Вторая половина II в. и I в. до н.
э. были ознаменованы важными изменениями в общественном строе и в политической жизни Рима. Завоевание господствующего положения в Средиземноморье обогатило Рим.
Сами войны и последующая эксплуатация провинций обеспечили огромный приток материальных ценностей, денег, рабов. Все это стимулировало развитие рабовладения и обусловило расцвет рабовладельческого хозяйства в Риме и Италии. Дешевый рабский труд нашел особенно широкое применение в сельском хозяйстве.
На этой основе развивалось крупное землевладение как в форме комплексов высокодоходных небольших поместий в плодородной Средней Италии, так и в виде огромных латифундий скотоводческого профиля на юге полуострова и в Сицилии. В сельском хозяйстве, в ремесленных мастерских, на рудниках и строительстве эксплуатация рабов была доведена до крайней степени.
Другое последствие завоеваний – обезземеление римско-италийского крестьянства. Маломощные крестьянские хозяйства разорялись из-за высокого ростовщического процента и задолженности, из-за постоянного отрыва мужской рабочей силы от сельскохозяйственных работ. Вытесненный с земли разорившийся крестьянин шел в город и, как правило, превращался в люмпен-пролетария.
Массы праздных, бездомных нищих – характерная черта городской жизни того времени. Еще тяжелее было положение бесправных италиков-союзников и провинциалов. Бремя постоянных налогов, произвол наместников и откупщиков в провинциях делали гнет Рима совершенно невыносимым.
Неизбежным последствием ухудшения положения народных масс было крайнее обострение всех социальных и экономических противоречий, заложенных в римском обществе. Классовая и политическая борьба вступила в свою высшую фазу: начались восстания рабов, широкие движения свободной бедноты, выступления союзных общин Италии и провинций против римского господства.
Наиболее грозными были рабские восстания. Прежде борьба рабов выражалась по преимуществу в пассивных формах – саботаже, бегстве, лишь иногда рабы убивали своих хозяев или устраивали заговоры. Начиная с 40-х гг.
II в. до н. э.
Риму пришлось пережить одно за другим ряд грандиозных по размаху и продолжительности восстаний в Сицилии (138-132 гг. до н. э.
и 104-101 гг. до н. э.
) и Малой Азии (132—120 гг. до н. э.
). Рабы объединялись, создавали армии и даже пытались создать свое государство. Самым значительным из всех выступлений рабов было восстание под предводительством Спартака (74-71 гг.
до н. э. ).
Начавшееся как заговор рабов-гладиаторов в городе Капуе, оно вылилось в общеиталийское рабское восстание. Огромная армия Спартака (численностью до 120 тыс. человек) дважды прошла с боями вдоль Италии.
Римские легионеры многократно терпели от нее поражения. Ценой огромного напряжения всех сил рабовладельческому Риму удалось разгромить повстанцев. Волна жестоких репрессий прокатилась по всей Италии.
Шесть тысяч рабов были распяты вдоль дороги от Капуи до Рима. Но и сами рабовладельцы понесли большие потери и убытки, испытали смертельный страх перед силой объединившихся рабов.
Крестьянская беднота не принимала участия в выступлениях рабов. Однако недовольство разорившихся обездоленных крестьян нашло выражение в широком демократическом движении, захватившем Рим в 133-121 гг. до н.
э. События эти связаны с именами двух плебейских трибунов – братьев Гракхов. В 133 г.
до н. э. Тиберий Гракх предложил произвести передел государственных земель в пользу мелких землевладельцев, выставлявших воинов в легионы.
Несмотря на противодействие сената, через комиции был проведен аграрный закон, который предусматривал ограничение владений знати на государственной земле (около 250 га на семью) и передавал изъятые у крупных землевладельцев излишки земли небольшими участками в неотчуждаемое наследственное пользование беднякам. Был начат пересмотр земельных владений нобилей. Многие крестьяне получили наделы земли и средства на обзаведение инвентарем; количество имущих граждан возросло на 80 тыс.
человек. Но нобили жестоко расправились с автором неугодного им закона. Продолжателем дела брата явился Гай Гракх, плебейский трибун 123 г.
до н. э. Он выступил с еще более широкой программой социально-политических преобразований.
Рядом законов вводилась продажа хлеба из государственных закромов по низкой цене для городской бедноты, всадникам был открыт доступ в некоторые судебные коллегии, неимущим крестьянам выделялись земли в провинциях. Италикам-союзникам было обещано римское гражданство. Но именно это предложение подорвало его авторитет среди сограждан.
Крупные землевладельцы жестоко расправились и со вторым братом, и с его единомышленниками, фактически сорвали в дальнейшем проведение в жизнь аграрного закона, а особым законом 111 г. до н. э.
Борьба италиков-союзников против экономического угнетения и политического бесправия, отразившаяся в деятельности младшего Гракха, продолжалась и позднее. Апогея она достигла в событиях 90-89 гг. до н.
э. , когда города и общины Италии подняли восстание против Рима. Война потрясла всю Италию, ее результатом стало предоставление всем италикам прав римских граждан.
Очень напряженной была обстановка в провинциях. Десятилетиями не прекращалась борьба свободолюбивых иберийских племен в Испании. Восстания происходили в Греции, Малой Азии и других регионах Римской державы.
Социальные потрясения уже к концу II в. до н. э.
выявили беспомощность римского правительства, неспособность поддерживать существующий порядок в стране, оперативно подавлять выступления рабов, бедноты, провинциалов – вообще управлять державой с огромными и многочисленными провинциями. Не в состоянии теперь был Рим успешно вести захватнические войны, обеспечивавшие приток рабов и добычи, и даже сдерживать натиск германских племен на северные границы. Военная мощь Рима падала с каждым десятилетием вместе с упадком римской армии.
Солдаты, не заинтересованные в заморских войнах, требовали скорейшей демобилизации, дезертировали, занимались грабежами, мародерством. Дисциплина в легионах резко упала, боеспособность снизилась. Новые пополнения набирали с трудом; граждане уклонялись от военной службы, которая нередко влекла за собой полное разорение хозяйства, поскольку добыча доставалась знати, а земли за морями их не привлекали.
Кризис переживала вся староримская военная система, базирующаяся на военной службе состоятельных граждан. В сущности это был первый симптом начинающегося кризиса всей полисно-республиканской организации Рима.
В последующие десятилетия кризис обнаружился и в остальных важнейших элементах государственного аппарата Римской республики. Внешним выражением его было падение авторитета и власти сената, раздираемого борьбой политических групп и фракций, резкое снижение политической роли комиций, которые состояли теперь из подкупного городского плебса и люмпен-пролетариев, не выражавших уже интересы большинства римских граждан, тем более – интересы италиков и населения провинций. О кризисе свидетельствовала вся беспорядочная, лишенная единой политической линии деятельность магистратов ежегодно сменяемых, практически безотчетных, принадлежащих к различным политическим группировкам.
Объективные причины усиливающегося политического кризиса коренились в отсталости республиканского государственного аппарата, в его несоответствии сложившейся социальной и политической обстановке. Оформившаяся в V- IV в. до н.
э. в небольшой по территории общине, в условиях неразвитого рабовладельческого общества, Римская республика с ее формальным прямым народовластием, сенатом, выборными краткосрочными магистратурами и крестьянским ополчением не могла теперь выполнять усложнившиеся задачи, не располагала необходимыми органами и средствами для подавления эксплуатируемых масс и управления разросшейся державой. Главным орудием для выполнения основных внешних и внутренних функций государства (при отсутствии особых карательных органов) прежде служила армия.
Кризис, охвативший крестьянско-рабовладельческую милицию, лишил римское государство этого основного орудия. Социально-экономические изменения уже к концу II в. до н.
э. вывели из строя и остальные важнейшие элементы римского государственного механизма.
Нельзя сказать, что правящие круги не понимали, не видели этого кризиса. Своеобразной попыткой усовершенствовать военную систему была военная реформа Гая Мария– консула 107 г, до н. э. При проведении набора в армию он отступил от сложившегося порядка и впервые стал записывать в легионы на основе принципа добровольности всех желающих граждан, в том числе неимущих. Для привлечения их в армию он повысил воинское жалование и ввел награждение ветеранов землей. Однако нововведения, продиктованные самой обстановкой и легко вошедшие в политическую практику, имели далеко идущие и неожиданные последствия. Люмпен не стремился к демобилизации, и на смену крестьянину-ополченцу пришел воин-профессионал. Римское войско стало быстро превращаться в постоянную армию (по сути дела, наемную). Сплочение воинов вокруг полководца, явившееся результатом реформы, вело к отрыву войска от официальных органов власти. Полководец, стоявший во главе преданного ему войска, превратился в самую значительную фигуру в политической жизни Рима. В годы затяжных войн, внутренних волнений, когда роль армии и его вождя особенно возрастала, дело доходило до прямого захвата власти полководцами и провозглашения их диктаторами. От старой республиканской экстраординарной магистратуры новая диктатура отличалась тем, что провозглашалась на неопределенный срок и в условиях, когда никакой внешний враг Риму не угрожал.
Первым военным диктатором нового типа был Сулла, захвативший власть при опоре на легионы в 80-е гг. до н. э. В 60 г. до н. э. фактически вся полнота власти оказалась сосредоточена в руках первого триумвирата (союза трех), неофициального политического союза трех влиятельных нобилей ипрославившихся военачальников – Цезаря, Помпея иКрасса. Позднее власть была захвачена Помпеем, оставшимся в Риме, а затем – Цезарем, который был провозглашен диктатором вначале на один год, затем на десять лет и, наконец, «навечно». В 43 г. до н. э., после убийства Цезаря, в Риме не произошло восстановления республиканских порядков и был образован второй триумвират в составе Марка Антония, Октавиана, Лепида. Борьба между членами этого триумвирата завершилась победой Октавиана, который в 29г. стал единоличным правителем Рима и положил начало длительному существованию авторитарного политического режима.
Сенаторские крути пытались вести борьбу с нарушениями республиканской конституции. Но большинство нобилей и влиятельные всадники сравнительно быстро примирились с установлением власти диктаторов: в смутную пору гражданских войн, обострения социальной борьбы новая армия и ее полководцы были единственной реальной политической силой, которая могла защитить интересы господствующего класса.
Прочно установившийся с приходом к власти Октавиана авторитарный режим военной диктатуры привел не к усовершенствованию республиканского государственного аппарата, а к постепенному вытеснению его элементов из политической жизни, к уничтожению республиканской формы правления как таковой. По существу, начиная с 29 г. до н.
э. , в Риме стала оформляться монархия.
3.5.1. Последствия июльских событий в Петрограде. После июльских событий в обществе вновь обозначилась альтернатива – право- и леворадикальная.
Леворадикальный лагерь во главе с В. И. Лениным на VI съезде РСДРП(б) в августе 1917 г.
выступил за временное снятие лозунга Вся власть Советам! и дальнейшее развитие революции через подготовку вооруженного восстания.
В условиях радикализации масс и активизации левых сил консерваторы, а также часть либералов готовили установление порядка путем введения военной диктатуры. Съезд кадетов принял резолюцию в поддержку генерала Корнилова. Наиболее решительными сторонниками диктатуры в те дни были различные военные организации: Союз офицеров армии и флота со штаб-квартирой в Могилеве, Военная лига, Союз георгиевских кавалеров; гражданские организации: Всероссийский союз торговли и промышленности, Союз земельных собственников, Общество экономического возрождения России (во главе с А.И. Гучковым и А.И. Путиловым) и Республиканский центр (во главе с К.В. Николаевским).
3.5.2. Программа генерала Л.Г.Корнилова. На пост военногодиктатора выдвинулся генерал-лейтенант Л.Г. Корнилов – сторонник установления жесткого порядка не только в войсках (вплоть до расстрелов и создания концлагерей для неповиновавшихся), но и в тылу, где предлагалось ввести военное положение, распустить Советы и запретить революционные партии. За невыполнение установленных производственных норм рабочие должны были отправляться на фронт.
Л.Г.Корнилов имел собственную программу вывода страны из кризиса, главными положениями которой были:
– прекращение всякого вмешательства государства в экономические и социальные дела; – демобилизация 4 млн. солдат с выделением каждому из них по 8 десятин земли в целях создания верной опоры правительства в деревне;
– установление в России новой формы правления в виде Совета народной обороны и коалиционного правительства при нем.
3.5.3. Провал выступления генерала Л.Г.Корнилова. Глава правительства А.Ф. Керенский первоначально поддержал планы Корнилова. Однако 26 августа, когда верные Корнилову войска генерала А.М. Крымова были готовы двинуться на Петроград, Керенский, испугался, узнав о планах сместить премьера и установить единоличную диктатуру, и объявил Корнилова изменником. В те дни Корнилову противостоял также Исполком Петроградского Совета и созданный при нем Комитет народной обороны против контрреволюции с участием представителей всех социалистических партий. На промышленных предприятиях Петрограда центрами борьбы с контрреволюцией стали отряды Красной гвардии, численностью до 40 тыс. человек. Кроме того, Петроградский гарнизон, насчитывавший 450 тыс. солдат и офицеров, в большинстве своем не поддержал выступление Корнилова и остался верным присяге Временному правительству. В результате неудачи 31 августа застрелился генерал Крымов, 2 сентября был арестован генерал Корнилов.
3.5.4. Последствия корниловского движения. Корниловский мятеж и его разгром максимально ускорили отход широких масс от поддержки соглашательской политики меньшевиков и эсеров. Большевики, используя неудачи правящих партий в деле выхода из создавшегося кризиса, усилили свое влияние в войсках, фабзавкомах, профсоюзах, Советах и приблизили революционную развязку. Корниловский мятеж потерпел поражение, но он положил начало белому движению – главной антибольшевистской политической силе в годы Гражданской войны.
Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:
№26 (22001) 10 августа: В.Б. ГАФАРОВ г. Рязань«Восстание Корнилова доказало для России то, что для всех стран доказала вся история, именно, что буржуазия предаст Родину и пойдёт на все преступления лишь бы отстоять свою власть над народом и свои доходы». В.И. ЛенинРоссийские коммунисты наряду с современным международным коммунистическим движением готовятся к славному юбилею, к 100–летию Великой Октябрьской социалистической революции.
В данной статье мы рассмотрим, как развивались события в августе 1917 года, известные как корниловский мятеж.
Захват власти контрреволюцией в июльские дни 1917 года стал возможен потому, что настоящие враги народных масс – буржуазия во главе с партией кадетов, военные круги, монархисты и черносотенцы, окончательно перетянув на свою сторону партии меньшевиков и эсеров, смогли перейти в наступление. Но их победа, как показали дальнейшие события, оказалась временной. Реакционные круги всё активнее подталкивали на свою сторону Керенского, его правительство.
Готовилось установление военной диктатуры. Для этой цели было использовано состоявшееся в Большом театре в Москве 12–15 августа «Государственное совещание». «Героем» его явился верховный главнокомандующий генерал Л.
Г. Корнилов. «…Мы сильно опасаемся, – говорил на совещании кадет Милюков, – что теперешний состав исполнителей (речь шла о правительстве Керенского) не обеспечивает восстановления порядка и не даёт гарантии восстановления личности к собственности».
(История КПСС, т. 3, кн. 1.
, с. 211).
Было ясно, что «керенщина» больше не устраивала ни буржуазию, ни военную элиту. Московское совещание консолидировало реакционные силы. Их положение облегчалось бонапартистскими действиями Керенского.
Последний фактически вступил в сговор с Корниловым. Нарицательное наименование «керенщина» общеизвестно. Но это была политика не только одного человека, а квинтэссенция политики представителей огромного мелкобуржуазного класса, его партии эсеров, и не только её, а многих подобных партий.
Не будь Керенского, такую, в общих чертах, линию проводил бы кто-то другой даже не эсер, а может быть, меньшевик. К событиям в России не остался безучастным и международный империализм. Грубо вмешиваясь во внутренние дела страны, он упорно толкал внутреннюю реакцию на беспощадную расправу с революционными массами.
Империалисты Антанты спешно переходили к поискам «надёжного» деятеля. Полагалось, что насильственное введение контрреволюционной военной диктатуры поставит заслон вышедшим из повиновения народным массам. Антанта попутно приступила к выторговыванию очередных привилегий и льгот в военно-экономических сферах.
Финансовая и иная помощь России всё теснее увязывалась с подталкиванием русской армии к наступлению. Видную роль в этом играли США, вступившие в войну на стороне Антанты. Контрреволюционные круги считали, что кумир российского мещанства Керенский при поддержке эсеров и меньшевиков сумеет с помощью фраз, пустых обещаний, политического маневрирования усыпить бдительность масс до того момента, когда вполне созреют условия «для выступления Кавеньяка».
Сговор Керенского и Корнилова, постепенное оттеснение керенщины корниловщиной – вот что более всего устраивало кадетов. Боясь упустить свой последний шанс, буржуазия решительно потянулась к военной диктатуре. Так начался головокружительный взлёт генерала Корнилова.
Став главнокомандующим армиями Юго-Западного фронта, и тотчас же последовало восстановление на фронте режима военно-полевых судов и смертной казни. По его приказу производились расстрелы солдат без суда и следствия. Вскоре Корнилов уже был возведён в ранг Верховного главнокомандующего русской армии.
Заговорщики планировали полную ликвидацию Советов, солдатских и крестьянских комитетов и т. д. Массовые репрессии были уготованы не только большевикам, но и партиям большинства в Советах.
Их заговор, как отмечал Ленин, таил опасность восстановления монархии. Корнилов являлся ставленником российской и международной империалистической реалии. Политическим штабом корниловского заговора была партия кадетов.
Ленин с полным основанием назвал её главной корниловской партией. (Ленин В. И.
Полн. собр. соч.
, т. 34. , с.
Правительство Керенского не только знало о подготовке корниловского заговора, но и являлось его соучастником. Их объединяла общность установки на подавление революции. Но керенщина и корниловщина как две классовые разновидности контрреволюции имели между собой различие, главным образом, тактического характера.
Керенский и его окружение более трезво оценивали политическую обстановку. Они учитывали силу различных массовых организаций, возраставшее влияние в них партии большевиков и поэтому понимали, что попытки покончить с революцией штыком натолкнутся на решительный отпор рабочих, солдат, крестьян, который может смести и заговорщиков, и власть буржуазии. Отсюда следовала установка на постепенное удушение революции.
Именно в этой связи В. И. Ленин отмечал, что «Керенский был и остаётся самым опасным корниловцем…» (Ленин В.
И. Полн. собр.
соч. , т. 34,с.
349). Корниловщина – напротив, выражала экстремизм крайне правого фланга.
Оба кандидата в диктаторы хотели подавить революцию, но разными путями. Однако в самую последнюю минуту между ними произошёл разрыв – никто не хотел уступить власти.
Но развернувшиеся события вновь вынесли на свой гребень «социалиста» Керенского. Когда Корнилов двинул на Петроград войска для разгрома Советов и революции, мобилизованные по указу Совета железнодорожники, трудящиеся столицы, прежде всего рабочие, получившие оружие, части Петроградского гарнизона встали на защиту революции. Особую роль сыграли большевики, пославшие навстречу двигавшимся войскам своих агитаторов.
Именно революционным словом, а не оружием был ликвидирован заговор Корнилова. До столкновения дело не дошло. Посланные мятежным генералом воинские части отказались подавлять революцию.
Ленинская оценка Керенского, как скрытого корниловца, подтверждалась на каждом шагу. Объявив Корнилова и его сообщников «изменниками родины», Керенский на деле противодействовал мобилизации революционных сил на разгром заговорщиков, оставил на местах корниловских сторонников в органах военного и гражданского управления. Более того, главарь заговора был оставлен на посту Верховного главнокомандующего до замены его другим лицом.
Сейчас, говорили большевики, самым опасным для народа является корниловщина, поэтому все силы должны быть направлены на её разгром. Но это совсем не значит, что одна контрреволюционная диктатура должна сменить другую, надо полностью ликвидировать буржуазную контрреволюцию и осуществить переход власти в руки революционных рабочих, крестьян и солдат. Так писала большевистская газета «Рабочий» 28 августа 1927 года.
Новым главнокомандующим стал Керенский. 31 августа 1917 года он возглавил Директорию – вновь созданный временный орган управления государством. 1 сентября в России была провозглашена республика.
Правые силы были разгромлены, но упал престиж Керенского. Влияние большевиков, принявших непосредственное участие в срыве корниловского мятежа, наоборот, возросло. Буржуазии не удалось повернуть колесо истории вспять, и с помощью царских генералов корниловский мятеж, обнаживший реакционные замыслы буржуазии, явился поворотным пунктом в революционной мобилизации масс.
Рязанские большевики также правильно поняли контрреволюционный смысл корниловщины. По инициативе большевиков в Рязани был создан Комитет спасения революции, а в Скопине и других населённых пунктах – военно-революционные комитеты. На отдельных предприятиях началась организация отрядов Красной Гвардии.
На узловых железнодорожных станциях действовали контрольные посты, призванные задерживать эшелоны войск, идущие на помощь Корнилову. Словом, вопреки призывам эсеро-меньшевистских руководителей действовать «согласно правительственным указаниям», большевики организовали массы на отпор контрреволюции, откуда бы она ни исходила. (Газета «Голос труда», 29 августа 1917 г.
После разгрома корниловщины начался быстрый процесс большевизации Советов в Рязанской губернии. Корниловщина, по словам В. И.
Ленина, доказала, что «Советы действительно сила». (В. И.
Ленин, Полн. собр. соч.
т. 34, стр. 402).
На повестку дня партия вновь выдвинула лозунг «Вся власть – Советам! » Теперь он означал призыв к переходу власти в руки Советов путём вооружённого восстания.
Источники:
