Агрессивная политика правительства Танака

Танака выдвинул новые принципы внешней полити­ки, заключавшиеся в том, чтобы посылать японские войска, где представителям Японии угрожает опас­ность, а также предложил отделить от Китая Мань­чжурию и Монголию, с тем чтобы помешать распро­странению там китайской революции. В эти же годы стал известен документ, называемый «меморандум Танака», в котором излагались планы завоевания Китая, Индии, стран Юго-Восточной Азии, а затем России и даже Европы. Подлинник этого документа до сих пор не обна­ружен, в связи с чем многие японские и иностранные исследователи считают его поддельным, однако последующая политика Японии слу­жит достаточно веским обоснованием противоположного мнения.

В многочисленных и идентичных между собой копиях мемо­рандума объявлялось: «Ради самозащиты и ради защиты других Япония не сможет устранить затруднения в Восточной Азии, если не будет проводить политику «крови и железа». . .

Для того чтобы завоевать Китай, мы должны сначала завоевать Маньчжурию и Монголию. Для того чтобы завоевать мир, мы должны сначала завоевать Китай. Если мы сумеем завоевать Китай, все остальные малоазиатские страны, Индия, а также страны южных морей будут нас бояться и капитулируют перед нами».

В агрессивные планы вхо­дило нападение на СССР. Растущие империалистические противо­речия с главной державой капиталистического мира были отражены в меморандуме в словах: «. .

. мы должны будем сокрушить США».

Надо отметить, что приход к власти кабинета Танака и его поли­тика были обусловлены определенными обстоятельствами обще­ственной жизни страны. В 1927 г. темпы экономического развития замедлились, наметился даже некоторый спад.

Ухудшилось и без того тяжелое положение трудящихся: происходила дальнейшая «ра­ционализация» производства, повлекшая за собой массовые уволь­нения. Пролетарские политические партии и профсоюзы возглавили борьбу рабочих против наступления монополий. Эта борьба активизировалась в связи с тем, что правительство для ока­зания помощи терпящим крах банкам и фирмам увеличивало нало­ги, перекладывая таким образом тяжесть кризисной ситуации на плечи рабочих и крестьян.

В феврале 1928 г. были проведены выборы по избирательному закону 1925 г. Разогнав парламент, вынесший ему вотум недоверия, кабинет Танака провел выборы в обстановке коррупции, жестокого полицейского нажима на избирателей. Несмотря на террор и произвол, левые партии получили на выборах около полумиллиона голосов; от рабоче-крестьянской партии, действовавшей в контакте с КПЯ и собравшей 200 тысяч голосов, в парламент прошли два кандида­та, один из которых — Ямомото был убит после первого же своего выступления.

15 марта 1928 г. были проведены аресты в крупных центрах — То­кио, Осака, Киото, а затем по всей стране. Эти полицейские репрессии получили названия «инцидент КПЯ» и «буря 15 марта», потому что первый удар был нанесен по КПЯ.

Но в действительности среди мно­гих тысяч арестованных наряду с членами компартии было брошено в тюрьмы много некоммунистов, профсоюзных активистов и прогрес­сивно настроенных трудящихся. Репрессии, начатые весной 1928 г. , продолжались и в последующие годы, особенно во время мирового экономического кризиса.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Предложения Хирота легли в основу пятилетнего, плана развития военной промышленности и шес­тилетнего плана производства вооружений, а все вместе — составило комплекс реформ фашистского характера, получивших в дальнейшем название «новой экономичес­кой» и «новой политической структуры».

Осуществить эту программу довелось не Хирота, а правитель­ству князя Коноэ, пришедшему к власти в 1937 г. Коноэ был тесно связан с военными, финансово-промышленными концернами (дзай-бацу) и придворными кругами. Он смог добиться консолидации пра­вящей верхушки на базе признания военной программы и сохране­ния прерогатив парламента. При этом Коноэ умело проводил курс на установление военно-фашистской диктатуры, именовавшейся им «новая национальная структура», и на установление «нового поряд­ка в Восточной Азии».

Были распущены все политические партии, коммунисты и акти­висты демократического движения посажены в тюрьмы. Идеологи­ческую основу фашистских преобразований составило поклонение императору, а организацией, мобилизующей нацию на решение по­ставленных задач, стала «Ассоциация помощи трону» и ее преемни­ца «Политическая ассоциация помощи трону». Они были созданы по принципу бюрократической, а не партийной структуры.

Все это со­провождалось политикой усиления террора, милитаризацией внут­ренней жизни. Фактически «новая национальная структура» пред­ставляла собой непосредственный контроль монополий над всей го­сударственной и экономической политикой, продолжавшейся вплоть до поражения Японии во Второй мировой войне.

После захвата Северо-Восточного Китая в правящих кругах Япо­нии не было единства в вопросе о темпе дальнейшей экспансии. Так называемые «умеренные» считали, что Японии следует лучше подго­товиться перед дальнейшим продвижением в Китай и нападением на СССР. Более агрессивно настроенные требовали не снижать темпов действий.

Кабинет Хирота счел необходимым укрепить внешнепо­литические позиции страны заключением с гитлеровской Германи­ей «Антикоминтерновского пакта». Направленный прежде всего про­тив Советского Союза, он мог быть использован также против США и Великобритании в случае их противодействия проникновению Японии в Китай.

Кабинет Коноэ объединил различные группировки, приняв ре­шение продолжить борьбу с Китаем и готовиться к схватке с СССР. В июле 1937 г. в Пекине был спровоцирован очередной инцидент, использованный для начала боевых действий.

Однако вопреки ожи­даниям японцев война приняла затяжной характер. Захваты городов не приносили победы, армии Гоминьдана и коммунистов, даже терпя поражения, не прекращали сопротивления, на оккупированых тер­риториях ширилось партизанское движение.

США, Великобритания и другие державы своей политикой «невме­шательства» фактически поощряли японскую агрессию, ожидая, что она в конце концов приведет к войне Японии с СССР. Летом 1938 г. японские войска попытались вторгнуться на советскую территорию в районе озе­ра Хасан (поблизости от Владивостока), но после яростных боев были отброшены.

Весной и летом 1939 г. японская армия вновь спровоциро­вала конфликт, вторгшись на территорию МНР, с которой у СССР с 1936 г. имелось соглашение о взаимопомощи.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Оживление японской экономики в 1924—1926 гг. носило временный, поддерживаемый искусственным напряжением всей экономики, характер. В условиях приближения мирового экономического кризиса, глубокая затянувшаяся депрессия в экономике и финансах Японии переросла в финансовый кризис 1927 г. Обанкротились банки, а вместе с ними были разорены многие предприятия. Финансовый кризис ухудшил и без того тяжелое положение народа Японии, Чтобы справиться с ситуацией предприятия переходили на «рационализацию» производства, повлекшая за собой массовые увольнения и безработицу. Особенно борьба активизировалась в связи с тем, что правительство для оказания «помощи» терпящим крах банкам и фирмам прибегнул к увеличению налогов, перекладывая таким образом тяжесть кризисной ной ситуации на плечи рабочих и крестьян. Исправить ситуацию должно было новое правительство. Во внешней политике в 1927 г. правительство также допустило ошибки. В 1927 г. в Китае произошел так называемый «нанкинский инцидент», когда солдаты армии Чан Кайши напали на иностранные представительства. Член кабинета Вакацукиминистр иностранных дел Сидэхара, являвшийся сторонником умеренной внешнеполитической линии (т.н. «негативной» внешней политики), отказался выступить с осуждением Чан Кайши, поскольку считал желательным для Японии сотрудничество с его режимом. Отказ во многом привел к падению кабинета Вакацуки. Привел к этому и скандал с Формозским банком.

В результате 17 апреля 1927 г. правительство Вакацуки ушло в отставку. А к власти весной 1927 г. пришел кабинет генерала Танака, сторонника «позитивной» или агрессивной внешней и реакционной внутренней политики.

Танака и его сторонники критиковали политику кабинета партии кэнсэйкай, возглавляемого Като, а затем Вакацуки, обвиняя её в «слабости» и покорном следовании вашингтонским решениям. Танака сформулировал свою программу в секретном меморандуме 1927 г., представленном им императору.

Меморандум гласил буквально следующее: «Для того, чтобы завоевать подлинные права в Маньчжурии и Монголии, мы должны использовать эту область как базу и проникнуть в остальной Китай под предлогом развития нашей торговли. Вооружённые уже обеспеченными правами, мы захватим в свои руки ресурсы всей страны. Имея в своём распоряжении все ресурсы Китая, мы перейдём к завоеванию Индии, Архипелага, Малой Азии, Центральной Азии и даже Европы.

Но захват в свои руки контроля над Маньчжурией и Монголией является первым шагом, если раса Ямато желает отличиться в континентальной Азии». Меморандум провозглашал необходимость войны Японии с СССР. Этот меморандум на деле стал программой японского правительства.

Танака не ограничился представлением меморандума, но попытался приступить и к его осуществлению. «Новый курс» правительства милитариста Танака прежде всего выразился в отправке японских войск в Шаньдун в 1927 г. для противодействия продвижению гоминдановской армии на север, к Пекину, который ещё не был подчинён нанкинскому правительству, где хозяйничало северное правительство милитаристов, по-прежнему признававшееся державами центральным правительством Китая. Фактически руководителем этого правительства был японский ставленник Чжан Цзолинь.

Вынужденный в 1927 г. под давлением бойкота в Китае отозвать японские войска из Шаньдуна, он в следующем году вновь направил их туда с той же целью — задержать продвижение гоминдановских войск на север. В связи с этим в начале мая 1928 г.

возник так называемый «цзинаньский инцидент» — спровоцированное японцами столкновение с китайскими войсками и расстрел мирного населения города Цзинань (жертвы японской провокации составляли около тысячи убитых и раненых). Этот инцидент вызвал новую волну возмущения в Китае. Японским империалистам не удалось предотвратить переход северных провинций Китая под контроль гоминдановского правительства.

Пекин и вся провинция Чжили были заняты гоминдановскими армиями. Никаких «оправданий» для присутствия японских войск в Шаньдуне не оставалось, и их пришлось вывести. Авантюра Танака кончилась провалом.

Таким же провалом кончилась попытка усилить влияние японского империализма в Маньчжурии. Летом 1928 г. убрав с дороги, как недостаточно послушного агента Чжан Цзолиня (якобы он перешел на сторону США), Япония натолкнулась на сопротивление со стороны его наследника Чжан Сюэ-ляна, который, несмотря на недвусмысленные угрозы японцев, признал нанкинское правительство и поднял в своей столице — Мукдене в декабрэ 1928 г. гоминдановский флаг.

В 1929 г. кабинет Танака в результате главным образом внешнеполитических провалов вышел в отставку, а сам Танака вскоре после этого умер.

Массовый бойкот японских товаров в ответ на отправку японских войск в Шаньдун явился убедительным доказательством рискованности «позитивной политики» для японских правящих кругов в тот период. Однако уже с конца 1929 г., когда разразился мировой экономический кризис, потрясший весь мир и вызвавший резкое сокращение торговых оборотов, руководящие круги японской буржуазии стали вновь склоняться к явно агрессивной политике внешних захватов, усилив подготовку войны против Китая и СССР.

В результате политики Танака Япония оказалась в состоянии известной изоляции. Если в 1925—1927 гг. Япония и США стремились использовать в собственных интересах ослабление Японии.

Они заключают с Китаем договоры, правда потом и Япония последовала их примеру. В 1929 г. Япония признала Нанкинское правительство, а на следующий г.

1 | 2 | | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 |

Танака выдвинул новые принципы внешней полити­ки, заключавшиеся в том, чтобы посылать японские войска, где представителям Японии угрожает опас­ность, а также предложил отделить от Китая Мань­чжурию и Монголию, с тем чтобы помешать распро­странению там китайской революции. В эти же годы стал известен документ, называемый «меморандум Танака», в котором излагались планы завоевания Китая, �ндии, стран Юго-Восточной Азии, а затем России и даже Европы. Подлинник этого документа до сих пор не обна­ружен, в связи с чем многие японские и иностранные исследователи считают его поддельным, однако последующая политика Японии слу­жит достаточно веским обоснованием противоположного мнения.

В многочисленных и идентичных между собой копиях мемо­рандума объявлялось: «Ради самозащиты и ради защиты других Япония не сможет устранить затруднения в Восточной Азии, если не будет проводить политику «крови и железа». . .

Для того чтобы завоевать Китай, мы должны сначала завоевать Маньчжурию и Монголию. Для того чтобы завоевать мир, мы должны сначала завоевать Китай. Если мы сумеем завоевать Китай, все остальные малоазиатские страны, �ндия, а также страны южных морей будут нас бояться и капитулируют перед нами».

В агрессивные планы вхо­дило нападение на СССР. Растущие империалистические противо­речия с главной державой капиталистического мира были отражены в меморандуме в словах: «. .

. мы должны будем сокрушить США».

Надо отметить, что приход к власти кабинета Танака и его поли­тика были обусловлены определенными обстоятельствами обще­ственной жизни страны. В 1927 г. темпы экономического развития замедлились, наметился даже некоторый спад.

Ухудшилось и без того тяжелое положение трудящихся: происходила дальнейшая «ра­ционализация» производства, повлекшая за собой массовые уволь­нения. Пролетарские политические партии и профсоюзы возглавили борьбу рабочих против наступления монополий. Эта борьба активизировалась в связи с тем, что правительство для ока­зания помощи терпящим крах банкам и фирмам увеличивало нало­ги, перекладывая таким образом тяжесть кризисной ситуации на плечи рабочих и крестьян.

В феврале 1928 г. были проведены выборы по избирательному закону 1925 г. Разогнав парламент, вынесший ему вотум недоверия, кабинет Танака провел выборы в обстановке коррупции, жестокого полицейского нажима на избирателей. Несмотря на террор и произвол, левые партии получили на выборах около полумиллиона голосов; от рабоче-крестьянской партии, действовавшей в контакте с КПЯ и собравшей 200 тысяч голосов, в парламент прошли два кандида­та, один из которых — Ямомото был убит после первого же своего выступления.

15 марта 1928 г. были проведены аресты в крупных центрах — То­кио, Осака, Киото, а затем по всей стране. Эти полицейские репрессии получили названия «инцидент КПЯ» и «буря 15 марта», потому что первый удар был нанесен по КПЯ.

Но в действительности среди мно­гих тысяч арестованных наряду с членами компартии было брошено в тюрьмы много некоммунистов, профсоюзных активистов и прогрес­сивно настроенных трудящихся. Репрессии, начатые весной 1928 г. , продолжались и в последующие годы, особенно во время мирового экономического кризиса.

п»ї.

Источники:

• studopedia.ru
• studopedia.ru
• studall.org
• 3-net.ru