Ухудшение положения империи в конце правления Александра Севера К концу правления Александра Севера положение в империи очень обострилось. Нуждаясь в деньгах, правительство прибегало к систематической порче монеты, что совершенно обесце нивало деньги и усиливало натуральный характер хозяйства. С этого времени наместники, чиновники, командиры начинают получать жалованье главным образом натурой. В зависимости от ранга было точно определено, кто сколько получал одежды, драгоценностей, повозок, посуды, хлеба, мяса, яиц, лошадей, мулов, рабов для услуг, рабынь-наложниц. В связи с этим на ряд ремесленных коллегий была наложена повинность по поставке государству изготовляемых ими товаров, что в дальнейшем привело к прикреплению ремесленников к их коллегиям. Положение ухудшалось еще войнами с окрепшим государством Сасанидов и началом массового наступления зарейнских и задунайских народэв. Несколько раз вспыхивали солдатские мятежи. Во время одного из них был убит Ульпиан. Наконец, был убит солдатами и сам Александр, отправившийся в поход на Рейн. Императором был провозглашен Максимин (235—238), еще недавно бывший простым фракийским пастухом. Он был взят в армию и выдвинут Септимием Севером за исключительную силу, храбрость и ловкость в военных упражнениях.При Александре он был уже старшим легионным трибуном и ведал обучением рекрутов. Его популярность в дунайской армии была очень велика, его правление носило характер резкой антисенатской реакции. Сенаторы сравнивали его со Спартаком. Некоторые представители современной буржуазной историографии такжэ пытаются изобразить Максимина вождем эксплуатируемых слоев населения. Однако это ни в коей мере не соответствует действительности. Напротив, именно при нем было установлено, что за особо серьезные проступки рабы и «маленькие люди» могут быть сожжены на костре. Земли, в массовом порядке конфискуемые у знати, и возросшие налоги шли на содержание армии и на земельные раздачи ветеранам. Возможно, что к правлению Максимина относится важное нововведение, согласно которому, во изменение старого принципа, землевладелец, живший вне города, не считался его жителем и не был обязан ему повинностями. Эта мера была прямо противоположна политике императоров I—II вв., старавшихся приписать максимум земли и населения к городам. Зато она была выгодна солдатам и ветеранам, получавшим наделы в селах, и имела также целью сберечь свободное сельское население как резерв для армии. Все время своего правления Максимин провел вне Рима, в войнах на Рейне и Дунае, которые велись им довольно успешно. Но его политика чрезвычайно обострила ненависть к нему аристократии. На юге римской Африки несколько, «знатных юношей», вооружив рабов и колонов из своих латифундий, убили сборщика налогов, подняли восстание и провозгласили императорами престарелого наместника Африки знатного и богатого Гордиана и его сына. Извещенный об этом сенат с радостью утвердил их и объявил Максимина низложенным. Началась гражданская война. Против Гордианов выступил стоявший в Нумидии III Августов легион и карфагеняне, в результате чего сторонники обоих императоров были разбиты, асами они погибли. Максимин с дунайской границы готовился к походу на Рим. Сенат собирал по Италии рекрутов, нанимал германцев. В Риме вспыхнул мятеж преторианцев, волновался плебс. Максимин, осаждавший на севере Италии город Аквилею, был убит солдатами. В результате ряда столкновений, агитации и интриг сената, борьбы различных группировок был достигнут известный компромисс, выразившийся в провозглашении императором 13-летнего внука старшего Гордиана — Гордиана III (238—242). При нем африканские магнаты расправились со своими противниками. III Августов легион был расформирован, земли у его ветеранов и солдат были отняты, выступление карфагенян подавлено. С этого времени африканские города, быстро разоряемые усиленным ростом латифундий, начинают приходить в упадок. Недовольство африканских муниципальных кругов сказалось в быстром распространении среди них христианства. Африканская церковь становится к середине III в. одной из самых сильных и крепких христианских организаций. Одновременно начинаются и движения колонов, эксплуатация которых частными владельцами и императорскими кондукторами очень усиливается. Катастрофически растет количество брошенных земель. Кризис империи. Гонения на христиан и укрепление церкви Просенатское правительство Гордиана, как и правительство Александра, пыталось делать ставку не на регулярную армию, а на иррегулярную местную милицию. Недовольные солдаты убили Гордиана во время похода против Персии. При его быстро сменявших друг друга преемниках народные движения принимают массовый характер; достигают своего апогея нашествия «варваров» и поражения римлян. Рабы и колоны соединялись с франками, готами и маврами. Христианский поэт Коммодиан, выражая чаяния угнетенных, приветствует успехи готов, которые должны сокрушить сатанинскую власть Рима. Тогда, писал он, выступит войско «праведных», и после его победы военачальники и богачи станут рабами своих рабов. В начале 50-х годов III в. императором стал ставленник сената Валериан (253— 260), сделавший соправителем своего сына Галлиена. В борьбе с оппозиционными элементами Валериан начал повсеместное преследование христиан. Эдикт его был направлен в основном против возглавлявшего христианские организации клира и христиан из сословия «почтенных людей». Эта политика была уже начата его предшественником, «сенатским» императором Децием, который, не упоминая в своем эдикте христиан, приказал всем жителям империи засвидетельствовать свою лояльность жертвоприношением официальным богам, от чего христиане отказывались и потому карались, как ослушники. Гонения Валериана, особенно задевшие восточные и африканские провинции, способствовали дальнейшему обострению социальных противоречий. Многие богатые христиане, опасаясь конфискации имущества, ссылки и казни, спешили к языческим алтарям или покупали за взятку свидетельство о совершенном ими жертвоприношении. Христианская беднота, движимая надеждой на близящееся царство божие и ненавистью к правительству, гораздо упорней держалась за свою веру. Возникали новые демократические секты, оппозиционные течения внутри самой церкви. С другой стороны, епископы, среди которых в эти годы наиболее заметной фигурой был карфагенский епископ Киприан, сплачивали церковную организацию для борьбы как с демократической оппозицией, так и с правительственными гонениями. Власть епископа становилась абсолютной, христианские церковные организации — крепкими и жизнеспособными. Они практиковали систему широкой благотворительности, которая должна была соединить всех членов в один коллектив. Гонения, в конечном счете, не только не ослабили, но-еще более укрепили христианскую церковь. Император Валериан, взявший на себя управление восточными провинциями, в 260 г. потерпел жесточайшее поражение в войне с персами. Впервые римский император попал в плен к врагам и, как гласит предание, должен был держать стремя своему победителю — царю Шапуру. В плену он и умер. Галлиен и время «тридцати тиранов» Сын Валериана Галлиен (253—268), оставшийся единственным правителем империи, был одной из интереснейших фигур своого времени. Его идеалом был Август, его целью — возрождение империи на старой основе, но при учете нового положения. В армии и в муниципальных кругах он был исключительно популярен. При нем снова появляются исчезнувшие при его предшественниках муниципальные надписи, ряд городов получает новые привилегии, оживляются коллегии. Он пожелал быть афинским архонтом, подобно «филэллину» Адриану, был посвящен в элевсинские мистерии и покровительствовал философу-неоплатонику Плотину. Пытаясь возродить старую римскую религию, Галлиен тем но менее отменил преследования христианства, уже довольно широко распространившегося среди поддерживавших Галлиена кругов. В борьбе со знатью Галлиен запрещал повышать повинности колонов и закрыл сенаторам доступ в армию. Отныне они не могли быть не только легатами легионов, но и наместниками провинций, в которых стояли легионы. Зато перед солдатами открывался путь к высшим военным постам. Галлиен провел реформу армии, соединив конные отряды под одним командованием, что вызывалось возросшей ролью кавалерии у германцев, сарматов, персов и значительно подняло боеспособность римской армии в борьбе с ними. Знать платила Галлиену последовательной ненавистью. Все его мероприятия осмеивались и осуждались. В провинциях начались мятежи, возглавлявшиеся аристократией, желавшей или заменить Галлиена своим ставленником или вовсе отпасть от империи, образовав из провинций независимые государства. В Сирии был провозглашен императором Квиет, сын ближайшего советника Валериана, богатейшего человека империи, обещавшего содержать войско на свой счет. Однако преданные Галлиену солдаты довольно быстро его разбили. Между прочим, за Галлиена и против Квиета активно сражались и христиане. Узурпаторы появлялись и во многих других провинциях, так что этот период получил название времени «тридцати тиранов». В большинстве случаев они удерживались недолго. С некоторыми расправлялись солдаты, иногда их покидала и сама выдвинувшая их знать. Так, например, какие-то попытки к узурпации и отпадению были сделаны в Африке, но как раз в это время там развернулось мощное восстание колонов, возглавлявшихся некиим Фараксеном, вступившим в союз с мавретанскими племенами бавариев и бакватов. В это время в среде мавретанских племен происходят значительные изменения. Они начинают разводить верблюдов, что способствовало улучшению военного дела — мавретанские стрелки, сражавшиеся сидя на верблюдах, представляли значительную силу. Развитие производительных сил и военного дела обусловило возникновение племенных союзов, главы которых принимали титул царей. Мавры, ранее неуклонно оттеснявшиеся римлянами в пустыню, теперь сами переходят в наступление. Многие мавретанские и нумидийские города были разрушены, богачи обложены данью. Местная знать организовала для самообороны отряды из коллегий юношества. В таких условиях порвать с Римом она не решалась. Повидимому, по той же причине потерпели неудачу узурпаторы в Малой Азии и Греции, где вторжения готов сочетались с восстаниями бедноты. Галльская империя и Пальмирское царство Зато Галлия, Испания и Ёритания, отпавшие от империи и провозгласившие императором Постума, просуществовали Самостоятельно 15 лет и были воссоединены с империей лишь через пять лет после смерти Галлиена. Ненависть к Галлиену западных магнатов была особенно сильна, но прирейнские области и армия, как некогда при Клодии Альбине, долго оставались верны центральному правительству. Постум и его преемники вынуждены были пользоваться наемной германской конницей. Галлиен, занятый войнами с франками, аламанами и готским союзом, не мог фактически бороться с Постумом и примирился с существованием «Галльской империи». Галлиену пришлось признать и возникшее на Востоке Пальмирское царство. Оно было создано знатным пальмирцем Оденатом, который сумел, организовав войско из арабов и сирийских крестьян, отогнать персов, опустошавших Сирию после пленения Валериана. Со второй половины III в. арабские племена начинают играть все большую роль. Наивысшего расцвета достигает Аксум. Одновременно арабы продвигаются в сторону границы Месопотамии и Сирии, где возникают независимые, по существу, арабские царства, состоявшие из оседлого и полукочевого населения. Арабские воины, известные римским историкам под именем сарацин, становятся со временем серьезными противниками империи. Их помощь в значительт ной мере обеспечила победу Оденату. Галлиен, сил которого не хватало для борьбы на многочисленных фронтах,, даровал Оденату титул «императора и дука (вождя) Римлян» на Востоке. Однако подталкиваемый враждебными Риму элементами, Оденат постоянно колебался между Галлиеном и Шапуром. Когда его проперсидские тенденции стали брать верх, он был убит своим родственником, невидимому, по наущению Рима. Его вдова Зенобия, правившая вместо малолетних сыновей Одената, после смерти Галлиена окончательно порвала с империей, подчинив своей власти кроме провинций Сирии и Аравии, которыми фактически владел уже Оденат, значительную часть Малой Азии и Египет, где ее поддерживала сильная антпримская партия. Начало движения багаудов Казалось, империя раскалывается на части. Разразилась страшная эпидемия чумы, голод. В Сицилии началось восстание, которое современники сравнивали с восстаниями рабов времен республики. Несколько позже, чем в Африке, видимо, к концу правления Галлиена и Постума, восстание крестьян и колонов началось и в Галльской империи. К восставшим примкнул город Августодун, где было много мелких ремесленников и ремесленников, занятых в императорских оружейных мастерских. Галльские повстанцы получили название «багаудов», что на языке галлов означало «борцы». Они захватывали крупные имения, убивали или изгоняли владельцев. К повстанцам переходили нередко и солдаты. Знать в панике бежала. Впоследствии ее представители с ужасом говорили об этом страшном для них времени, когда «пахари превращались в пехотинцев, а пастухи во всадников». Все большие и большие массы земледельческого населения примыкали к восстанию. Движение багаудов оказало на галльских магнатов то же влияние, что на африканских аристократов движение мавретанских колонов,— они стали искать союза с Римом. Последний галльский император Тетрик, сам крупнейший землевладелец Аквитании, тайно обратился к правившему тогда императору Аврелиану, прося его «завоевать» Галльскую империю и обещая сдать ему свою армию, лишь для вида приняв бой. Аврелиан откликнулся на его просьбу, и Галльская империя была воссоединена с Римской, причем Тетрик получил большие богатства и наместничество на юге Италии. «Иллирийские» императоры События времени Галлиена показали, что возрождение имерии на старой базе невозможно и что правительство должно более, чем до сих пор, считаться с провинциальной земельной знатью. Они показали, что эта знать уже достаточно сильна, чтобы отстаивать свои интересы вплоть до попыток отделения от империи, но вместе с тем недостаточно сильна, чтобы без помощи Рима бороться с народными массами в условиях крайне обострившихся социальных противоречий. Наконец, они показали значительное ослабление связей между восточными и западными провинциями. Все это подготовило изменения, происшедшие в империи к концу III в. В известной мере эти изменения начались уже при непосредственных преемниках Галлиена, убитого в борьбе с восставшим начальником конницы Авреолом. Почти все они были незнатными и небогатыми уроженцами дунайских провинций, сделавшими карьеру в армии. Поэтому их обычно называют «иллирийскими» императорами. Для «иллирийских» императоров характерно стремление укрепить монархическую власть, подавить народные движения и защитить, границы империи. Уже сменивший Галлиена Клавдий II (268—270), получивший наименование «Готского», нанес тяжелое поражение племенам готского союза. Многочисленные пленные были обращены в колонов, военных поселенцев и римских солдат. Эта политика, неуклонно продолжавшаяся всеми последующими императорами, была одобрена сенатом, укрепила крупное землевладение и изменила армию в угодном земельной знати направлении. Правда, поселенные на римских землях франки вскоре восстали и долго опустошали провинции, но все-таки знать считала «варварских» колонов более надежными, чем местных. При Аврелиане (270—275) к империи были вновь присоединены не только Галлия, но и царство Зенобии. Часть восточной знати охотно признала власть Аврелиана, но городские низы и купцы долго не подчинялись, ища помощи в Персии. В Египте шла настоящая война между римской и антиримской партиями. Уже после того, как войска Зенобии были разбиты и сама она взята в плен, в Сирии и Египте не прекращались восстания. В Египте выступил богатейший купец Фирм, заключивший союз с блеммиями, полукочевым народом, жившим к югу от Египта. В бывшей Галльской империи часть знати все еще колебалась между страхом перед багаудами и оппозицией к Риму. Лугдун провозгласил императором Прокула, крупного землевладельца, который смог вооружить 2 тыс. одних своих рабов. Другой «узурпатор», Бонос, пытался заключить союз с захватившими большую часть Галлии франками. Народные восстания. Окончание кризиса III в. При «иллирийских» императорах наивысшего подъема достигают народные восстания. Племена исавров, которых ришшне именовали «разбойниками», опустошали окрестные области Малой Азии; африканские повстанцы доходили до Карфагена; несколько городов в Мавретании и Нумидии было ими взято и разрушено. Римские наместники отваживались лишь на отдельные вылазки против них и их союзников — мавров. Багауды избрали своими императорами Элиана и Аманда и, укрепившись в старинной крепости на острове при слиянии Сены и Марны, наводили ужас на галльских и испанских землевладельцев. При Аврелиане в Риме произошло кровопролитное восстание работников монетных мастерских. Неоднократно волновался римский плебс, требуя новых раздач, что привело к дальнейшему нажиму на ремесленные коллегии. Ухудшалось и положение декурионов, так как Аврелиан в борьбе с запустением земель распространил египетскую практику принудительной аренды и на другие провинции, сделав ответственными за нее декурионов. Солдатам «иллирийские» императоры, с одной стороны, продолжали платить высокое жалованье, с другой — ставили их под более строгий контроль, заставляя работать. Проб (276—282), например, потребовал, чтобы солдаты осушали болота, расчищали леса и насаждали виноградники в Галлии, Паннонии и Мезии. Он, вероятно, хотел наделить их новью, вместо того чтобы отнимать земли у старых владельцев, как это делалось раньше. Во второй половине III в. в борьбе с народными движениями императорская власть принимает все более неприкрыто-монархический характер. Уже Аврелиан официально именовал себя «господином и богом», появляясь в роскошной одежде, подобной одежде персидских царей. Он же сделал новую попытку ввести единый государственный культ, объявив верховным богом солнце, а императора — как бы соправителем верховного божества, однако в отличие от Элагабала Аврелиан организовал культ солнца не в восточной форме, а наподобие римского культа Юпитера. К 80-м годам III в. политический кризис был в основном преодолен, внешние вторжения приостановлены, распавшаяся империя вновь объединилась. Большое количество пленных было расселено в качестве колонов на императорских и частных землях. С частью племен были заключены договоры, согласно которым они получали места для поселения в пограничных районах и должны были служить в пограничных военных частях. Это способствовало временному возрождению военной мощи империи и несколько укрепило ее экономическое положение. Путем жестокого нажима господствующему классу удалось на некоторое время затормозить кризис рабовладельческого способа производства, сохранить империю, которая была нужна ему для подавления сопротивления всех эксплуатируемых. Восстановление империи сопровождалось значительными изменениями в ее социальном и политическом строе. События III в. нанесли тяжелый удар по тем слоям рабовладельцев, которые составляли главную опору принципата,— муниципальной знати, городским землевладельцам. Разнообразные данные показывают, что с конца III в. в большинстве провинций рабовладельческие виллы и города все более вытесняются огромными имениями, основанными, главным образом, на эксплуатации колонов и посаженных на землю рабов. Эти имения, а также сохранившиеся еще в ряде провинций села свободных крестьян играют важную роль в хозяйственной жизни империи. Здесь развивается теперь ремесло, в котором заняты рабы (в латифундиях) и свободные работники (в селах), возникают рынки. Значительная часть населения перемещается из городов в сельские местности. Разорившиеся городские землевладельцы нередко становятся колонами в имениях крупных собственников. Территории большинства городов, особенно на Западе, в несколько раз уменьшаются. Многократные попытки императорской власти приостановить неумолимый процесс упадка городов, сохранив их как организацию класса рабовладельцев, оказывались тщетными. Все это меняло соотношение сил внутри империи, которая из органа господства широкого и неоднородного блока рабовладельцев Средиземноморья превращается все больше в орган господства их верхушки — крупных земельных магнатов и сравнительно небольшого слоя городских богачей, сохранившегося главным образом в восточных провинциях. Представляя их интересы, она действует теперь как машина подавления не только в отношении рабов, но и колонов, закабаляемых крестьян, поселенцев-«варваров», городских налогоплательщиков. Источник: Всемирная история. Энциклопедия. Том 2. (1957 г.)
первую очередь от префектов претория. Вначале эту должность занимал Тиместей, который женил молодого императора на своей дочери и полновластно управлял имперргей от его имени.
Ho после того, как Тиместей умер, войска присудили Гордиана назначить на пост префекта уроженца Аравии военачальника Филиппа. Тот вынудил Гордиана III провозгласить себя соправителем, а чуть позже, во время войны с персами, организовал искусственный недостаток продовольствия, чем спровоцировал расправу воинов с императором и провозгласил себя единовластным правителем (244г.). После этого Филипп Аравитянин поспешно заключил мир с персами, уступив им спорные территории в Месопотамии и заплатив большую контрибуцию. Сам же он отправился в Рим. Филипп стремился побороть неприязнь сената и массы римского плебса, которые были недовольны господством чужеземца. С этой целью в 247 году Филипп Аравитянин организовал роскошное празднование «тысячелетия» города Рима. Однако и это не придало ему популярности в сенате и среди плебса. В 249 году начались восстания в легионах, которые стояли на нижнедунайской границе. Чтобы навести порядок, Филипп Аравитянин отправил туда энергичного сенатора Деция. Когда же уполномоченный императора прибыл на место, восставшие воины, угрожая ему расправой, потребовали согласия Деция на то, чтобы провозгласить его императором и повести войска против непопулярного Филиппа. Децию не оставалось ничего другого как вторгнуться в Италию вместе с армией. Близ Вероны он разгромил войска Филиппа Аравитянина, который погиб (249г.). Так правителем империи стал император Деций. Он при Поддержке римского сената пытался укрепить административный аппарат империи. Кроме этого, Деций старался укрепить государственный культ почитания «гения» императора, объявив его обязательным для всех подданных Римской Империи. Подобные шаги предпринимались.до него ины- Ни императорами, но Деций пошел дальше своих предшественников. Он запретил все другие культы и религиозные общины, а открытое исповедование или проповедь какой- либо иной религии были приравнены к государственному Преступлению (250 г.). Это привело к массовым репрессиям по отношению к последователям различных восточных культов, особенно жестоко пострадали члены христианских религиозных общрш: многих из них бросргли в тюрьмы, а некоторых казнили. Через несколько месяцев после начала своего правления император Деций вынужден был направиться к дунайской границе, чтобы защитить Балканские провинции империи. ; К середине III века н.э. в Центральной и Юго-Восточной j Европе сложились крупные племенные объединения, ко- торые стремились расширить свои территории. В это время германские племена готов передвинулись с берегов Балтий- ского моря и расселились на полуострове Херсонесе Таврическом (в Крыму) и на северо-западном побережье Понта Евксинского — Черного моря. Отсюда готы совершали набеги на Южное и Западное побережье моря. В 250 — начале 251 года готы объединились с другими племенами в огромное ополчение. Они перешли Дунай и стали опустошать Me-* зию и Фракию. Борьба войск Деция с готами и их союзниками была упорной и шла с переменным успехом. Вначале Деций потерпел поражение в битве под Наисом (совр. Ниш), после этого он реорганизовал войска и нанес удар по противнику, который был вынужден отступить к Дунаю. В ходе кровопролитного сражения римским войскам удалось одержать победу, но в бою погиб сам император и его сын (251г.). Гибель императора Деция спровоцировала новую ожесточенную борьбу за власть. За последующие два года (251 — 253 гг.) в империи трижды менялись императоры. В 253 году рейнские легионы провозгласили императором одного из сторонников Деция — знатного сенатора Валериана, которого признал римский сенат и провинциальные рабовладельцы. Он же объявил своим соправителем собственного сына Галлиена. Годы правления Валериана (253 — 260 гг.) и Гал- лиена (253 — 268 гг.) были периодом максимального углубления кризиса и внутренней анархии в империи. В эти годы резко ухудшилось положение на границах. Готы и другие племена непрерывно вторгались из- за Дуная в Балканские провинции. Многие из них (Me- зия, Фракия, Македония, Паннония) были жестоко разорены. Готы сожгли много городов и множество сель’ ских поселений. Кроме того, осложнилось положение на рейнской границе. Это произошло из-за того, что среди германских племен к этому времени сложилось два круп’ ных племенных союза — франков и алеманнов. Их войска стали постоянно совершать набеги не только на пограничные провинции (Верхняя и Нижняя Германия), но H вглубь Галлии, доходя до Пиренейских гор и Северной Испании. He лучшее положение складывалось в Северной Африке, которая страдала от набегов кочевников Маврета- нии, а Египет — от нашествия кочевых племен блеммиев. На восточной границе все больше и больше активизировались персы, которые в конце 50-х годов III века под предводительством персидского царя Шапура вторглись в Месопотамию и разгромили местные легионы, а также овладели рядом городов. Положение было настолько серьезным, что Валериан оставил Галлиена управлять западной частью империи, а сам вынужден был отправиться на восток. Ему удалось вытеснить персов из Сирии, но вскоре после этого его армия возле города Эдесса в Западной Месопотамии была окружена и уничтожена, сам он попал в плен (260 г.). Пленение Валериана вызвало политическую анархию. В Египте, Галлии и других провинциях местные военачальники стали провозглашать себя императорами. Фактически власть Галлиена признавалась только в Риме и Италии, положение его было невероятно хрупким, так как усилились набеги готов, которые громили уже прибрежные города Малой Азии и Греции, алеманны прорвались в Северную Италию и угрожали самому Риму. He дождавшись помощи от центральной власти, население Греции, Малой Азии, Сирии, а также других провинций само стало организовывать оборону. Такгш образом в 262 году правитель города Пальмира Оденат разбил персидское войско, которое вторглось в Сирию и Каппадокию, отбил у него добычу и пленных. После этой победы Оденат был фактическим правителем восточных провинций Римской империи (264 г.). Таким образом, римская держава как политическое целое в этот период не существовала. Положение внутри страны осложнилось рядом восстаний. На острове Сицилия вспыхнуло крупное восстание рабов, Кроме того, восстали жители в горной Исаврии и на юго- востоке Малой Азии, а также колоны в ряде областей Галлии. В Средиземном море вновь появились разбойники-пираты, о которых торговцы фактически уже успели забыть. Казалось, сама природа противится существованию империи — в разных провинциях произошли землетрясения, Повсюду вспыхивали эпидемии. Галлиен вынужден был прибегнуть к чеканке неполноценных монет, чтобы покрыть потребности пустой казны. Это сразу же отразилось на торговле: деньги настолько обесценились, что торговый обмен вновь стал чисто натуральным. Дошло до того, что натуральными продуктами стали выплачивать жалование воинам и чиновникам. Натурой же собирали налоги. Все это привело к тому, что в 268 году Галлиена, который потерял всяческий авторитет, убили заговорщики. Они провозгласили императором иллирийца Клавдия. Хочется поподробнее остановиться на личности императора Галлиена, потому что подобный бесславный конец был отнюдь не следствием его отрицательных личных черт, все дело в том, что править ему пришлось в неблагодарное и жестокое время. На самом деле он является одной из интереснейших фигур своего времени. Идеалом Галлиена был император Август, а его целью – возрождение империи на старой основе, но при учете нового положения. В армии и в муниципальных кругах Галлиен был исключительно популярен. При нем вновь появились исчезнувшие при предшественниках муниципальные надписи, ряд городов получили новые привилегии, оживились ремесленные коллегии. Галлиен пожелал стать афинским архонтом, подобно «филэллину» Адриану. Он был посвящен в элевсинские мистерии и покровительствовал философу- неоплатонику Плотину. Галлиен пьггался возродить старую римскую религию, хотя, в то же время отменил преследование христиан, которое уже широко распространилось в поддержавших Галлиена кругах. Борясь со знатью, он запрещал повышать повинности колонов и закрыл сенаторам доступ в армию: отныне они не могли быть не только легатами легионов, но и наместниками провинций, в которых стояли легионы. Зато перед солдатами теперь был открыт путь к высшим военным постам. Галлиен провел реформу армии, соединив конные отряды под одним командованием, что было вызвано возросшей ролью кавалерии у германцев, сарматов, персов и значительно подняло боеспособность римской армии в борьбе с ними. Знать ненавидела Галлиена. Все его мероприятия осмеивались и осуждались ею. Мятежи в провинциях всячески поощрялись и даже возглавлялись аристократией, которая желала заменить Галлиена своим ставленником или вовсе отпасть от империи, образовав из провинций независимые государства. Так в Сирии был провозглашен императором сын ближайшего советника Валериана Квиет. Он был одним из богатейших людей империи и обещал содержать войско за свой счет, но преданные Галлиену солдаты быстро его разбили. Следует отметить, что за Галлиена и против Квиета активно сражались христиане. Подобные Квиету узурпаторы появлялись и во многих других провинциях, так что этот период получил в истории название времени «тридцати тиранов». В большинстве случаев они удерживались недолго: с некоторыми расправлялись сами солдаты, иногда их покидала выдвинувшая их знать. Когда, например, была сделана попытка к узурпации и отрыву от империи провинции Африка, в ней развернулось мощное восстание колонов, которое возглавлял Фараксен. Он вступил в союз с мавретанскими племенами бавариев и бакватов. Следует отметить, что в эти времена мавретанские племена переживали период своего роста. Они начали разводить верблюдов, что способствовало улучшению военного дела. Мавретанские стрелки, которые сражались, сидя на верблюдах, представляли в те годы значительную силу. Кроме того, развитие производительных сил и военного дела обусловили возникновение племенных союзов, главы которых принимали титулы царей. Мавры, ранее постоянно теснимые римлянами в пустыню, теперь сами перешли в наступление. Многие мавретанские и нумидийские города были разрушены, а богачи обложены данью. Местная знать была вынуждена организовать самооборону. Создавались отряды из коллегии юношества. В подобных условиях порвать с Римом провинциальная знать не решалась. По-видимому, по этой причине потерпели неудачу узурпаторы в Малой Азии и Греции, где вторжения готов сочетались с восстаниями бедноты. Иначе развивались события в Галлии, Испании и Британии, которые отпали от империи и, провозгласив императором Постума, просуществовали самостоятельно пятнадцать лет. Воссоединены с империей они были лишь через пять лет после смерти Галлиена. Ненависть западных магнатов к Галлиену была особенно сильной, но, тем не менее, прирейнские области и армия, как при Клодии Альбине, долго оставались верными центральному правительству. Постум и его преемники пользовались услугами наемной германской конницы, а Галлиен, занятый войнами с франками, алеманнами и готским союзом, фактически не мог бороться с Постумом и примирился с существованием «галльской империи». Пришлось Галлиену признать и возникшее на востоке Пальмирское царство, о котором уже сообщалось выше. Немного позже, чем в Африке, в конце правления Галлиена и Постума, началось обширное восстание колонов и крестьян Галльской империи. К восставшим примкнул город Августодун, где было много императорских оружейных мастерских. Галльские повстанцы получили название «багаудов», что на языке галлов обозначало «борцы». Они захватывали крупные имения, убивали или изгоняли из них владельцев. К повстанцам нередко переходили и солдаты. Знать в панике бежала. Впоследствии ее представители с ужасом говорили об этом страшном для них времени, когда «пахари превращались в пехотинцев, а пастухи — во всадников». Все большие и большие массы земледельческого населения примыкали к восстанию.
Так же как африканские магнаты, теснимые мавретан- скими колонами, галльские магнаты, напуганные движением багаудов, стали искать союза в Римом. Последний галльский император Тетрик, сам крупнейший землевладелец Аквитании, тайно обратился к правившему тогда им- ператору Аврелиану, прося его «завоевать Галльскую им- перию» и обещал сдать ему свою армию, приняв бой лишь для вида. Аврелиан удовлетворил его просьбу и Галльская империя была воссоединена с Римом. Следует отметить, что Тетрик получил за это большие богатства и наместничество на юге Италии.
Ромейско-хазарские отношения и политический кризис в империи в VII — начале VIII в.
После распада Тюркского каганата к 635 г. в степях Приазовья, в результате объединения тюркских племен, образовалась новая политическая сила — Великая Болгария. Во главе этого государственного образования стал хан Кубрат.
Одновременно с Великой Болгарией в прикаспийских степях образовалось другое тюркское объединение — Хазарский каганат. За короткий промежуток времени хазары подчинили себе прикаспийские земли и степи Северного Кавказа. Уже в середине VII в.
, после смерти хана Кубрата, под ударами хазар Великая Болгария распалась. Большинство болгар во главе с ханом Аспарухом ушло за Дунай и образовало Болгарское царство. Часть болгар отошла в междуречье Волги и Камы.
По сведениям ромейских источников, в начале 680-х гг. хазары напали на «все селения за Понтом Эвксинским», то есть на поселения азиатской и европейской части Боспора. По мнению исследователя А. И. Айбабина в 686-687 гг. ими была уже захвачена и столица Боспора{86}. В приморской части города, на руинах разрушенной ромейской крепости, хазары возвели свою цитадель, где разместили гарнизон. Рядом с цитаделью строились дома-пятистенки. Двор, примыкавший к домам, огораживался. Боспор стал центром хазарских владений в Крыму. Вместе с хазарами, в восточный и центральный Крым проникли подвластные им болгары. Проникновение хазар на полуостров сопровождалось значительными разрушениями. Кроме столицы Боспора, были захвачены и разрушены все населенные пункты на Керченском полуострове и в восточном Крыму. К началу VIII в. хазары установили свой протекторат над территорией страны Дори и, возможно, на некоторое время над Херсоном, пытаясь влиять на политическую жизнь империи.
Показательны в этом отношении события, связанные с дворцовыми переворотами в правление Юстиниана II, благодаря которым Крым стал центром важнейших политических событий, разыгравшихся в империи. Император Юстиниан, отличавшийся деспотическими формами правления, был низложен в 695 г. и отправлен в ссылку в Херсон. Ко всему прочему, его искалечили — отсекли нос, почему он и был прозван Ринотмитом (Безносым). Благодаря «Хронографии» ромейского автора Феофана Исповедника хорошо известны все перипетии этих событий{87}. Херсонесцы не жаловали Юстиниана, и, считая его деспотом, просили императора Тиверия (698-705 гг.) убрать от них этого ссыльного. Ринотмит взаимно возненавидел херсонесцев. Он бежал из города к хазарскому кагану, а тот выдал за него замуж свою кровную сестру. В крещении она получила имя Феодора. Но император Тиверий сумел восстановить кагана против Ринотмита и уговорил подослать к нему убийц. Получив предупреждение от Феодоры, Юстиниан бежал с небольшой дружиной к устью Дуная, а далее в Болгарию. Там он договорился о союзе с болгарским князем Тервелем и в марте 705 г. болгарские войска уже стояли под Константинополем. Ночью с кучкой смельчаков Юстиниан Ринотмит лично пробрался в город через водосточный канал, отворил ворота, впустил болгар, вернул себе престол и самым жестоким образом покарал своих противников. В 710 г. он решил, что пришло время отомстить херсонесцам, и послал огромный флот с армией в Крым для карательной экспедиции. Карательная армия перебила всю знать в Херсоне, часть населения города спаслась бегством. Войска пощадили лишь юношей, девиц и детей. Узнав, что не перебиты все херсонесцы, Ринотмит потребовал к себе главнокомандующего со всеми пленниками. На корабли погрузили огромное количество народа, и флот двинулся к Константинополю. Но буря потопила его, а вместе с ним 73 тысячи человек. Весной 711 г. император, не утоливший своей мести, послал в Крым новую карательную экспедицию. Войска блокировали Херсон и начали его осаду. Но тут к городу подошли отряды хазар, которые установили перемирие. Входе переговоров войска и флот изменили Юстиниану и присягнули вместе с херсонесцами ссыльному ромейскому сановнику Филиппику-Вардану. Его же поддерживал и хазарский каган. Филиппик-Вардан двинулся на столицу и взял ее без боя. Ринотмит был схвачен и казнен вместе с сыном. Вардан взошел на ромейский престоле (711-713 гг.).
Из «Хронографии» VIII в. Феофана Исповедника об осаде Херсона экспедиционным войском Юстиниана Ринотмита в 711 г.{88}: «Юстиниан, снарядив второй флот, посылает патрикия Мавра Бесса, дав ему для осады таран, манганики и другие осадные машины, и приказывает ему сровнять с землей стены Херсона и весь город, ни единой души не оставлять в живых, а о происходящем извещать era часто донесениями. Мавр, как только переправился, разрушил башню, называемую Кентенарисий, и ближнюю к ней, называемую Сиагр, но тут пришли хазары, и наступило перемирие. Вардан, бежав, прибыл к кагану. Покуда флот бездействовал, и в то же время не осмеливался вернуться к василевсу, ромеи низложили Юстиниана, а Вардана провозгласили василевсом и попросили кагана выдать им Филиппика (Вардана). Но каган потребовал от них дать обещание не предавать Вардана и доставить ему за каждого человека по номисме. Тотчас дав это, они получили василевсом Филиппика».
К середине VIII в. Ромейская империя вернула Херсон под свое полное управление. Поселения и крепости горного Крыма находились под протекторатом хазар, но составляли с Херсоном единую епархию и находились под культурным и экономическим влиянием империи.
К середине века горная Таврика стала проявлять тенденции к политической автономии. По свидетельству источников, во главе области тогда стоял «господин Готии», которому подчинялись архонты крепостей. Но при обозначении данной местности в источниках светского происхождения чаще использовался термин «Климаты».
Следующая глава.
Page 2
Жак Ле Гофф. Цивилизация средневекового Запада. М.
, 1992. С. 7.
Page 3
Тихомиров М.Н. Византия и Московская Русь // Исторический журнал, 1945. № 1-2; Он же. Исторические связи русского народа с южными славянами с древнейших времен до половины XVII в. // Славянский сборник. М., 1947. С. 125-201. (Переизданы в кн.: Тихомиров М.Н. Исторические связи России со славянскими странами и Византией. М., 1969.)Следующая глава
Page 4
Шмидт С. О. Послесловие ко 2-му изданию, исправленному и дополненному // Тихомиров М.
Н. Древняя Москва XII-XV вв. Средневековая Россия на международных путях XIV-XV вв.
М. , 1992. С.
307. Также см, Шмидт С. О.
О наследии академика М. Н. Тихомирова // Вопросы истории, 1938, № 2, с.
115-123; Он же. Памяти учителя (Материалы к научной биографии М. Н.
Тихомирова) // Археографический ежегодник за 1965 год. М. , 1966.
С. 20.
Следующая глава.
Page 5
Тихомиров М. Н. Древняя Москва XII-XV вв.
Средневековая Россия на международных путях XIV-XV вв. М. , 1992.
Page 6
Наследова Р. А. Вторжение славян и их расселение на территории Византийской империи // История Византии.
Т. 1. М.
, 1967. С. 337-353.
Источники:
