Власть германских князей непрерывно росла. В начале XIII в. они приобрели высшую уголовную юрисдикцию, право чеканки монеты, основания таможен и право взимания податей.
Политическое господство князей было юридически закреплено привилегиями, которые предоставил им новый император из династии Штауфенов Фридрих II (1220—1250). Эти привилегии были формулированы не как пожалования отдельным князьям, а как пожалования в пользу всех церковных и светских князей Германии. Тем самым Фридрих II юридически оформил существование в Германии особого сословия князей (светских и духовных).
Фридрих II был в сущности не германским, а сицилийским королём (с 1212 г. ), унаследовавшим Королевство обеих Сицилии в Южной Италии и лишь потом попавшим на императорский трон. В своей политике он меньше всего руководствовался интересами Германии.
Фридрих II старался сочетать идею обожествления императорской власти (в духе теократии) с идеей сильной королевской власти, заимствованной из практики Сицилийского королевства. Этот император пытался добиться от западноевропейских королей подчинения ему, как «первому среди равных». Однако его попытки добиться господства над всей феодальной Европой противоречили интересам нарождавшихся централизованных государств и потерпели крах.
Фридрих II проводил политику угнетения народных масс и в Германии и в Италии. Он не давал никаких привилегий германским городам, запрещал городские союзы, цехи и выборы городских советов. С помощью князей он подавлял крестьянские восстания и вёл борьбу против народных движений, принимавших форму антицерковных ересей. Несмотря на постоянные столкновения Фридриха II с папами (Григорием IX и Иннокентием IV) и даже на неоднократные отлучения его от церкви, разногласия между императором и папами нередко отступали на второй план перед угрозой народных движений и ересей, подрывавших основы католической церкви и средневековой империи.
Будучи одновременно германским императором и сицилийским королём, Фридрих II стремился захватить в свои руки также Северную и Среднюю Италию с тем, чюбы создать хотя бы механическое объединение феодально раздробленной Италии и распадавшейся на княжества Германии. Для достижения этой цели он беспощадно выжимал денежные средства из богатой Сицилии, а Германию фактически отдал в распоряжение князей, от которых требовал лишь предоставления ему вассалов для военных походов.
Политическое усиление князей, находившихся под покровительством императора, привело в Германии (в 1234 г.) к восстанию, в котором приняли участие прежде всего горожане и королевские министериалы, а также рыцари. К восстанию примкнули и некоторые слои средних феодалов, не рассчитывавших собственными силами пробраться в сословие князей, а потому враждебных им. Несмотря на столь пёстрый социальный состав участников восстания, его политический смысл совершенно ясен: оно было направлено против политики раздробления Германского королевства, против княжевластия и именно поэтому — против Фридриха II, как императора, насаждавшего «мелкодержавие» князей.
Фридрих II подавил это восстание, так как держал сторону князей и нуждался в их помощи для борьбы с ломбардскими городами. Однако в обречённой на неудачу борьбе с ломбардскими городами и с папством Фридрих II обескровил Германию и истощил свои средства. После его смерти вскоре погибли все представители династии Штауфенов, а её владения по кусочкам растащили князья. Вслед за этим в Германии начался период так называемого междуцарствия (1254-1273 гг.), из которого она вышла окончательно раздробленной на территориальные княжества. Характеризуя гибельные последствия политики Штауфенов для судеб средневековой Германии, Энгельс указывал, что страна могла бы стать централизованным государством, если бы «… римский императорский титул и связанные с ним притязания на мировое господство не сделали невозможным конституирование национального государства и не привели к растрате сил в итальянских завоевательных походах… при этом общегерманские интересы все время предательски нарушались» (Ф. Энгельс, Заметки о Германии; в кн. «Крестьянская война в Германии», стр. 165—166,).
Объективным следствием великодержавной политики Гогенштауфенов были дальнейшее ослабление центральной власти в Германии ирост самостоятельности территориальных князей. Поглощенные итальянскими делами и связанными с ними честолюбивыми замыслами, германские императоры, чтобы развязать себе руки и обеспечить поддержку князей, были вынуждены делать им одну уступку за другой. В этом отношении показательна политика Фридриха II, для которого Германия всегда оставалась чужой страной. Он лишь трижды посетил Германию, прожив там в общей сложности менее 9 лет. О слабости центральной власти в Германии свидетельствует тот факт, что даже самые могущественные императоры так и не смогли добиться признания принципа наследственности королевской власти. Королевский титул нередко передавался от отца к сыну, но для этого требовалось согласие феодальной знати, и уже в XII в. избрание короля крупными светскими и духовными феодаламистало правилом. Характерной чертой развития Германии этого периода является возобладание в ее политической организации территориального принципа над племенным. Окончательное завершение в стране процесса феодализации привело к тому, что на месте старых племенных герцогств появилось около сотни княжеств, из которых свыше 80 были духовные. Территориальные князья заняли место племенных герцогов и в феодальной иерархии, образуя сословие имперских князей — непосредственных ленников короны. Впрочем, имперские князья могли держать лены и от иностранных государей; многие из них уже в XII в. оказались в вассальной зависимости от нескольких государей, что, естественно, ослабляло империю. Зато они ревниво следили за тем, чтобы не устанавливалась прямая вассальная связь между их собственными вассалами и императором. Тем самым центральная власть изолировалась от тех слоев господствующего класса — мелких и средних феодалов, — которые являлись ее естественными союзниками и объективно были заинтересованы в ее усилении. В конце XII в. центральная власть в Германии фактически теряет и другую свою опору — королевский министериалитет. Королевские министериалы нередко превращались в крупных феодалов, теряя непосредственную связь с короной, вступали в сложную систему вас-сально-ленных отношений. Примером может служить один из могущественнейших министериалов империи Вернер фон Боллэнд: он являлся вассалом 43 различных сеньоров, от которых держал в общей сложности более 500 ленов, в том числе 15 графств, и сам, в свою очередь, имел более 100 ленников. В то же время возвышаются министериалы церкви и светских господ, которые также входят в ряды господствующего класса, окончательно завершая тем самым процесс его конституирования. В XIII в. императоры постепенно утрачивают и поддержку городов, все более убеждавшихся во враждебности имперской политики их интересам. Не имея прочной социальной опоры, императоры вынуждены были лавировать между князьями и тем самым содействовать их дальнейшему усилению. В этом отношении показательна политика Фридриха I Барбароссы. Чтобы обеспечить себе поддержку Генриха Льва в итальянских походах, он передал ему вдобавок к Саксонскому герцогству еще Баварию и некоторые другие территории, а также право бесконтрольного хозяйничанья в захваченных славянских землях. Однако рост могущества Генриха Льва и его бесчинства вызвали недовольство других немецкий князей, многие из которых сами стали жертвой его агрессии. К ним присоединился и сам Фридрих, которому, несмотря на униженные просьбы, Генрих Лев не помог в битве при Леньяно. В результате объединенных действий императора и князей Генрих Лев был вынужден предстать перед имперским судом, который конфисковал его владения, а самого изгнал из империи. Но разгром самого могущественного князя отнюдь не привел к усилению позиций императора в Германии. Конфискованные у Генриха Льва владения были разделены между другими князьями, что в конечном итоге привело к росту могущества князей и укреплению территориальной системы в целом. Важным этапом в процессе окончательного оформления системы территориальных княжеств в Германии явилось правление Фридриха II. Если Фридрих I раздавал привилегии отдельным князьям, то Фридрих II сделал решающие уступки всем имперским князьям как особому сословию. Все права, присвоенные им раньше, получила теперь законодательное закрепление и дальнейшее развитие. Князья приобрели высшую юрисдикцию, право чеканить монету, взимать налоги и пошлины, основывать города и предоставлять им рыночные права. Под угрозой суровых наказаний городам запрещалось создавать союзы и выступать против феодальных сеньоров. Германия фактически распалась на множество мелких территориальных владений, которые лишь в очень ограниченной степени признавали верховную власть императора. Последовавший после краха Гогенштауфенов период междуцарствия (1254—1273) еще более закрепил политическую-раздробленность страны. Императоры, отказываясь от великодержавной политики своих предшественников, сами все более превращались, в территориальных князей. Свои усилия они направляют главным образом на расширение родовых владений. Начало этой политики положил Рудольф I (1273—1291) — представитель второстепенного дома Габсбургов, обладавшего сравнительно небольшими владениями в Эльзасе и Швейцарии. Рудольф I отнял у чешского короля Пшемысла II Австрию вместе со Штирией, Каринтией и Крайней, заложив таким образом основы могущества Габсбургов. Но именно поэтому после смерти Рудольфа князья не избрали на императорский престол: его сына — Габсбурги становились для них слишком опасными. С этого времени ла германском престоле одна династия сменяет другую. Императоры из домов Нассау, Люксембургов, Виттельсбахов и Габсбургов непрерывно следуют друг за другом. Это было результатом целенаправленной политики князей, стремившихся не допустить усиления императорской власти. Всевластие территориальных князей стало характерной чертой политической жизни Германии.
Укрепление самостоятельности территориальных князейОбъективным следствием великодержавной политики Гогенштауфенов были дальнейшее ослабление центральной власти в Германии ирост самостоятельности территориальных князей. Поглощенные итальянскими делами и связанными с ними честолюбивыми замыслами, германские императоры, чтобы развязать себе руки и обеспечить поддержку князей, были вынуждены делать им одну уступку за другой. В этом отношении показательна политика Фридриха II, для которого Германия всегда оставалась чужой страной. Он лишь трижды посетил Германию, прожив там в общей сложности менее 9 лет. О слабости центральной власти в Германии свидетельствует тот факт, что даже самые могущественные императоры так и не смогли добиться признания принципа наследственности королевской власти. Королевский титул нередко передавался от отца к сыну, но для этого требовалось согласие феодальной знати, и уже в XII в. избрание короля крупными светскими и духовными феодаламистало правилом.
Характерной чертой развития Германии этого периода является возобладание в ее политической организации территориального принципа над племенным. Окончательное завершение в стране процесса феодализации привело к тому, что на месте старых племенных герцогств появилось около сотни княжеств, из которых свыше 80 были духовные. Территориальные князья заняли место племенных герцогов и в феодальной иерархии, образуя сословие имперских князей — непосредственных ленников короны.
Впрочем, имперские князья могли держать лены и от иностранных государей; многие из них уже в XII в. оказались в вассальной зависимости от нескольких государей, что, естественно, ослабляло империю. Зато они ревниво следили за тем, чтобы не устанавливалась прямая вассальная связь между их собственными вассалами и императором.
В конце XII в. центральная власть в Германии фактически теряет и другую свою опору — королевский министериалитет. Королевские министериалы нередко превращались в крупных феодалов, теряя непосредственную связь с короной, вступали в сложную систему вас-сально-ленных отношений.
Примером может служить один из могущественнейших министериалов империи Вернер фон Боллэнд: он являлся вассалом 43 различных сеньоров, от которых держал в общей сложности более 500 ленов, в том числе 15 графств, и сам, в свою очередь, имел более 100 ленников. В то же время возвышаются министериалы церкви и светских господ, которые также входят в ряды господствующего класса, окончательно завершая тем самым процесс его конституирования. В XIII в.
Не имея прочной социальной опоры, императоры вынуждены были лавировать между князьями и тем самым содействовать их дальнейшему усилению. В этом отношении показательна политика Фридриха I Барбароссы. Чтобы обеспечить себе поддержку Генриха Льва в итальянских походах, он передал ему вдобавок к Саксонскому герцогству еще Баварию и некоторые другие территории, а также право бесконтрольного хозяйничанья в захваченных славянских землях.
Однако рост могущества Генриха Льва и его бесчинства вызвали недовольство других немецкий князей, многие из которых сами стали жертвой его агрессии. К ним присоединился и сам Фридрих, которому, несмотря на униженные просьбы, Генрих Лев не помог в битве при Леньяно. В результате объединенных действий императора и князей Генрих Лев был вынужден предстать перед имперским судом, который конфисковал его владения, а самого изгнал из империи.
Но разгром самого могущественного князя отнюдь не привел к усилению позиций императора в Германии. Конфискованные у Генриха Льва владения были разделены между другими князьями, что в конечном итоге привело к росту могущества князей и укреплению территориальной системы в целом.
Важным этапом в процессе окончательного оформления системы территориальных княжеств в Германии явилось правление Фридриха II. Если Фридрих I раздавал привилегии отдельным князьям, то Фридрих II сделал решающие уступки всем имперским князьям как особому сословию. Все права, присвоенные им раньше, получила теперь законодательное закрепление и дальнейшее развитие.
Князья приобрели высшую юрисдикцию, право чеканить монету, взимать налоги и пошлины, основывать города и предоставлять им рыночные права. Под угрозой суровых наказаний городам запрещалось создавать союзы и выступать против феодальных сеньоров. Германия фактически распалась на множество мелких территориальных владений, которые лишь в очень ограниченной степени признавали верховную власть императора.
Последовавший после краха Гогенштауфенов период междуцарствия (1254—1273) еще более закрепил политическую-раздробленность страны. Императоры, отказываясь от великодержавной политики своих предшественников, сами все более превращались, в территориальных князей. Свои усилия они направляют главным образом на расширение родовых владений.
Начало этой политики положил Рудольф I (1273—1291) — представитель второстепенного дома Габсбургов, обладавшего сравнительно небольшими владениями в Эльзасе и Швейцарии. Рудольф I отнял у чешского короля Пшемысла II Австрию вместе со Штирией, Каринтией и Крайней, заложив таким образом основы могущества Габсбургов. Но именно поэтому после смерти Рудольфа князья не избрали на императорский престол: его сына — Габсбурги становились для них слишком опасными.
С этого времени ла германском престоле одна династия сменяет другую. Императоры из домов Нассау, Люксембургов, Виттельсбахов и Габсбургов непрерывно следуют друг за другом. Это было результатом целенаправленной политики князей, стремившихся не допустить усиления императорской власти.
Следующая глава.
Объективным следствием великодержавной политики Гогенштауфенов были дальнейшее ослабление центральной власти в Германии ирост самостоятельности территориальных князей. Поглощенные итальянскими делами и связанными с ними честолюбивыми замыслами, германские императоры, чтобы развязать себе руки и обеспечить поддержку князей, были вынуждены делать им одну уступку за другой. В этом отношении показательна политика Фридриха II, для которого Германия всегда оставалась чужой страной.
Он лишь трижды посетил Германию, прожив там в общей сложности менее 9 лет. О слабости центральной власти в Германии свидетельствует тот факт, что даже самые могущественные императоры так и не смогли добиться признания принципа наследственности королевской власти. Королевский титул нередко передавался от отца к сыну, но для этого требовалось согласие феодальной знати, и уже в XII в.
Характерной чертой развития Германии этого периода является возобладание в ее политической организации территориального принципа над племенным. Окончательное завершение в стране процесса феодализации привело к тому, что на месте старых племенных герцогств появилось около сотни княжеств, из которых свыше 80 были духовные. Территориальные князья заняли место племенных герцогов и в феодальной иерархии, образуя сословие имперских князей — непосредственных ленников короны.
Впрочем, имперские князья могли держать лены и от иностранных государей; многие из них уже в XII в. оказались в вассальной зависимости от нескольких государей, что, естественно, ослабляло империю. Зато они ревниво следили за тем, чтобы не устанавливалась прямая вассальная связь между их собственными вассалами и императором.
В конце XII в. центральная власть в Германии фактически теряет и другую свою опору — королевский министериалитет. Королевские министериалы нередко превращались в крупных феодалов, теряя непосредственную связь с короной, вступали в сложную систему вас-сально-ленных отношений.
Примером может служить один из могущественнейших министериалов империи Вернер фон Боллэнд: он являлся вассалом 43 различных сеньоров, от которых держал в общей сложности более 500 ленов, в том числе 15 графств, и сам, в свою очередь, имел более 100 ленников. В то же время возвышаются министериалы церкви и светских господ, которые также входят в ряды господствующего класса, окончательно завершая тем самым процесс его конституирования. В XIII в.
Не имея прочной социальной опоры, императоры вынуждены были лавировать между князьями и тем самым содействовать их дальнейшему усилению. В этом отношении показательна политика Фридриха I Барбароссы. Чтобы обеспечить себе поддержку Генриха Льва в итальянских походах, он передал ему вдобавок к Саксонскому герцогству еще Баварию и некоторые другие территории, а также право бесконтрольного хозяйничанья в захваченных славянских землях.
Однако рост могущества Генриха Льва и его бесчинства вызвали недовольство других немецкий князей, многие из которых сами стали жертвой его агрессии. К ним присоединился и сам Фридрих, которому, несмотря на униженные просьбы, Генрих Лев не помог в битве при Леньяно. В результате объединенных действий императора и князей Генрих Лев был вынужден предстать перед имперским судом, который конфисковал его владения, а самого изгнал из империи.
Но разгром самого могущественного князя отнюдь не привел к усилению позиций императора в Германии. Конфискованные у Генриха Льва владения были разделены между другими князьями, что в конечном итоге привело к росту могущества князей и укреплению территориальной системы в целом.
Важным этапом в процессе окончательного оформления системы территориальных княжеств в Германии явилось правление Фридриха II. Если Фридрих I раздавал привилегии отдельным князьям, то Фридрих II сделал решающие уступки всем имперским князьям как особому сословию. Все права, присвоенные им раньше, получила теперь законодательное закрепление и дальнейшее развитие.
Князья приобрели высшую юрисдикцию, право чеканить монету, взимать налоги и пошлины, основывать города и предоставлять им рыночные права. Под угрозой суровых наказаний городам запрещалось создавать союзы и выступать против феодальных сеньоров. Германия фактически распалась на множество мелких территориальных владений, которые лишь в очень ограниченной степени признавали верховную власть императора.
Последовавший после краха Гогенштауфенов период междуцарствия (1254—1273) еще более закрепил политическую-раздробленность страны. Императоры, отказываясь от великодержавной политики своих предшественников, сами все более превращались, в территориальных князей. Свои усилия они направляют главным образом на расширение родовых владений.
Начало этой политики положил Рудольф I (1273—1291) — представитель второстепенного дома Габсбургов, обладавшего сравнительно небольшими владениями в Эльзасе и Швейцарии. Рудольф I отнял у чешского короля Пшемысла II Австрию вместе со Штирией, Каринтией и Крайней, заложив таким образом основы могущества Габсбургов. Но именно поэтому после смерти Рудольфа князья не избрали на императорский престол: его сына — Габсбурги становились для них слишком опасными.
С этого времени ла германском престоле одна династия сменяет другую. Императоры из домов Нассау, Люксембургов, Виттельсбахов и Габсбургов непрерывно следуют друг за другом. Это было результатом целенаправленной политики князей, стремившихся не допустить усиления императорской власти.
Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:
Источники:
