этих целей.
Демонтаж системы сдержек и противовесов, сформировавшейся на базе этого консенсуса, протекал в развитых странах неравномерно, и нередко наибольшую готовность в этом отношении проявляли страны развивающегося мира и страны с переходной экономикой, где “шоковая терапия” обещала быстрое достижение позитивных результатов. Многие потрясения и издержки, обусловленные действием нерегулируемых рынков, перекладываются на физических лиц и домохозяйства, а расходы правительств по компенсации этих издержек сокращаются или носят весьма ограниченный характер, причем эта тенденция характерна для всего мира. Применительно к Соединенным Штатам это явление получило название “великого переноса рисков””.
Почти по всеобщему признанию политических и деловых кругов, а также представителей мирового научноэкономического сообщества, многих видных политиков Запада, мировой кризис буквально “взорвал” всю концептуальную базу глобальной экономической системы, проводником которой в России выступала неофициально “новая школа экономики” (неолибералы-монетаристы). Эта школа последовательно проводила в жизнь ту самую экономическую политику, которая была навязана стране в начале 1992 г. Эту политику пытаются проводить в России даже сегодня, сознательно или бессознательно. Главный урок, который уже преподнес мировой финансово-экономический кризис, состоит в следующем: если Великая депрессия 1930-х гг. обозначила конец классического либерализмато современный кризис – свидетельство полного банкротства неоклассического либерализма с его монетарной идеологией.
Вот что говорил П. Самуэльсон в интервью газете “Die welt”: “Сегодня видно, насколько ошибочна была идея М. Фридмена о том, что рыночная система может сама себя регулировать.
Также видно, насколько глупа мысль Р. Рейгана о том, что проблема состоит не в регулировании, а в решении. Теперь все понимают, что напротив, без регулирования не может быть решения.
Вновь стала актуальной кейнсианская идея, что налоговая политика и дефицитное финансирование должны играть важную роль в регулировании рыночной экономики. Хотел бы, чтобы М. Фридмен был жив и мог вместе с нами наблюдать, как проповедуемый им экстремизм привел к фиаско его идеи”.
Как распространяются циклы? Особое значение в накоплении противоречий в экономической системе имеет фактор инвестиций. Для передовых индустриальных стран внутренние или отечественные инвестиции являются, как правило, тем динамическим фактором, который направляет движения дохода и занятости. Для слаборазвитых стран поворот в цикле вызывается обычными изменениями в стоимости экспорта. Для некоторых стран, занимающих промежуточное положение, жизненно важны и внутренние инвестиции, и экспорт, но преобладающее влияние оказывает, по-видимому, экспорт. Но и он зависит от инвестиций, поскольку производить экспортные товары без инвестиций невозможно.
Расширение объема инвестиций в крупных индустриальных странах ведет прежде всего к росту дохода внутри этих стран. Это увеличение дохода, в свою очередь, имеет тенденцию к повышению объема импорта. Расширение промышленности требует увеличения ввоза сырья, а возросшие доходы стимулируют ввоз всякого рода потребительских товаров.
Страны, производящие сырье, ощущают влияние расширения довольно скоро, а несколько позднее это испытывают уже и страны, производящие предметы роскоши и товары, на вывозе которых они специализируются. Экспорт из этих стран растет, что, в свою очередь, оказывает сильное воздействие на национальный доход таких стран, и вскоре они начинают в значительном объеме ввозить промышленные изделия различного назначения. Так замыкается круг: импульсы, ведущие к расширению, передаются сначала в одном направлении и затем распространяются в обратном направлении от страны к стране через механизм международного рынка.
Падение дохода и занятости в крупных индустриальных странах означает крушение рынков экспорта для стран, производящих сырье. А это, в свою очередь, вынуждает их резко сократить свой импорт из передовых индустриальных стран. Так в конечном итоге влияние депрессии передается обратно тем странам, от которых исходит наиболее выраженное циклическое движение.
Воздействие, которое та или иная страна оказывает на процветание в других странах, зависит от ее доли в мировой торговле и от степени колебания ее импорта. В этом отношении США занимают совершенно исключительное положение, поэтому нарушения в их экономике очень сильно сказываются на других странах. Доля США в мировом промышленном производстве составляла от одной трети перед Второй мировой войной до приблизительно половины в 1949 г. и более 20% в начале XXI в. Их огромные импортные запросы особенно чувствительны к колебаниям в потреблении и национальном доходе. Таким образом, США играют доминирующую роль в распространении движения экономических циклов по всему миру.
Источники:
