Вестфальская система международных отношений окончательно рухнула под ударами Французской революции конца” 67XVIII века. Французский народ восстал против своего абсолютистского правительства в 1789 г., т.е. всего лишь через 6 лет после заключения Версальского мирного договора. И это не простое совпадение. Оба события — Война за независимость в Северной Америке и Французская революция — настолько духовно, идейно родственны между собой, что некоторыми историками они рассматриваются как последовательные эпизоды одного и того же исторического явления, которое они называют «Атлантической революцией». Во всяком случае, обе они — и война, и революция — во многом исходили из теории национального суверенитета.
Но в отличие от Войны за независимость в Северной Америке, которая с самого начала вызвала серьезные международные потрясения, поскольку речь шла об отделении колоний от метрополии, т. е. фактически одного народа от другого, революция во Франции началась как явление внутренней жизни этой страны.
Конфликт возник на почве противоречий по вопросу о целесообразности, форме, темпах и способах осуществления различных реформ внутреннего устройства. Накануне революции огромного размера достиг бюджетный дефицит, причем, он возник именно в годы Войны за независимость в Северной Америке. Франция помогла повстанцам добиться победы, отправила в Америку экспедиционный корпус и флот и сильно на этом поиздержалась.
Рост расходов не был компенсирован увеличением доходов, и проблема дефицита стала одним из острейших вопросов внутренней политики, которые привели к революции. Остро стояли и более общие вопросы о привилегиях дворянства и духовенства, сеньориальном строе в деревне, об ограничении королевского абсолютизма, народном представительстве и др. В любом случае вопросы внешней политики Франции и международных отношений не занимали центрального места в дискуссиях накануне и в начале революции.
Первые годы революции вплоть до 1791 г. французские революционеры даже не особенно задумывались о внешнеполитических последствиях своих действий. Внешняя политика, международная обстановка не очень их волновали.
Потому что в это время все основные европейские державы были заняты решением других, более важных для себя проблем. Россия и монархия Габсбургов воевали на Востоке против турок. В августе 1787 г.
Порта предъявила России ультиматум, требуя возвращения Крыма, признания Грузии вассальным владением султана и осмотра русских судов, проходящих через Черноморские проливы. Поскольку Россия отвергла ультиматум, 13(24) августа Османская империя объявила ей войну. В январе 1788 г.
лась вяло, поскольку внимание России отвлекала война со Швецией. Заключение мира со Швецией позволило русским войскам осенью 1790 г. начать наступление на Дунае. В декабре войска под командованием А.В. Суворова штурмом овладели крепостью Измаил, а уже в июне 1791 г. русские войска под командованием Н.В. Репнина переправились через Дунай и нанесли турецкой армии ряд поражений. На Кавказе была взята Анапа. После разгрома Ф.Ф.Ушаковым турецкого флота при Калиакрии с Османской империей 29 декабря 1791 г. (9 января 1792 г.) был заключен Ясский мирный договор, по которому к России отошла территория между Южным Бугом и Днестром, а также подтверждено присоединение Крыма.
Кроме войны с Турцией монархия Габсбургов была озабочена тем, что в 1787—1788 гг. восстали подданные в Южных Нидерландах. Причиной восстания послужили антиклерикальные реформы, которые проводили в своих владениях правительница монархии Габсбургов Мария-Терезия и император Священной римской империи Иосиф П.
Они изъяли из ведения католической церкви школы и благотворительные заведения, запретили деятельность Ордена иезуитов, закрыли большое количество католических монастырей. Эти меры вызвали недовольство жителей Южных Нидерландов, как недопустимое вмешательство иностранного по сути правительства в их внутренние дела.
Восстание в Южных Нидерландах привело к обострению противоречий между монархией Габсбургов и Пруссией. С одной стороны, Габсбурги попросили Пруссию оказать помощь в подавлении восстания в Южных Нидерландах. Прусский король действительно направил туда свои войска.
С другой стороны, прусский король считал возможным воспользоваться трудностями Габсбургов для того, чтобы поднять авторитет своей монархии. Эти события обеспокоили Великобританию, которая еще не оправилась после поражения в Северной Америке. Разгоравшаяся война в Южных Нидерландах прямо угрожала ганноверским владениям английских королей (с 1714 г.
в Великобритании правила ганноверская династия). Кроме того, британское правительство было обеспокоено успехами русских и австрийских войск в войне с Турцией на Балканах. Великобритания хотела контролировать кратчайший путь из Европы в Южную Азию, который проходил через Балканы, Малую Азию.
Русско-шведская война 1788—1790 гг. была обусловлена стремлением Швеции вернуть утраченные в прошлом территории в Восточной Прибалтике. Эта война закончилась Верельским мирным договором, подтвердившим приобретения России по Ништадтскому 1721 г.
и Абоскому 1743 г. договорам.
и Египет, и боялась, что он может попасть в руки других держав, в первую очередь России. Ведь возможный раздел турецких владений на Балканах и завоевания в Закавказье открывали России доступ в восточное Средиземноморье и теплые моря (моря, омывающие берега Южной Азии). Лучшим и самым практичным способом помешать этому было, с точки зрения британских правящих кругов, сохранить территориальную целостность Османской империи, подчинив ее британскому влиянию.
На фоне всех этих событий и проблем международной жизни революция во Франции сначала не произвела особого впечатления на европейские правительства. Они были озабочены своими проблемами. Кроме того, они не без некоторого злорадства наблюдали за трудностями французской монархии, которая успела перессориться с большинством государств и которую считали самой консервативной, политически самой отсталой в Европе.
Действительно, в течение XVIII в. Франция сильно отстала от других стран, таких как Пруссия, монархия Габсбургов и Россия, по размаху и глубине реформ, проводимых в духе просвещенного абсолютизма.
Таким образом, первые год-два Французская революция протекала в весьма благоприятных международных условиях. Это обусловило в целом миролюбивую внешнюю политику революционных властей, заявлявших о своем стремлении поддерживать добрососедские отношения с другими государствами. В конституции Франции, принятой 3 сентября 1791 г.
и закрепившей важнейшие достижения первых лет революции, в т. ч. отмену сословных привилегий и сеньориального строя в деревне, учреждение основных политических и экономических свобод, разделение властей, представительное правление и пр.
, особый раздел был посвящен «отношениям французской нации к иностранным нациям». Конституция гласила: «Французская нация отказывается от ведения каких-либо завоевательных войн и ни в коем случае не станет обращать свои вооруженные силы против свободы какого-либо народа».
Между тем, в 1791 — 1792 гг. произошло резкое обострение политических противоречий во Франции. Недальновидная финансовая политика правительства привела к инфляции, росту цен и ухудшению жизни городского населения.
В августе 1792 г. в Париже вспыхнуло восстание, в результате которого Людовик XVI был свергнут и заключен вместе с королевой и детьми в тюрьму. Месяц спустя монархия была упразднена, Франция провозглашена республикой.
А вскоре над Людовиком XVI был организован суд, который в январе 1793 г. вынес ему смертный приговор, вслед затем приведенный в исполне-.
пие. Спустя еще полгода к власти во Франции пришла революционная группировка якобинцев, установившая суровый режим диктатуры и террора.
Одновременно с радикализацией революции начали портиться и отношения Франции с соседями. Поводом к тому послужили действия самого революционного правительства. В конце 1789 — начале 1790 г.
оно осуществило конфискацию церковных земель, переданных в фонд национальных иму-ществ, а также ввело гражданское устройство духовенства. Эти меры решительно осудил римский престол, который поддержали другие католические государства. Одновременно отмена сеньориального строя в деревне вызвала протесты ряда германских князей, имевших мелкие владения в Эльзасе.
Отрицательно отнеслись иностранные государства и к действиям революционного правительства по отношению к старинным владениям папы римского на юге Франции — городу Авиньону и графству Венессен. Их население выступало за присоединение к Франции. 14 сентября 1791 г. Национальное собрание удовлетворило их желание, не считаясь с существующими международными договорами и обязательствами, руководствуясь единственно принципом национального суверенитета.
С февраля 1791 г. между Пруссией и монархией Габсбургов начались тайные переговоры о совместных действиях против революционной Франции. В августе 1791 г.
император Леопольд II (брат французской королевы Марии-Антуанетты) и прусский король Фридрих-Вильгельм II подписали в саксонском замке Пильниц совместную декларацию. В ней выражались озабоченность событиями во Франции и готовность вмешаться в ее внутренние дела для защиты института монархии и королевской семьи. В феврале 1792 г.
Попытки иностранных государств вмешаться во внутренние дела Франции встретили решительный отпор революционных группировок. Они справедливо считали, что над Францией нависла угроза контрреволюционной интервенции, и призывали не ждать нападения, а первыми объявить войну реакционным монархиям. Их не смущало то обстоятельство, что в1 Авиньон и графство Венессен — старинные владения пап римских. 13 Авиньоне с 1309 по 1377 г. размещалась папская резиденция (в период т.н. «авиньонского пленения пап»). Папа Климент VI приобрел Авиньон у Франции в 1348 году.
конституции Франции, принятой в 1791 г. , содержался формальный отказ от ведения завоевательных войн. Революционеры говорили, что речь идет о войне не против других народов, а против их реакционных правительств, угрожающих Франции порабощением.
В апреле 1792 г. Франция объявила войну сначала «королю Богемии и Венгрии» (т. е.
Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:
Каждая революция несёт не только разрушение старого образа жизни. Рушатся судьбы людей, их отношения. Постепенно меняются взгляды людей, их ценности.
Вихрь разложения захватывает и души. Не случайно, приверженцы гуманистических идеалов свободы и неприкосновенности личности, пусть и под давлением обстоятельств (контрреволюция, внешние враги и т. д.
) обагрили свои руки кровью народа, потоками лившейся с гильотин. Именно французская революция остро поставила вопрос: « Нужно ли добиваться лучшей доли для одних, пусть даже большинства, жертвуя жизнями других людей? » А по другому, без крови и убийства, можно ли изменить порядок вещей?
Часть философов ужасы революции связывали с тем, что поколение эпохи просвещения потеряло идею Бога. Идеология просвещения, идеология гуманизма освободила человека, поставила его в центр природы и мироздания. В человеке, считали философы, есть два начала: душа – как бы нечто божественное, и тело – что-то вроде бессловесной скотины.
В отношении тела мы и правда не превосходим некоторых животных. А что касается души, то мы настолько способны воспринять божественное, что сами могли бы пролететь мимо ангелов и соединиться с Богом. Эти два начала в человеке всегда враждуют и находятся в неясном раздоре друг с другом.
Тело наслаждается вещами видимыми. И как всякое видимое, оно преходяще и смертно, его тянет вниз. Душа же стремится вверх, ищет того, что истинно и вечно, презирая то, что видимо и тленно.
Бессмертная, она любит бессмертное, если только не утонет в грязи тела. Освободившись от божественного человек освобождается от бессмертной нетленной души. Находя истину только посредством разума, он теряет её.
Если человек – это дух и плоть, то что питает дух человека, освобожденного от божественной небесной истины? Его низменные страсти и желания? Что заставляет человека думать не о себе, а о других?
Любить людей, прощать им обиды, терпеть нетерпимость соперников? Высокий нравственный закон, созданный самими людьми? Но почему тогда никто не удержался в рамках этого закона?
Ведь, революционеры не были злодеями, эгоистами, хапугами. Ведь, санкюлоты – когда-то простые законопослушные граждане – просто хотели добиться большей справедливости. Когда они перешли черту, после которой страна провалилась в бездну разнузданной анархии и кровавого террора?
Может быть порочна сама идея полного освобождения человека? И человек несвободен от высшего морального закона жизни. Некоторые философы, признавая французскую революцию практической кульминацией эпохи просвещения, её кровавые итоги считают не случайными.
И называют революцию закономерным провалом самих идей просвещения. Освобождаясь от высшей Божественной зависимости, говорят они, человек попадает под власть греха. И сама революция и события после неё это показали это.
Вот почему революция не сдержала своих обещаний, вот почему не удержалась республика, вот почему все события после революции привели к восстановлению монархию. Начав революцию, Франция должна была искупить свой грех.
И все-таки Великая французская революция очень сложна и не случайно вызывает так много различных и противоречивых оценок. Слишком много разных групп людей, разных общественных течений, разных сословий пытались за счет неё найти для себя лучшую долю и по-своему решить вопросы справедливости и свободы. Огромное стремление народа к освобождению от гнета богатых, от несправедливости не может не вызывать сочувствие. Но как сделать всех свободными, довольными и богатыми? В рамках законов, диктуемых духовенством ответов не было. В 1789 г. в обществе появились социалистические воззрения. Ещё Руссо, Гельвеций, Мабли, Дидро и др. считали неравенство состояний и скопление богатств в руках немногих людей главным препятствием к установлению демократической свободы. А в годы революции эти воззрения начали высказываться с большей силой. Немало деятелей революции утверждало, что равенство в политических правах ещё ничего не даёт, если нет права на деле. Это последнее, говорил Кондорсе, представляет собой «последнюю цель социального искусства», так как неравенство богатств, неравенство состояний и неравенство образования – главные причины всех зол. Вот как эти идеи выражены в одной из брошюр того времени «Наказе бедных»: «Всегда было и всегда будет только два действительно отдельных класса граждан – собственники и несобственники, из которых первые владеют всем, а вторые ничем».[5] Весьма распространенная формула первых лет революции: «Большие состояния представляют препятствие к свободе». В крупных городах, в народе в потребностях самой жизни возникали первые коммунистические идеи. Главные из которых: о распределении средств существования и о всеобщей собственности на землю, а также право всех на образование. Предполагалось наряду с правом всех на продукты и товары первой и второй необходимости, также личное право на избыток.
Идеи социализма не были на деле осуществлены французской революцией. Но именно они существенно повлияли на весь XIX век и на становление идей социальной справедливости в веке XX. Именно они лежали в основе Октябрьской революции в России.
2. Распространение революции на Европу.
Французская революция произвела огромное впечатление на многие народы Европы и вдохновила практически всех участников революционных событий в Европе начала XIX века. Так, английские виги и их вождь Фокс оценивали взятие Бастилии как «самое великое и благотворное событие, когда-либо происходившее в мире. Многие английские писатели: Вордсворт, Роберт Бернс, Кольридж, Шеридан и др.
восторженно приветствовали революцию. В то же время в Англии появился памфлет «Размышления о революции», в котором его автор, бывший виг Берк, называет революцию «сатанинским делом», грозящим гибелью для всей европейской цивилизации. Памфлет вызвал бурные протесты и породил целую литературу, посвященную теме революции, освобождения народа от гнета и несправедливости.
С 90-х гг. в демократическом движении Англии стали принимать широкое участие народные низы. Появлялось всё больше и больше новых центров и движений, выступающих за коренную демократизацию всего политического строя Англии.
Наибольшую известность и размах приобрело «лондонское корреспондентское общество», председателем которого был сапожник Томас Гарди. Массовая агитация, которая велась этим обществом, посылка делегатов во Францию серьёзно встревожили правительство. Начиная с 1892 г.
в Англии стали проводиться репрессии. Заочно был осужден Томас Пэйн, который уехал во Францию и был избран членом французского Конвента. Кстати, его книга «Правда человека», о событиях французской революции, разошлась в Англии с небывало высоким тиражом – около миллиона экземпляров.
Английское правительство заняло непримиримую позицию по отношению к демократическим проявлениям внутри страны, но несмотря на репрессии, агитация продолжалась усиливаться. Берк считал, что из 400 тыс. человек, которые интересуются политикой в Англии, не менее 80 тыс.
человек стоят на позициях «решительных якобинцев». В Англии росло недовольство правительством , учащались выступления бедноты, массовые волнения моряков. Матросы поднимали на мачтах красные флаги.
Ирландия, по-прежнему оставаясь угнетаемой английской колонией, с надеждой откликнулась на события во Франции. Здесь возникло сильное демократическое движение, объединившее всех противников английского господства, возглавляемое буржуазными революционерами. Они стремились к созданию независимой ирландской республики.
И готовили восстание, очень надеясь на поддержку Франции и её экспедиционной армии. Но восстание было подавлено с исключительной жестокостью. И после проведения «объединения» (унии) ирландского и английского парламентов в 1801 г, Ирландия лишилась всех остатков своей автономии.
Революция во Франции не могла не оказать влияние на развитие внутриполитических событий в странах континентальной Европы. В них, также как и во Франции, начались революционные движения. Раньше всего они вспыхнули в Бельгии, которая входили тогда в состав Габсбургской империи.
Под влиянием французской революции усилилась резкая оппозиция курсу австрийского императора на централизацию монархии. Австрийские войска были изгнаны с территории Бельгии. После этого было образовано новое государство, под названием «Объединённые бельгийские штаты».
В стране сразу же после этого разгорелась острая борьба между двумя лагерями: штатистами, выступающими за прежнюю раздробленность, сохранение власти провинциальных правительств, привилегий католической церкви и средневековой цеховой системы и городской буржуазией, выступавшей за централизацию страны и проведение буржуазных реформ. На протяжении нескольких лет между Австрией и Францией шла борьба за захват бельгийских территорий. В результате, в 1795 г.
Бельгия была присоединена к Франции. Она лишилась суверенитета, её экономика была подчинена интересам французской буржуазии. Но тем не менее были упразднены феодальные отношения, проведена секуляризация части церковных владений и другие буржуазные преобразования.
Во многом это способствовало тому, что в XIX в. Бельгия стала одной из передовых капиталистических стран Европы.
Иначе проходили события в Голландии. К началу революции во Франции находилось около 5 тыс. революционно настроенных эмигрантов, которые покинули страну после победы «оранжистов» – сторонников Оранской династии.
Революционная эмиграция всячески добивалась вмешательства Франции в голландские дела. В Париже был образован специальный комитет, а во времена якобинской диктатуры даже создан «Батавский легион». Несмотря на вступление французов в Голландию, здесь проводилась весьма осторожная политика.
Ведь страна считалась одной из самых богатых в мире, а Амстердам называли «золотым мешком Европы». Собравшийся в Голландии Конвент провозгласил Создание Батавской республики, которая находилась в зависимости от Франции.
Вестфальская система международных отношений окончательно рухнула под ударами Французской революции конца ” 67 XVIII века. Французский народ восстал против своего абсолютистского правительства в 1789 г., т.е. всего лишь через 6 лет после заключения Версальского мирного договора. И это не простое совпадение. Оба события — Война за независимость в Северной Америке и Французская революция — настолько духовно, идейно родственны между собой, что некоторыми историками они рассматриваются как последовательные эпизоды одного и того же исторического явления, которое они называют «Атлантической революцией». Во всяком случае, обе они — и война, и революция — во многом исходили из теории национального суверенитета.
Но в отличие от Войны за независимость в Северной Америке, которая с самого начала вызвала серьезные международные потрясения, поскольку речь шла об отделении колоний от метрополии, т. е. фактически одного народа от другого, революция во Франции началась как явление внутренней жизни этой страны.
Конфликт возник на почве противоречий по вопросу о целесообразности, форме, темпах и способах осуществления различных реформ внутреннего устройства. Накануне революции огромного размера достиг бюджетный дефицит, причем, он возник именно в годы Войны за независимость в Северной Америке. Франция помогла повстанцам добиться победы, отправила в Америку экспедиционный корпус и флот и сильно на этом поиздержалась.
Рост расходов не был компенсирован увеличением доходов, и проблема дефицита стала одним из острейших вопросов внутренней политики, которые привели к революции. Остро стояли и более общие вопросы о привилегиях дворянства и духовенства, сеньориальном строе в деревне, об ограничении королевского абсолютизма, народном представительстве и др. В любом случае вопросы внешней политики Франции и международных отношений не занимали центрального места в дискуссиях накануне и в начале революции.
Первые годы революции вплоть до 1791 г. французские революционеры даже не особенно задумывались о внешнеполитических последствиях своих действий. Внешняя политика, международная обстановка не очень их волновали. Потому что в это время все основные европейские державы были заняты решением других, более важных для себя проблем. Россия и монархия Габсбургов воевали на Востоке против турок. В августе 1787 г. Порта предъявила России ультиматум, требуя возвращения Крыма, признания Грузии вассальным владением султана и осмотра русских судов, проходящих через Черноморские проливы. Поскольку Россия отвергла ультиматум, 13(24) августа Османская империя объявила ей войну. В январе 1788 г. в войну против Турции вступила Австрия, но война ве- лась вяло, поскольку внимание России отвлекала война со Швецией1. Заключение мира со Швецией позволило русским войскам осенью 1790 г. начать наступление на Дунае. В декабре войска под командованием А.В. Суворова штурмом овладели крепостью Измаил, а уже в июне 1791 г. русские войска под командованием Н.В. Репнина переправились через Дунай и нанесли турецкой армии ряд поражений. На Кавказе была взята Анапа. После разгрома Ф.Ф. Ушаковым турецкого флота при Калиакрии с Османской империей 29 декабря 1791 г. (9 января 1792 г.) был заключен Ясский мирный договор, по которому к России отошла территория между Южным Бугом и Днестром, а также подтверждено присоединение Крыма.
Кроме войны с Турцией монархия Габсбургов была озабочена тем, что в 1787—1788 гг. восстали подданные в Южных Нидерландах. Причиной восстания послужили антиклерикальные реформы, которые проводили в своих владениях правительница монархии Габсбургов Мария-Терезия и император Священной римской империи Иосиф П.
Они изъяли из ведения католической церкви школы и благотворительные заведения, запретили деятельность Ордена иезуитов, закрыли большое количество католических монастырей. Эти меры вызвали недовольство жителей Южных Нидерландов, как недопустимое вмешательство иностранного по сути правительства в их внутренние дела.
Восстание в Южных Нидерландах привело к обострению противоречий между монархией Габсбургов и Пруссией. С одной стороны, Габсбурги попросили Пруссию оказать помощь в подавлении восстания в Южных Нидерландах. Прусский король действительно направил туда свои войска. С другой стороны, прусский король считал возможным воспользоваться трудностями Габсбургов для того, чтобы поднять авторитет своей монархии. Эти события обеспокоили Великобританию, которая еще не оправилась после поражения в Северной Америке. Разгоравшаяся война в Южных Нидерландах прямо угрожала ганноверским владениям английских королей (с 1714 г. в Великобритании правила ганноверская династия). Кроме того, британское правительство было обеспокоено успехами русских и австрийских войск в войне с Турцией на Балканах. Великобритания хотела контролировать кратчайший путь из Европы в Южную Азию, который проходил через Балканы, Малую Азию1Русско-шведская война 1788—1790 гг. была обусловлена стремлением Швеции вернуть утраченные в прошлом территории в Восточной Прибалтике. Эта война закончилась Верельским мирным договором, подтвердившим приобретения России по Ништадтскому 1721 г. и Абоскому 1743 г. договорам.
69 и Египет, и боялась, что он может попасть в руки других держав, в первую очередь России. Ведь возможный раздел турецких владений на Балканах и завоевания в Закавказье открывали России доступ в восточное Средиземноморье и теплые моря (моря, омывающие берега Южной Азии). Лучшим и самым практичным способом помешать этому было, с точки зрения британских правящих кругов, сохранить территориальную целостность Османской империи, подчинив ее британскому влиянию.
На фоне всех этих событий и проблем международной жизни революция во Франции сначала не произвела особого впечатления на европейские правительства. Они были озабочены своими проблемами. Кроме того, они не без некоторого злорадства наблюдали за трудностями французской монархии, которая успела перессориться с большинством государств и которую считали самой консервативной, политически самой отсталой в Европе.
Действительно, в течение XVIII в. Франция сильно отстала от других стран, таких как Пруссия, монархия Габсбургов и Россия, по размаху и глубине реформ, проводимых в духе просвещенного абсолютизма.
Таким образом, первые год-два Французская революция протекала в весьма благоприятных международных условиях. Это обусловило в целом миролюбивую внешнюю политику революционных властей, заявлявших о своем стремлении поддерживать добрососедские отношения с другими государствами. В конституции Франции, принятой 3 сентября 1791 г.
и закрепившей важнейшие достижения первых лет революции, в т. ч. отмену сословных привилегий и сеньориального строя в деревне, учреждение основных политических и экономических свобод, разделение властей, представительное правление и пр.
, особый раздел был посвящен «отношениям французской нации к иностранным нациям». Конституция гласила: «Французская нация отказывается от ведения каких-либо завоевательных войн и ни в коем случае не станет обращать свои вооруженные силы против свободы какого-либо народа».
Между тем, в 1791 — 1792 гг. произошло резкое обострение политических противоречий во Франции. Недальновидная финансовая политика правительства привела к инфляции, росту цен и ухудшению жизни городского населения. В августе 1792 г. в Париже вспыхнуло восстание, в результате которого Людовик XVI был свергнут и заключен вместе с королевой и детьми в тюрьму. Месяц спустя монархия была упразднена, Франция провозглашена республикой. А вскоре над Людовиком XVI был организован суд, который в январе 1793 г. вынес ему смертный приговор, вслед затем приведенный в исполне- 70 пие. Спустя еще полгода к власти во Франции пришла революционная группировка якобинцев, установившая суровый режим диктатуры и террора.
Одновременно с радикализацией революции начали портиться и отношения Франции с соседями. Поводом к тому послужили действия самого революционного правительства. В конце 1789 — начале 1790 г.
оно осуществило конфискацию церковных земель, переданных в фонд национальных иму-ществ, а также ввело гражданское устройство духовенства. Эти меры решительно осудил римский престол, который поддержали другие католические государства. Одновременно отмена сеньориального строя в деревне вызвала протесты ряда германских князей, имевших мелкие владения в Эльзасе.
Отрицательно отнеслись иностранные государства и к действиям революционного правительства по отношению к старинным владениям папы римского на юге Франции — городу Авиньону и графству Венессен. Их население выступало за присоединение к Франции. 14 сентября 1791 г. Национальное собрание удовлетворило их желание, не считаясь с существующими международными договорами и обязательствами, руководствуясь единственно принципом национального суверенитета.
С февраля 1791 г. между Пруссией и монархией Габсбургов начались тайные переговоры о совместных действиях против революционной Франции. В августе 1791 г.
император Леопольд II (брат французской королевы Марии-Антуанетты) и прусский король Фридрих-Вильгельм II подписали в саксонском замке Пильниц совместную декларацию. В ней выражались озабоченность событиями во Франции и готовность вмешаться в ее внутренние дела для защиты института монархии и королевской семьи. В феврале 1792 г.
Попытки иностранных государств вмешаться во внутренние дела Франции встретили решительный отпор революционных группировок. Они справедливо считали, что над Францией нависла угроза контрреволюционной интервенции, и призывали не ждать нападения, а первыми объявить войну реакционным монархиям. Их не смущало то обстоятельство, что в1 Авиньон и графство Венессен — старинные владения пап римских. 13 Авиньоне с 1309 по 1377 г. размещалась папская резиденция (в период т.н. «авиньонского пленения пап»). Папа Климент VI приобрел Авиньон у Франции в 1348 году.
71 конституции Франции, принятой в 1791 г., содержался формальный отказ от ведения завоевательных войн. Революционеры говорили, что речь идет о войне не против других народов, а против их реакционных правительств, угрожающих Франции порабощением. В апреле 1792 г. Франция объявила войну сначала «королю Богемии и Венгрии» (т.е. монархии Габсбургов, которая не имела собственного названия и в состав которой входили королевства Богемия и Венгрия), а затем и Пруссии.
Источники:
